Остров в океане - Неонилла

Боцман легонько постучал им о камень.

– Вы правы, профессор, этот народ цивилизованный, несмотря на вроде как достаточно примитивный образ жизни. Но, кажется, этот парень собирается поить нас только молоком, – он глядел на дичь голодными глазами. – Ах… как мне жалко эту куропатку…

Профессор попытался объяснить радушному хозяину, что они голодны и их друг с удовольствием съел бы эту птичку. Незнакомец досадливо пожал плечами, показал на уже обугленный кусочек дичи – пока они пытались наладить общение, тушка сильно подгорела. Недолго думая он, направился к небольшому каменному сооружению и принес несколько рыбин, почистил их, сдобрил каким-то специями и зажарил на раскаленных углях.

Подкрепившись едой, по которой давно соскучился, боцман сделался крайне благодушным.

– Очень вкусно, – сказал он. – После такой жирной рыбки меня уже почти не волнует, что нас ожидает завтра. Теперь можно и поспать.

Профессор, кряхтя, потянулся:

– Вы не чувствуете себя, как в сказке? Спать на таких мягких шкурах, да еще в горах, как в стародавние времена… Для меня такое в новинку.

Ученик старца потушил лампу – и все вокруг укутала тьма. Изнуренные долгой дорогой путешественники заснули, кто посапывая, а кто и громко храпя.

16

Рано утром их разбудил хозяин хижины, знаками объяснив, что поведет их в город, в замок короля.

Путь лежал по пустынным горам, но, наконец, они вошли в населенную местность, и путешественники сразу же обратили внимание, с какой любовью островитяне относятся друг к другу. Так же радушно встретили их и в замке.

Подошел один из служителей и приложил руку к груди:

– Приветствую тебя, ученик старца. Откуда ты привел этих людей?

Ученик рассказал, то, что он сам понял из объяснений чужеземцев: их было гораздо больше, остальные погибли в кораблекрушении, а выжившие набрели на его хижину.

– Нет, брат мой, тебе не придется читать молитву за упокой души их товарищей, – возразил служитель. – Они все спасены рыбаками, а лекари оказали чужеземцам необходимую помощь. Матросы говорили, погибло трое – капитан, его помощник и, кажется, среди них был еще ученый. Наверное, это они и есть?

– О чем они говорят, профессор? – вполголоса спросил Хайнар. – Уверен, о нас.

– Думаю, вы правы, мой дорогой капитан. Видите, как они приветливы к нам, искренни, видимо, нас ожидает хороший прием.

Ученик старца ушел ненадолго и вернулся с человеком, представившимся Гуатром. Он поприветствовал нежданных гостей и повел их к правителю острова.

Взору путников открылось великолепное убранство зала. По периметру возвышались статуи из мрамора, удерживающие свод. Стены и свод были выложены мозаичным изображением. Чужеземцы стояли на черном мраморе, словно на зеркале, пораженные тем, что смогли сотворить руки обитателей этого неизвестного никому острова. Во всем чувствовалось мастерство и душевная простота.

Посреди зала стоял высокий мужчина в светлых одеждах, во всем облике которого угадывались сила и трезвый ум. По его знаку к нему приблизился один из христосцев, который начал разговор на вполне хорошем изавийском языке:

– Наш король и наш народ приветствует вас на нашей земле! Мы рады, что вы остались живы. Знаем, ваш корабль потерпел крушение, и все посчитали вас мертвыми, ведь еще никому не удавалось преодолеть зону рифов, штормов и туманов.

Тот, кого переводчик назвал «королем», кивнул и сказал:

– Вас спасла рука Господа Бога, не иначе.

Профессор поклонился:

– По тому, как вы нас встречаете, видно, что вы народ истинно любящий. Как говорил сын Божий в писаниях, нет выше призвания, нежели любить ближнего. Поскольку я ученый, я знал, что существовал такой народ. Я благодарен судьбе, что нахожусь перед христосцами, и кланяюсь вам в знак уважения.

Боцман и капитан последовали его примеру и, скрестив руки, поклонились.

– Только объясните мне, дружище, – спросил капитан Хайнар у человека, знавшего их родной язык, – как вы узнали, что наш корабль попал в шторм, и что нас было тридцать семь человек? Это меня удивило больше всего.

На это человек улыбнулся и перевел королю прозвучавший вопрос. Люди в зале оживились, а переводчик, после того, как король ему что-то сказал, вновь обратился к чужеземцам:

– На ваши вопросы ответит его сын, принц Камрин. Он же познакомит вас с окрестностями, но это будет завтра, а сейчас, говорит король, вам необходима теплая ванна и отдых. Король польщен вашим знанием. Несмотря на великие трудности в океане, вы сумели проплыть через все рифы и скалы, и у нас есть радостная весть, для вас. Вот, смотрите! – и он указал на двери.

Какого же было изумление капитана, боцмана и профессора, когда в зал вошли матросы.

– Это же наши! Братцы! – боцман Зандер бросился к ним. – Гонард, Вахтер, вы живы?!

– Как же вам удалось спасти наших товарищей?! – спросил капитан. – Я безмерно благодарен вам, король за своих матросов.

– Благодарите наших рыбаков, чужестранец.

Христосцы разошлись, оставив команду наедине с самими собой. Один из матросов спросил:

– А как вам удалось спастись, боцман? Мы-то думали, вы погибли…

– Так и мы посчитали погибшими вас, думали, нас осталось трое. В общем, повезло всем. Расскажите лучше, как к вам тут относились?

– Да этот остров просто чудо! Люди здесь замечательные, живут просто и дружно.

– В этом мы успели убедиться, – заверил Пирли.

Другой матрос заметил:

– Профессор, когда-то я читал священное писание, где сказано, что человек должен строить церковь в своей душе, и его дом должен быть крепок, как и его вера. Похоже, здесь люди так и живут – все добры друг к другу, жилища просты, но красивы, все вокруг утопает в зелени. Куда ни посмотришь, всюду встречаешься с красотой, душа отдыхает, не то что у нас дома. Если бы они мне позволили, я остался бы здесь на всю жизнь. Похоже, здесь даже нет богатых и бедных!

– Разве они не ведут торговлю? – удивился капитан Хайнар.

– У них вообще нет денег, представляете? Вещи они дарят либо меняют – у них даже торговля очень проста…

Переводчик, сопровождавший их, улыбнулся и сказал:

– Вы скоро увидите сами, что мы живем по законам Иисуса. А пока позвольте проводить вас в баню, где вы омоетесь после всех ваших странствий. К ужину в вашу честь в саду накроют большие столы. Будут танцы, песни, состязания.

– Эх, братцы, – радостно повторил тот матрос, который говорил про священное писание, – иногда мне кажется, что я точно попал прямо в рай.

17

Войдя в баню, путники ощутили ароматы нагретых трав, смешивавшийся с клубами мягкого пара.

– Да уж, все замечательно, – бормотал боцман, быстро стягивая с себя грязные лохмотья погружаясь в благоухающую влагу керамической ванны, где он надолго и затих.

Через какое-то время профессор спросил его:

– Милейший, вы там не уснули случайно? Не хватало еще после всего в ванне утонуть.

После нескольких секунд молчания Зандер медленно открыл глаза.

– Уф, какое блаженство! Профессор, а ведь это благодаря вам мы попали в этот рай и оказались в этой душистой ванне.

– Что же, приятно слышать признание своих заслуг. Но хочу напомнить, что после шторма кто-то бросался на меня, как волк, и винил во всем случившемся. Вы случайно не знаете, кто это был, а, капитан?

– Профессор, кто старое помянет, тому глаз вон, – раздался хрипловатый смех боцмана. – Кстати, а вы обратили внимание, какие у них стройные женщины? Интересно, у них все такие красавицы или только вокруг королевского замка такие крутятся? После такой баньки я бы не отказался и приватно побеседовать с одной из них.

– Ради Бога, Зандер! Надеюсь, вы проявите учтивость при завязывании знакомств? Не хватало только обидеть кого-то из местных!

– Да не волнуйтесь, профессор, я умею держать себя в руках. А моральное право я имею – я же старый холостяк, сердце мое свободно, как говорится, как и все остальное! – И Зандер захохотал.

Поднявшись из ванны, капитан удовлетворенно произнес:

– Какое блаженство! Эти цветочные лепестки не только тонизируют, но и великолепно отмывают тело. Ого! Посмотрите, что для нас приготовлено, ну надо же – наши новые костюмы.

Примерив на себя местные одеяния, они неожиданно нашли их удобными и не стесняющими движений. Казалось, даже одежда на этом острове была под стать светлому и радостному укладу жизни его обитателей.

В саду звучала громкая музыка, отовсюду послышалось пение. Кто-то накрывал столы, кто-то жарил дичь и мясо, кто-то подносил блюда с овощами и фруктами.

– Посмотрите, наши матросы тоже среди танцующих! И когда они успели научиться? Я бы тоже станцевал, но боюсь, мне помешает приступ голода. Лучше пойду приму свое лекарство, – кивнул боцман в сторону запекающегося на огне барана.

– Сколько лет с ним хожу в плавание, в какие только переделки ни попадал, и ни разу не видел, чтобы он потерял остроумие.… Ого! Профессор, кажется, юная красавица хочет пригласить вас на танец.