Тайновидец. Том 4: Обратное течение - Алекс Рудин

— Такое тоже возможно, — согласился я. — Но будем надеяться на лучшее.

Мы неторопливо шли по тропинке вдоль берега. Девушка легко держала меня под руку. Река сверкала на солнце, от нее пахло свежестью. И вода теперь текла в привычную сторону — слева направо, да и уровень в реке заметно понизился.

Миновав смотровую площадку, мы поднялись на Шепчущий мост и остановились возле перил.

— Вы отсюда меня заметили? — поежившись, спросила Елизавета.

— Нет, я стоял чуть дальше, возле опоры.

— А зачем вы пришли на мост ранним утром, в непогоду? Или это секрет?

— Нет, никакого секрета, — улыбнулся я. — Вы знаете, почему этот мост называют Шепчущим?

— Что-то припоминаю, — кивнула девушка. — Кажется, вода здесь рассказывает сказки?

— Именно так. Если закрыть глаза и прислушаться к плеску воды, то можно услышать невероятные истории. Но это еще не все. Когда сильный ветер несколько дней подряд дует с залива, то река начинает течь в обратную сторону. И тогда плеск воды предсказывает будущее.

Елизавета удивленно посмотрела на меня.

— Это правда? И вы что-то слышали?

— Что-то слышал, — усмехнулся я. — Но почти ничего не понял. А потом из-под моста выплыли вы, и мне стало не до пророчеств.

Девушка снова поежилась и крепче взяла меня за руку.

— Может быть, я тоже слышала об этих пророчествах? — неожиданно спросила она. — И пришла сюда специально, чтобы их услышать?

— Не стоит вам думать об этом, — сказал я. — Все выяснится со временем.

Мы перешли на другой берег и спустились с моста. Здесь от набережной отходили узкие улочки и переулки. Они тянулись в разные стороны, иногда сворачивая под самым неожиданным углом и пересекаясь друг с другом.

Магазинчиков на них хватало, и мы по-очереди заходили в каждый. Заглянули к молочнику, который, добродушно улыбаясь, предложил нам попробовать густую сметану с лучших пригородных ферм. Мы не стали отказываться. Сметана оказалась сладкой, а под носом у Елизаветы получились роскошные белые усы. Да и я выглядел не лучше. По счастью, у молочника нашлись салфетки.

Затем мы зашли в мясную лавку. Хмурый здоровяк в перемазанном кровью белом фартуке молча покачал головой в ответ на наш вопрос.

В соседней пекарне девушку тоже не вспомнили. Зато угостили нас крепким кофе и свежими булочками с корицей.

— Может быть, прогуляемся по другой улице? — спросила Елизавета, когда мы вышли из пекарни.

— Мы только начали, — улыбнулся я. — Смотрите — там ломбард.

Девушка слегка покраснела.

— Вы считаете, что я могла закладывать вещи? — спросила она.

— Я считаю, что нельзя упускать никакую возможность.

Ломбард располагался в полуподвальном помещении за тяжелой железной дверью, которая не оставляла никаких надежд случайным грабителям. За стойкой скучал молодой человек с тщательно зачесанной и приглаженной шевелюрой. За его спиной на полках пылились хрустальные вазы и предметы из старинных сервизов. В витрине под стеклом лежали золотые и серебряные украшения, а в углу стоял патефон.

Увидев нас, скупщик вежливо улыбнулся.

— Желаете что-нибудь заложить или выкупить?

Затем он пригляделся к моему костюму, и его улыбка стала шире.

— Может быть, хотите что-то приобрести?

— Кое-какие сведения, — кивнул я, доставая из кармана монету. — Вы помните эту девушку? Возможно, она заходила к вам?

— Мы не даем сведений о наших клиентах, — развел руками скупщик. — Вы должны понять, ваша милость. Люди часто приходят сюда в затруднительном положении, которое стараются скрыть от знакомых.

— Все в порядке, — решительно сказала Елизавета. — Если вы меня помните, скажите об этом. Я заходила к вам?

— Если вы что-то оставляли в ломбарде, то у вас должна быть квитанция. Поищите ее.

Улыбка молодого человека по-прежнему излучала любезность. Но я почувствовал, что он что-то недоговаривает.

— Со мной вы вряд ли знакомы, — так же любезно улыбнулся я. — Граф Александр Васильевич Воронцов, к вашим услугам. Меня еще называют Тайновидцем. И сейчас я вижу, что вы врете. Квартал здесь не самый благополучный. Наверняка, у вас очень разные клиенты. Есть и такие, которые не в ладах с законом. Поэтому я, пожалуй, вызову сюда полицию. Мы вместе подождем городовых, а потом внимательно осмотрим ваше заведение. Вдруг в нем найдется что-то интересное?

Скупщик мгновенно переменился в лице.

— Нас интересует, заходила ли к вам моя спутница, — напомнил я. — Скажите правду, и мы сразу уйдем.

Я положил на прилавок монету.

— Эта девушка заходила несколько дней назад, — быстро сказал скупщик. — Я просто не мог вспомнить сразу. Здесь бывает довольно много людей.

— Замечательно, — кивнул я. — Зачем она приходила?

— Она оставила в залог серьги с… с гранатами.

Я заметил, что его взгляд мгновенно прыгнул в сторону.

— Но сегодня их нельзя забрать. Они не здесь, хозяин их увез.

— Ладно, — кивнул я. — Подождем полицию.

— Зачем, ваше сиятельство? Я же все сказал!

— Принесите серьги, — нахмурился я. — И копию квитанции.

Во взгляде скупщика промелькнуло разочарование.

— Вот они, — недовольно пробормотал он, указывая на витрину.

Под стеклом лежали изящные золотые серьги с искусно ограненными камнями.

— Будьте любезны копию квитанции, и побыстрее, — потребовал я.

Скупщик неохотно протянул мне квитанцию.

На клочке серой бумаги небрежным почерком была записана фамилия девушки. Ниже надпись — «золотые серьги с рубинами». И довольно скромная сумма.

— Здесь написано, что в серьги вставлены рубины, — заметил я.

— Значит, я перепутал, — буркнул скупщик. — Я же не обязан помнить все!

— Мы выкупаем серьги, — решил я. — Давайте их сюда. Квитанцию я тоже забираю.

Мы расплатились, и я пристально посмотрел на скупщика.

— Еще один правдивый ответ, и я забуду о том, что вы собирались заменить камни. Сколько в округе ломбардов?

— В этом квартале только мы, — нехотя ответил юноша. — Есть еще один на соседней улице.

— Благодарю вас, — сухо кивнул я.

И мы вышли на улицу.

Елизавета удивленно смотрела на меня.

— Как вы его, а? Он ведь хотел нас обмануть, да?

— Зато мы выяснили, как вас зовут, — улыбнулся я, разворачивая квитанцию. — Елизавета Федоровна Молчанова. Поразительно, но с именем вы угадали.

Елизавета молча кивнула — от волнения у нее перехватило дыхание.

— Держите