Ловушка снежных гор - Тори Хилл

class="p1">— Детектив, ещё раз осмотрев досконально труп, я, скорее всего, знаю, чем был отравлен мистер Васкес. Все симптомы намекают на передозировку наркотическими веществами. Чрезвычайно бледная сухая кожа, цианоз пальцев и губ и след от укола, скорее всего, свидетельствует именно об этом. Жаль что тут нет хотя бы микроскопа. Я бы посмотрел поближе на его кровь. — закончил излагать свою гипотезу Антонио.

— Это занимательное наблюдение. Если это так. И Чарли убили с помощью наркотиков, то у меня есть очень точное предположение на счёт подозреваемого.

Резко выйдя из комнаты, Джеймс отправился на четвёртый этаж. Слова, сказанные Крисом во время звонка, пришли ему в голову. «Это странно для известного фармацевта умереть от передозировки наркотическими средствами». Именно так. Человек, работающий фармакологом и химиком не мог, занимаясь таким делом немного переборщить с дозой, особенно если не было для этого поводов, как утверждают некоторые газеты. Только если ему никто не помог. Скажем, любимая и благоверная жёнушка крутившая романы с другими мужчинами. Смерть Генри и Васкеса могут быть связанны, если у Роуз есть пристрастия к убийством с помощью наркотиков. Что как раз таки и нужно выяснить. Быстро добравшись до номера девушки, он резко открывает дверь. Женщина сидела в кресле возле электронного камина, попивая из большой кружки горячий кофе. Возле её ног сидел Даниель, массирующий ступни возлюбленной.

— Детектив, так бесцеремонно врываться в комнату к девушке может только невоспитанный мужлан. Неужели прошлая ситуация вас ничему не научила? — не произнесла, а прошипела будто разозлённая змея, Роуз, ставя свой напиток на кофейный столик рядом с пачкой таблеток валерьяны. Явно у кого-то нервишки шалят.

— Знаете, мисс де Круа, я считаю, что имею на этот жест полное право, ведь узнать истину для меня куда важней, чем неудобство вашей пары. — сказал Джеймс закрывая входную дверь на щеколду, дабы никто не сбежал с места встречи. Роуз и Даниель напряглись ещё сильнее и мужчина не выдержал.

— Мистер Бейтс, это возмутительно, я требую удалиться с этой комнаты немедленно! — перешёл на крик мужчина, вставая с колен.

— Я бы с радостью ушёл, чтобы не видеть сие представление, — намекнул Джеймс на картину что видел, когда пришёл в номер. Нет, он не считал, что данное действие по отношению к любимой девушке является противным или постыдным, но ключевое слово «любимой», какой Бейтс не считал эту пару, ведь их взаимоотношения были сугубо для выгоды. — Но боюсь что этого не выйдет. Я бы хотел вас кое о чём спросить, мисс де Круа. Правда ли смерть вашего мужа была столь неожиданной и трагичной, как вы об этом рассказывали?

— На что вы намекаете?! — зло выплюнула девушка.

— Я не намекаю, а знаю и утверждаю, что именно вы убили Генри де Круа таким ужасным способом, как передозировка наркотическими веществами. Но не думаю, что вы бы справились одна, вы для этого слишком уж слабохарактерная, поэтому вам в этом деле помогал никто иной как любовник, что шептал вам на ушко, как бы было хорошо, если в этой жизни остались бы вы вдвоём. Но и это ещё не всё, ведь так? Так что мне продолжать или вы пойдёте на чистосердечное признание?

Посмотрев на Кростона жалостливым взглядом, Роуз тяжело вздохнула и начала свой рассказ.

— Он был вечно занят. Работа в компании, занимающая огромное количество времени и домашние увлечения в собственной лаборатории. Это всё просто забирало у меня мужа. Сначала я пыталась бороться с этим, а потом, просто опустила руки. Большое количество измен и алкоголя помогали мне забыть, что дома меня не ждёт «любимый муж». Но и вскоре и эта участь мне осточертела, и я нашла постоянного партнёра. Даниелю было не плевать на меня. Постоянные свидания и романтики вновь пробудили во мне женщину. Я понимала что эти отношения нельзя назвать любовью, хотя бы потому что ему было не до этого, он просто получал удовольствие от постоянных встреч, траты денег и приключений. И всё вроде было хорошо. Но в один день, Генри приехал раньше и, зайдя в нашу спальню, увидел нас вместе, но ничего не сказав, просто взял свой халат и вышел из комнаты прочь. Я думала, он был очень зол, но он ничего мне не сказал, ни на следующий день, не через неделю. Безразличие. Вот что я почувствовала тогда от него. Я была так зла на мужа, ведь когда-то он клялся мне в любви. Поэтому в моём разуме поселилась мысль о его убийстве. Каждый день она подогревалась, стоило мне хоть раз увидеть его безэмоциональное выражение лица. И вот как-то раз Даниэль принёс нам кое-что «побаловаться», и тогда у меня созрел план. Он добыл для меня большое количество наркотика и я вколола его мужу во время сна, подстроив всё как самоубийство, банальную передозировку. Но был один нюанс. Агнесс. В этот момент она проходила мимо полуоткрытой комнаты и всё видела. Я понимаю, что сама сглупила и не закрыла за собой дверь, но её грёбаное любопытство поставило меня в опасную ситуацию. Тогда я припугнула её и перевела на её счет один миллион долларов за молчание. И Вроде всё окончено. Смерть мужа и получение наследства, всё вышло как нельзя, кстати, но беда подстерегала и там. Придя к нотариусу, я узнала, что Генри завещал все, что у него есть не жене, а сестре. Сестре! Девушке, которую я никогда не видела. Она не смогла приехать не на свадьбу, не потом. И тут пришлось вывалить не малую суму денег, дабы замять сие дело. Кевин оказался весьма жадным скотом, но и эта проблема была решена. Жалею ли я? Нет. Я сделала всё, что он заслужил. — Закончив свой рассказ, сидя в том же кресле Роуз поджала под себя ноги и укрылась плотнее пледом, отворачиваясь к камину. А Даниэль почувствовав, что тоже понесёт за смерть мужа любовницы ответственность, решил поскорее уносить ноги. Он резко дернулся в сторону двери, но рефлексы Джеймса оказались быстрее, он, поймав Кростона, опрокинул его на пол, заламывая руки за спину и связывая их верёвкой, которую он как раз, кстати, прихватил с собой со склада.

— А когда в этом отеле вы увидели своих соучастников, то решили и от них избавиться, чтобы молчали вечно. Про это узнал Чарли Васкес и вы, и его убили, ведь он хотел рассказать всё мне.

— Что?! Извините детектив, но вы глубоко ошибаетесь. Я не трогала, как вы выразились «своих соучастников», ведь не являюсь какой-то убийцей. Мне самой было