Свет дня - Эрик Эмблер

— Нет, по сути, там ничего не произошло. Во всяком случае, сколь-либо серьезного, — стараясь говорить как можно более равнодушным тоном, произнес я и отвернулся, чтобы повесить на вешалку костюм.

— И долго тебя не будет? — Судя по ее голосу, версию с незначительным инцидентом на дороге она приняла без особого сопротивления.

— Денька два-три. Вернусь, само собой разумеется, неожиданно… скорее всего, первым же авиарейсом и, не сомневаюсь, застану тебя с очередным любовником. Ну как тебе это? Нравится?

Почему-то мне казалось, моя шутка — пусть даже не самая удачная — развеселит ее, но Ники даже не улыбнулась. Недоуменно пожав плечами, я залез под одеяло, выключил свет, устроился поудобнее… После нескольких минут молчания она вдруг спросила:

— Слушай, а с чего бы это такому человеку, как мистер Харпер, захотелось отправиться в бордель? Да еще в чужой стране…

— Не знаю. Наверное, потому, что в других местах он не ощущает себя мужчиной.

После очередной длительной паузы Ники высунула руку из-под одеяла и коснулась моего лица.

— Что же все-таки произошло на самом деле, папулечка?

Сначала мне в общем-то хотелось рассказать ей всю правду, но поскольку это автоматически означало бы, что про дорожное происшествие я ей соврал, то я решил просто ничего не отвечать. На всякий случай. Не получив ответа, она от меня отвернулась и скоро уснула.

Когда на следующее утро я уходил из квартиры, Ники все еще спала. Или делала вид, что спит…

Харпер заставил меня ждать где-то минут десять. Достаточно, чтобы я вспомнил, что забыл отключить аккумулятор моей машины. Он в любом случае плохо держал зарядку, и ко времени моего предполагаемого возвращения встроенные электрические часы наверняка полностью его разрядят. Интересно, найдется ли у меня время позвонить Ники и сказать ей, чтобы попросила срочно сделать это нашего консьержа? Но тут мои размышления прервал наконец-то спустившийся из своего номера люкс сам мистер Вальтер К. Харпер.

— Все готово? — не поздоровавшись, коротко спросил он.

— Да, сэр, готово.

— Хорошо. Тогда поедем на такси.

Когда мы уже ехали по направлению к Стеле-стрит, он открыл тот самый, хорошо знакомый мне портфель, достал оттуда большой коричневый конверт — прошлой ночью его там не было, это уж точно — и протянул его мне. Со словами:

— Здесь все, что вам может потребоваться: документы на машину, весь маршрут движения, разрешение на проезд через границу, вид на жительство, страховая карточка, тысяча греческих драхм, сто турецких лир и пятьдесят американских долларов на крайний случай. Все вроде бы в полном порядке, но лучше еще раз проверьте все сами.

Что я, естественно, тут же и сделал. Из документов на машину было видно, что зарегистрирована она в Цюрихе и что ее законным владельцем или, в крайнем случае, лицом, пользующимся ею по доверенности, является некая фрейлейн Элизабет Липп, проживающая по адресу: отель «Эксельсиор», Лауфен, Цюрих.

— Эта мисс Липп и есть ваш приятель? — поинтересовался я.

— Да, вы не ошиблись.

— Значит, скоро мы ее встретим?

— Нет, сейчас вряд ли, а вот в Стамбуле вполне может быть. Кстати, если на таможне вас вдруг спросят о причине ее отсутствия, скажите им, что мисс Липп не переносит долгую езду по горным дорогам на автомобиле, поэтому предпочла добираться до Стамбула пароходом. Это и менее утомительно, и куда более приятно. А время практически одно и то же.

— Она что, туристка?

— А кто же еще? Она дочь моего делового компаньона, которому я просто оказываю небольшую дружескую услугу… Да, кстати, если мисс Липп вдруг захочется, чтобы вы прокатили ее по Турции, можете смело просить у нее еще денег. Так сказать, «за дополнительные услуги и на дополнительные расходы». Далее: возможно, она также попросит вас пригнать машину назад в Грецию, но это только мои догадки. Ее точные планы мне пока неизвестны. Узнаете их там, на месте.

— Ясно. На месте так на месте. — Хотя для человека, приказавшего мне не задавать никаких вопросов, Харпер был на удивление откровенным. — И куда мне доставить машину в Стамбуле?

— Никуда ничего доставлять не надо. Просто прибудете в Стамбул точно в четверг, найдете отель «Парк», остановитесь там и будете ждать дальнейших инструкций. Вот, пожалуй, и все.

— Очень хорошо. А когда я получу мое письмо?

— При окончательном расчете после выполнения работы.

Стеле-стрит была расположена на окраине города, совсем рядом с морскими доками. По случайному совпадению обстоятельств именно в тот момент, когда мы подъехали, в пришвартованное напротив судно через один из боковых люков загружался какой-то автомобиль. Я не смог удержаться от соблазна бросить взгляд на Харпера — заметил ли он это тоже? Но он даже если и заметил, то не показал виду. Я тоже предпочел промолчать. Если мистер Харпер просто не в курсе дела, значит, ему так хочется, и не стоит его просвещать. Если же он считает, что я поверил в его версию с туристическими устремлениями некоей фрейлейн Липп, тем лучше для нас обоих. Лично я как-нибудь сумею сам о себе позаботиться, это уж точно. Во всяком случае, так мне тогда казалось…

Ближе к середине улицы находился гараж со старой вывеской «Автопокрышки и шиномонтаж», которую в свое время, очевидно, просто забыли снять или заменить. Харпер попросил таксиста остановиться напротив и немного подождать. Мы вылезли из машины и пошли к офису, в котором сидел какой-то человек. Увидев Харпера в окно, он тут же вышел наружу. Это был худой темноволосый мужчина в запачканном темно-синем костюме. И хотя взаимных приветствий между ними вроде бы не наблюдалось, было очевидно, что они давно и хорошо знают друг друга. Кроме того, оба, к моему глубочайшему сожалению, говорили между собой по-немецки, то есть на языке, которого я не знал.

Впрочем, их разговор длился совсем не долго, и буквально минуты через две, не больше, нас провели сначала через небольшую ремонтную мастерскую, а затем через автомобильную свалку во дворе к ряду закрытых гаражных боксов. Хозяин открыл один из них, и… мы увидели там наш «линкольн» — черное, с четырьмя дверцами авто выпуска прошлого года. Харпер влез внутрь, вставил ключ в зажигание, завел двигатель и медленно вывел машину из гаража. Затем вылез наружу и чуть ли не торжественно вручил мне ключи. Со словами:

— Итак, она полностью заправлена, ну и все такое прочее. Так что можете смело отправляться в путь-дорогу.

— Очень хорошо, — ответил я, устраивая мою дорожную сумку на заднее сиденье. — Но сначала мне бы хотелось сделать один очень важный для меня звонок по телефону.

Он сразу же насторожился:

— Кому?

— Консьержу моего дома. Хочу предупредить его, что, возможно, буду отсутствовать несколько дольше, чем предполагал, и заодно попросить отсоединить аккумулятор моей машины.

Харпер чуть поколебался, но затем все-таки кивнул:

— Ладно, валяйте. Можете сделать это прямо отсюда.

Он что-то сказал хозяину, и мы все тем же путем вернулись в офис.

Трубку сняла сама Ники, и я буквально в нескольких словах сообщил ей о возникшей проблеме с аккумулятором. Когда же она, выслушав меня, начала обиженно жаловаться, что «ее никто не разбудил, чтобы хотя бы попрощаться», я просто-напросто повесил трубку. Мы говорили, конечно, по-гречески, но Харпер слушал настолько внимательно, будто абсолютно все понимал.

— Кажется, вы говорили с женщиной, не так ли? — поинтересовался он, когда увидел, что разговор уже закончен.

— С женой консьержа. Что-нибудь не так, сэр?

Он сказал несколько слов по-немецки человеку в испачканном темно-синем костюме, из которых я понял только одно — «адресат». Скорее всего, думаю, ему очень хотелось узнать, не сообщил ли я в ходе своего телефонного разговора адрес этого гаража.

Затем Харпер перевел взгляд на меня:

— Нет-нет, Артур, все в порядке. Не беспокойтесь, пожалуйста. Вот только не забывайте, что теперь вы работаете на меня.

— Сэр, мы с вами снова увидимся в Стамбуле или только здесь после моего возвращения?

— Там видно будет. А сейчас давайте-ка отправляйтесь в путь. Боюсь, мы и так потеряли бог знает сколько времени.

Минуту или две я внимательно изучал доску приборов, запоминая, что где находится, в то время как Харпер и тот другой, в темно-синем перепачканном костюме, внимательно наблюдали за всеми моими действиями. Затем я наконец включил двигатель, тронулся и направился назад к Афинам и дороге на Салоники.

Где-то через полмили я заметил в зеркале заднего вида то же самое такси, которое привезло нас к гаражу. Поскольку, привыкая к новой и для меня необычно большой машине, я ехал довольно медленно, в нормальном варианте любое такси уже давным-давно должно было бы меня обогнать, но это упорно не обгоняло, значит, Харперу очень захотелось меня проводить. Интересно, почему?