Император песчаных карьеров - Антон Панарин

покачиваясь. Я назвал его Вася. По имени бывшего начальника, который тоже молча терпел всю корпоративную дичь.

На третий день на горизонте появился тёмный контур. Сначала я подумал, что это мираж. Слишком много времени на солнце провёл. Галлюцинации, стандартный побочный эффект обезвоживания в подобных случаях. Но очертания не исчезали. Более того, они росли. Становясь чётче. Превращаясь в… здания?

Я прищурился, вглядываясь. Да. Действительно здания. Очень много зданий. И надпись на воротах «Воронеж», а рядом краской приписано «Хрен догонеж». Определённо, писал какой-то безграмотный обалдуй, но удивительно, что он знает эту присказку из моего мира.

Город выглядел как декорация к постапокалиптическому фильму. Сотни девятиэтажек торчали из песка. Именно торчали — как надгробия на кладбище великанов. От каждого здания виднелись только два верхних этажа. Всё остальное было погребено под песком.

Я остановил Васю и просто смотрел на эту картину. Александр Сергеевич Ветров, двадцать пять лет, житель типовой панельки в спальном районе, смотрел на город из утонувших в песках панелек и чувствовал дежавю.

Окна в домах были выбиты. Балконы обвалились или обросли какими-то конструкциями. Навесами, тентами, лестницами. Между зданиями натянуты верёвки с бельём, флагами, непонятными тряпками. А между всем этим хаосом расставлены палатки. Сотни палаток. Тысячи, может быть. Разномастные, разноцветные. Они покрывали пространство между зданиями, как грибы после дождя.

А ещё здесь были толпы людей, снующих туда-сюда. Крики торговцев. Визг детей. Рёв животных. Город превратился в один огромный рынок. Я направил Васю вперёд. Въехав в этот муравейник, я задохнулся от резких запахов. Да, Василий вонял, как коровья лепёшка на лугу, но рынок пах куда хуже. Аромат пота, специй, животных экскрементов, жареного мяса, дыма и ещё чего-то неопределимо смердевшего. В прошлой жизни я бы зажал нос. Сейчас просто дышал ртом.

Палатки лепились одна к другой. Торговцы зазывали клиентов. Здесь продавали всё: от тканей и оружия до живых петухов и подозрительного мяса на палочках. Я ехал медленно, пробираясь сквозь толпу. Люди расступались неохотно. Сам я вонял не хуже верблюда, так что особой популярностью мы не пользовались.

Обратил внимание на одежду. Все, абсолютно все, были одеты в оттенки песочного. Бежевый. Охристый. Светло-коричневый. Серо-жёлтый. Никаких ярких цветов. Ни красного. Ни синего. Ни зелёного. Рагнар как-то упоминал про это. Первое правило пустыни. Никому не говорить о пустыне. Ха-ха. Конечно же, нет. На самом деле обычным людям разрешено носить только цвет песков. Яркие цвета — привилегия магов и аристократии.

Магов. Да. Про них я тоже кое-что слышал и даже был одним из них. А сегодня я впервые увидел башню. Она возвышалась в центре города. Огромная, уходящая в небо так высоко, что верхушка терялась в дымке. Вся целиком окрашена в алый цвет. Красная башня. Башня магов Огня.

Даже с расстояния в несколько кварталов она выглядела внушительно. Стены, похоже, были из камня, отполированного до блеска. На солнце башня светилась, как гигантский маяк. Или как гигантская свеча. Я не мог оторвать взгляд. В моей прошлой жизни самым высоким зданием, которое я видел вживую, была Останкинская башня. Эта была примерно такой же высоты. Может, даже выше.

Но Останкинская не горела алым пламенем. Метафорически, разумеется. Толпа вдруг заколыхалась. Люди начали расступаться. Быстро. Почти панически. Я повернул голову, высматривая причину волненией, и увидел.

Отряд магов. Человек семь. Может, восемь. Все в алых одеяниях. Длинные балахоны с капюшонами. Ткань выглядела дорогой. Шёлк? Или что-то местное, столь же роскошное. На поясах у каждого висел брелок. Необычный, с кристаллом внутри. Кристаллы светились оранжевым светом, а внутри них бушевало пламя. Живое пламя, заключённое в прозрачный камень.

Маги шли уверенно, дерзко зыркая на всех вокруг. Им не нужно было толкаться, толпа сама расступалась, как Красное море перед Моисеем. Я наблюдал за ними, стараясь запомнить детали. Лица были закрыты капюшонами. Руки в перчатках. Ни сантиметра голой кожи. Только красная ткань да кристаллы на поясах. Весьма удобно. Даже издалека ясно, что с этими гражданами лучше не ссориться.

Как-то Рагнар рассказывал мне про магию. Система была простая и одновременно ограниченная. Маг может контролировать только то, что видит. Точнее, он должен сперва установить визуальный контакт со стихией, и только потом он сможет ею управлять. Маг огня не создаст огненный шар из воздуха. Ему нужен огонь. Реальный горящий огонь. Костёр, факел или кристалл пламени, на худой конец.

Вот для этого эти брелоки и нужны. Постоянный источник элементальной стихии. Увы, маг Воды бесполезен в пустыне. Потому что воды здесь попросту нет. Совсем. Ну, почти. В текущих реалиях я лучше выпью воду, чем потрачу её на дешевые фокусы. Жизнь важнее, чем почесать пузико своему самомнению.

Зато маги Ветра были невероятно полезны, так как в пустыне ветра хватает с избытком. Маг Огня полезен вдвойне, ведь их заклинания невероятно разрушительны. А вот маги Земли… Эти кудесники стали королями этого мира, так как здесь океаны песка. Куда ни посмотри, везде либо песок, либо камни.

Но красные маги тоже были не лыком шиты и занимали одну из лидирующих позиций в пищевой цепи. Отряд прошёл мимо меня, заставив невольно втянуть голову в плечи. Инстинкт сработал на ура. Не привлекать внимания опасных существ — это лучшая из стратегий выживания. Также я делал, когда в конце трудового дня начальник искал, кого бы озадачить сверхурочной работой, за которую, разумеется, никто не заплатит.

Маги не обратили на меня внимания. Обычный оборванец на верблюде. Таких тут сотни. Я выдохнул, когда они скрылись за поворотом, и продолжил пробираться через рынок. Искал что-то похожее на постоялый двор. Или караван-сарай. Или просто место, где можно было бы спешиться, не боясь, что Васю украдут.

Караван-сараи здесь, конечно же, были. Это такие постоялые дворы с местом отдыха для торговых караванов, путешественников и их животных. К сожалению, все они требовали оплаты, а мои десять медяков быстро превратились бы в ноль, учитывая местные расценки.

Я проехал мимо трёх заведений, прицениваясь к услугам. Цены кусались так, что хотелось плакать. За ночлег просили пять медяков. За место для верблюда — ещё три. За воду — два. Итого десять, и я остался бы без гроша.

Профессиональный опыт менеджера подсказывал, что в таких ситуациях нужно искать альтернативные решения. Оптимизация расходов, перераспределение ресурсов, поиск более выгодных предложений. В переводе на простой язык это означало найти место, где можно было бы бесплатно припарковать Васю и переночевать самому, не потратив ни копейки.

Я направил верблюда в сторону жилых зданий, подальше от рыночной