Демоны зимних ночей - Антон Леонтьев

– У нас все равно нет денег на отель, – сказал Жан. – А Хоунтроупы помогут нам завязать знакомства среди представителей нью-йоркского общества.

Мари великолепно играла роль юной вдовы-аристократки, которая в сопровождении кузена прибыла в Америку, дабы прийти в себя после неожиданной смерти своего супруга-маркиза. О том, что у нее имелся еще один муж, также скоропостижно скончавшийся, Мари предпочитала не упоминать.

Маркиза де Вальтруа произвела фурор и вскоре нашла себе подходящего кандидата в супруги. Им оказался Томас Колчестер, богатый промышленник из Филадельфии. Он подходил по всем параметрам: пятьдесят восемь лет, владелец многомиллионного состояния, вдовец, детей нет. Двухметровый гигант с громовым голосом и гривой рыжих волос вызывал у Мари отвращение: он обожал пиво и глупые шутки. Но Жан быстро убедил ее, что Колчестер тот, кто им нужен.

– Я выяснил, в случае его смерти мы заграбастаем не меньше пятнадцати миллионов долларов! Подумай только, Мари! Этих денег нам точно хватит до конца жизни! У него нет ни единого наследника, и ты, как его жена, получишь все! Колчестер страдает сахарным диабетом, и, несмотря на то что производит впечатление здоровяка, на самом деле тяжело больной человек. Его смерть через пару месяцев никого не насторожит!

Мари не потребовалось идти на особые ухищрения, чтобы заставить Томаса сделать ей предложение. Он на коленях просил ее руки и преподнес свадебный подарок – кольцо с розовой жемчужиной.

Свадьбу сыграли в Нью-Йорке, а затем молодожены отправились в турне по Соединенным Штатам. Жан сопровождал их, и когда Колчестер засыпал, Мари навещала любовника в его номере.

– Я больше не могу! – жаловалась на мужа маркиза. – Он рыгает за столом, чавкает и не умеет держать вилку! Его отец был мошенником и умер в тюрьме!

– Зато его сын добился успеха и богат до чертиков, – успокаивал ее Жан. – Потерпи немного, если Колчестер скончается через неделю после свадьбы, это вызовет подозрения. Необходимо подготовить благодатную почву.

Прибыв в Филадельфию, в особняк, забитый пыльными и безвкусными вещами, Мари начала изображать преданную и любящую жену. На публике она преданно смотрела в глаза Томасу, твердила на плохом английском всем, что безумно «happy with my little Tom» [3], и обязательно вставляла фразу о том, что ее супруг небрежно относится к своему здоровью и сахарной болезни.

Наконец, выждав почти полтора года, Жан счел, что настал момент для кончины третьего супруга Мари. Он протянул «любимой кузине» порошок, похожий на тальк.

– «Пудра наследства», – не без ехидства заметил Лареми, – ее изготовил мой знакомый аптекарь. Это идеальное средство для убийства. Подсыпь это своему благоверному в тарелку с супом, и мы получим все его денежки!

Мари так и сделала. За ужином Томас восторгался тыквенным супом, который был сдобрен лошадиной дозой яда. В три часа ночи особняк содрогнулся от мощного рыка. Мари, которая в последние несколько недель под предлогом неважного самочувствия перебралась в отдельную спальню, поняла, что яд подействовал. Вообще-то она рассчитывала на то, что обнаружит супруга утром мертвым, а вместо этого он перебудил весь особняк.

Она заспешила в спальню к Томасу. Колчестер корчился на ковре и орал:

– О, у меня кипит в желудке! Черт возьми, что же это такое! Срочно доктора!

Набежавшая прислуга не дала Мари возможности изолировать мужа и обречь его на неминуемую кончину. Кто-то уже послал за врачом. Мари встретила медика в холле и сказала:

– Мне кажется, что Томас помутился рассудком. Наверняка это острый приступ сахарного диабета!

Врач, который обнаружил американца в бессознательном состоянии, заметил:

– Это совсем не похоже на приступ сахарного диабета, миссис Колчестер. Я бы сказал, что это... отравление!

– Отравление? – испуганно пробормотала Мари.

Этого только не хватало! Ведь аптекарь обещал, что яд подействует очень быстро и не вызовет никаких нежелательных и подозрительных симптомов. А врач говорит об отравлении.

Прибыл и «любимый кузен» Жан, который, как мог, утешал Мари. Томас скончался только ранним утром. Доктор немедленно информировал полицию и высказал свои подозрения. Мари тряслась от страха, когда узнала, что тело супруга увезли на вскрытие.

– Они найдут в его теле яд, Жан! – кричала она, запершись с любовником в кабинете мужа. – И им не составит труда понять, кто же отравил Томаса!

Жан опасливо оглянулся на дверь и прошептал:

– Мари, не кричи так громко! Аптекарь уверял меня, что яд нельзя обнаружить. Все обойдется!

Утром следующего дня, когда весть о том, что Томас Колчестер стал жертвой отравления, разнеслась по всему городу, в особняк пожаловали высокие полицейские чины. Мари, облаченная в черное платье, нервно теребила бриллиантовую брошь. По лицам незваных гостей она видела, что дело плохо.

– Миссис Колчестер, – сказал начальник полиции, – мы вынуждены сообщить вам ужасную новость. Ваш супруг, достопочтенный Томас Колчестер, стал жертвой гнусного убийства!

– Не может быть! – воскликнул «кузен» Жан, который присутствовал при конфиденциальном разговоре, не желая оставлять ни на минуту без присмотра «несчастную вдову».

– К сожалению, это так, мистер граф, – сказал главный патологоанатом Филадельфии. – Я лично проводил вскрытие...

– Ах! – Мари закатила глаза и сделала вид, что брякнулась в обморок.

Жан с негодованием воскликнул:

– Какая бестактность и черствость! Как вы можете в присутствии моей кузины, которая понесла столь тяжелую утрату, вести речь о таких ужасных вещах!

Мари привели в чувство при помощи нюхательной соли. Полулежа на кушетке, она срывающимся голосом произнесла:

– Прошу вас, продолжайте, я хочу знать всю правду!

– А правда такова, миссис Колчестер, – заявил патологоанатом, – что ваш супруг был отравлен смесью таллия, свинца и болиголова. Убойная штука, скажу я вам, впервые сталкиваюсь с подобным.

– Вы уверены? – с тревогой спросил «граф» Жан. – Возможно, это несчастный случай...

– Сомневаюсь, – ответил глава городской полиции, – кто-то изготовил эту токсическую смесь и намеренно подбросил ее в пищу мистера Колчестера. И мы приложим все усилия, чтобы выяснить, кто именно! Вы ведь не возражаете, миссис Колчестер, чтобы мы провели в вашем особняке обыск?

Мари в ужасе уставилась на полицейского. Тот, не мигая, смотрел на нее. Он знает! Он все знает!

– Это неслыханно! – побелев, запричитал «кузен» вдовы. – Что вы себе позволяете, ведь пойдут слухи...

– Слухи уже пошли, – отрезал шеф полиции, – и в ваших же интересах, господин граф, убедить свою кузину согласиться на обыск особняка. Уверяю вас, я могу добиться ордера от судьи, но одно дело, если вы добровольно позволите нам осмотреть дом и выйти на след убийцы, и совсем другое, когда санкцию дает судья. Вам ведь нечего скрывать от нас?

– Подождите хотя бы до похорон, – залепетала Мари. В шкатулке на ее туалетном столике лежал конверт с остатками «порошка наследства».

– Думаю, дорогая кузина, господа совершенно правы, нам необходимо разрешить им провести обыск немедленно, – сказал весомо Лареми. Мари ничего не понимала. Или Жан хочет, чтобы ее через полчаса арестовали как мужеубийцу?

– Повторяю, кузина, вы должны дать согласие. – Жан стиснул локоток Мари. Она закивала головой и выдавила из себя: – Господа, вы можете делать все, что считаете нужным!

– А вам, милая кузина, необходим бокал минеральной воды, я принесу, – сказал Лареми и выскользнул из комнаты. Он вернулся через пять минут. Полицейские тем временем начали обыск. Мари лежала на кушетке и дрожала.

– Что ты наделал, – прошептала она. – Жан, это наш конец!

Лареми потрепал ее по щеке и ответил с самодовольной улыбкой:

– Милая кузина, не стоит так волноваться, уверяю тебя, что нам нечего бояться!

Раздался топот, дверь в гостиную распахнулась, на пороге возник шеф полиции с сияющей физиономией. В руках он держал небольшой конверт с остатками порошка.

– Миссис Колчестер, мы нашли важнейшую улику! Доктор уверен, что в этом конверте – остатки яда, которым отравили вашего супруга.

Мари сделалось дурно. Если бы не Жан, который разрешил полиции провести обыск, то все бы обошлось! Она прошептала:

– Я уверена, что для этого найдется самое невинное объяснение... Все дело в том, что...

У нее пересохло в горле. Шеф полиции, словно этого не замечая, продолжил:

– Убийца схвачена! Благодарю вас, миссис Колчестер, вы и ваш кузен, мистер граф, оказали неоценимую помощь следствию!

Мари решительно ничего не понимала. Что имеет в виду полицейский? Судя по всему, он не собирается ее арестовывать, но если он говорит, что убийца схвачена...

– Кто бы мог предположить, что мистер Колчестер будет отравлен вашей горничной! – продолжал начальник полиции. – Это уникальный случай!