То, что зовем мы розой... - Хелен Брукс

Этот глубокий, хрипловатый голос заставил сердце Эсси на секунду замереть, а потом заколотиться в бешеном темпе.

– Простите, с кем я говорю?

Она узнала этот голос, но не собиралась доставлять Ксавье удовольствие своим признанием.

– С Ксавье, – донесся сухой ответ.

– Откуда у тебя мой телефон? – Горло Эсси сжалось, ей пришлось сглотнуть дважды, прежде чем она смогла это выговорить.

– А разве это тайна?

– Нет, конечно, нет, но… – Голос Эсси замер, и она глубоко вздохнула. – Я думала, что мы все сказали сегодня днем.

– Правда? Странно, но мне показалось, что мы не сказали ничего стоящего внимания, – покладисто заметил Ксавье.

Повисла долгая пауза, и хотя ей не хотелось первой нарушать молчание, пришлось действовать.

– Что тебе нужно?

Если бы он ответил честно, Эсси точно швырнула бы трубку. Но Ксавье был дипломат.

– Мне ничего не нужно, Эсси. Ты мне не веришь?

– Не верю, – отрезала Эсси. – У мужчин на уме только одно, – выпалила она прежде, чем успела сдержать себя, и теперь готова была плакать от досады. Открываться этому мужчине было опасно, а последнее предложение говорило о слишком многом. Она прикусила нижнюю губу, боль и соленый привкус крови вернули ей решимость. – Послушай, Ксавье. Я только что пришла, мне надо принять душ, что-нибудь поесть и… Что такого ты можешь мне сообщить?

– А если могу, это имеет значение?

– Никакого.

– Тогда спокойной ночи!

И их разговор прервался.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Окрашенные в фиолетовые тона сумерки пахли дымком, розами и теплом уходящего дня, когда Эсси, приняв душ, вышла в сад.

Обычно она любила это время суток – мягкую полутьму, в которой природа готовилась к наступлению ночи, далекий голос дрозда в деревьях, окружающих лужайку, и ощущение того, что в ближайшие несколько часов не предвидится никакой работы. Но сегодня под каждым кустом, за каждым деревом ей чудился Ксавье… и покоя не было.

Эсси опустилась на согретую солнцем деревянную скамью и задумалась… Она покинула родительский дом и, когда умерла мать, больше не общалась с отчимом. Она окончила ветеринарный колледж, успешно работает, у нее дом, она молода, хороша собой, так чего же ей не хватает?..

Эсси резко поднялась, пересекла лужайку и подошла к старой каменной стене. Плети белых роз вились по ней, и Эсси, закрыв глаза, вдохнула сладкий, насыщенный запах. Эндрю… Этот тип ее использовал, теперь она точно знает. Он видел в ней очередной трофей – «самую прекрасную девушку в колледже», как сказал он однажды вечером. Но однажды пришла ее подруга, которая встречалась с другом Эндрю, и открыла Эсси глаза: Эндрю обманывает ее. Целая череда девушек побывала у него в постели, а Эсси стирала и гладила его рубашки, готовила ему обеды, давала деньги, когда он просил… Она была так разочарована и унижена этим предательством, что навесила ярлык ловеласа и пустышки на всех мужчин. Разве они могут любить? Им нужно только одно…

Тем не менее она вышла из всех испытаний более сильной. Правда, на это ушло много времени, но она пережила боль и муку и теперь точно знала, чего ей хочется от жизни. Мужчина в этот список не входил, в нем значились карьера и дом. Только эти ценности имеют для нее значение.

А Ксавье Грей? Эта мысль возникла ниоткуда, и Эсси отвернулась от роз, сжав губы. Да он никто, такой же пустышка, как все мужчины; ему нет места в ее жизни. И больше никакому, даже самому обаятельному, представителю сильной половины человечества не удастся стать ее частью.

– Питер, ты не можешь так поступить, пожалуйста, подумай еще раз.

– Согласен, Эсси, но какие альтернативы ты можешь предложить мне? А Джейми? Пробовал ли он поискать другую работу? А ты? Если я приму предложение Макфарлана, то ваша песня спета. Я предлагаю вариант, при котором и ты и Джейми сохраните свои места, дома и прочее – ничего не изменится.

Ничего не изменится? Эсси уставилась на своего босса. Тот был в сильном раздражении от реакции Эсси на новости, которые он сам лично считал потрясающими. Ксавье Грей сделал Питеру предложение – превосходное предложение, как подчеркнул Питер, – купить у него и дом, и практику. Более того, он только приветствует, если Эсси и Джейми останутся и будут вести практику, а он будет использовать оставленную здесь квартиру как свою резиденцию во время наездов в Англию.

– Но Ксавье Грей – не ветеринар. – Эсси буквально пискнула от волнения. – Питер, зачем ему покупать ветеринарную практику, он может купить квартиру или дом где заблагорассудится!

Питер Харгривз строго посмотрел на нее:

– К чему этот допрос? Спроси его об этом сама! Вчера мы обсуждали его возможную заинтересованность в этой покупке, и он обещал позвонить тебе. Получается, что не позвонил, так?

Эсси уставилась на благодушное лицо босса, и при воспоминании о том телефонном звонке щеки ее запылали.

– Он звонил, но… но я была занята, – неуверенно ответила Эсси. Питер молчал. – И… я сама перезвоню ему, – внезапно добавила Эсси, – потому что надо все выяснить.

– Я понимаю тебя, Эсси. – Питер кое-что знал о жизни девушки. – Но помни, речь идет и о работе Джейми. Вот номер Ксавье, если хочешь, позвони ему отсюда.

Эсси ничего не сказала и вышла из офиса лечебницы. Она позвонит Ксавье позже, из своего дома. Не хватало еще, чтобы при их разговоре присутствовали свидетели, – мало ли что она может наговорить Ксавье!

Но звонить не пришлось – вскоре после разговора с Питером Ксавье возник на пороге лечебницы собственной персоной.

Был чудесный майский день, но Эсси, закончив дела в операционной, думала не о погоде, когда столкнулась в холле с Ксавье. Она была так потрясена этой встречей, что словно онемела, не в силах проговорить ни слова.

– Добрый день, – мягко приветствовал ее Ксавье.

Питер, который в это время вошел в холл, тактично заметил:

– Поднимайтесь, когда освободитесь, Ксавье.

Ксавье по глазам Эсси понял, что она не испытывает особого восторга по поводу его присутствия, тем не менее голос ее был ясным и спокойным.

– Доброе утро. Питер не упомянул, что ты приедешь сегодня.

– А он не знал. Я сам не знал до недавнего времени.

– Питер сказал, что ты хочешь купить практику?

Конечно, все ее благодушные планы, как она сдержанно и невозмутимо будет говорить с Ксавье из своей гостиной, выпив для храбрости джина с тоником, рушились.

– Да, – последовал немедленный ответ.

– Почему?

– По многим причинам.

Эсси упала духом. Конечно, он имеет право покупать все, что душе захочется, но почему именно ветеринарную лечебницу? Разумеется, ей нет никакого дела до его поступков, а если она будет выяснять обо всем дальше, то он просто велит ей заниматься собственными делами. Последняя мысль помогла ей прийти к мудрому решению – не лезть на рожон. – Мне бы хотелось узнать хотя бы одну.