Три миллиона лет до нашей эры - Геральд Матюшин

Перебрав 5 тыс. т породы, Дарт отделил 20 т блоков с большим количеством костей. Из них выбрали тонну глыб, из которых извлекли 7159 костей. Они принадлежали разным животным. В основном (92%) это были антилопы. Кроме того, дикие кабаны, ископаемые зебры, жирафы, носороги, гиппопотамы, бабуины, саблезубые тигры. Были огромные черепахи и дикобразы, а также яйца птиц и др. Таково было, видимо, «меню» австралопитека.

Однако много было и костей гиены. И это вызвало споры. А может быть, это не остатки кухни австралопитека, а кости, натасканные в пещеры гиеной? Может, не австралопитек съедал гиен, а они его ели? Такое сомнение высказали многие исследователи. Дарт опрашивает охотников — видели ли они, чтобы гиена где-то оставляла кости на месте своего пиршества? «Нет, — отвечали охотники, — гиена слишком прожорлива, чтобы куда-то стаскивать кости. Она разгрызает и пожирает все тут же, на месте охоты».

Дарт обращается с объявлением в газеты. Он просит: «Не видел ли кто-либо скопления костей, оставленного гиеной где-либо?» Газеты распечатали просьбу Дарта. Однако никто не откликнулся. Значит, разговоры о том, что кости затащила в пещеры гиена, были неверными.

Убийцей гиены и всех остальных животных мог быть только австралопитек. Он же, видимо, иногда убивал и своих сородичей. Проделали такой опыт: гиену, пойманную вскоре после рождения, оставили в вольере и стали наблюдать, как она расправляется с пищей. В полтора года она без какого-либо остатка сгрызала голову теленка без особого труда. Она полностью разгрызала и шкуру теленка. В два года за три дня она запросто справлялась головой осла. И никаких остатков на месте своего пиршества она не оставляла.

Это окончательно убедило Дарта в том, что гиена здесь ни при чем. Черепа и кости на месте своей стоянки оставить мог только австралопитек. Зубы у него, в отличие от шимпанзе и гориллы, были мелкими, он ими не мог разгрызть крупные кости и потому выбрасывал их.

Дарт высказал мысль, что первыми орудиями предка человека были кости. Однако ему никто не поверил. Споры грозили быть бесконечными.

Однако вскоре в пещере Макапансгат, также неподалеку от Йоханнесбурга, были найдены и настоящие каменные орудия. Но к тому времени мир был взволнован другим — тайной ущелья Олдувай, расположенного далеко к северу — в Восточной Африке.

3.3. Сын Ястреба уходит в разведку

Луис Сеймур Базетт Лики, куратор музея Найроби (в Кении), прожил славную жизнь, оставив жену и детей на вершине славы в мировой науке.

Луис вырос в Африке. Его мать еще девушкой вместе со своими сестрами решилась отправиться в Восточную Африку просвещать там местных жителей. В 1902 г. она вышла замуж за миссионера Гарри Лики и прибыла в деревушку Кабета, что в восьми милях от Найроби. Там у них родился сын Луис. Он был первым белым ребенком в тех местах. Поэтому его появление на свет вызвало большой переполох среди местных племен кикуйю. Посмотреть на белого ребенка приходили вожди племен издалека. Они дружно плевали на него — так принято в их племени выражать высшее доверие. Посетителей было много, и, по рассказам самого Луиса, «старейшины сделали меня самым чистым младенцем по всей Восточной Африке».

Товарищами детских игр Луиса были черные сверстники из племени кикуйю. К 13 годам он уже хорошо освоил обязанности взрослого воина. Вожди племени решили допустить Луиса до обряда посвящения во взрослые (инициации). Это трудное испытание на выносливость, мужество, умение. Не все его проходят с одного раза. Лики сразу прошел все испытания и получил имя Вакараучи — Сын Ястреба. Он умел стрелять из лука так же метко, как и взрослые охотники кикуйю. Он умел незаметно подкрасться к любому животному и поймать его голыми руками. Например, он мог беззвучно подплыть к дикой утке и поймать ее за лапки. Он освоил самые сокровенные тайны охотников племени кикуйю. Он мог добывать себе пищу в необитаемом месте только с помощью лука и стрел.

Конечно, все это он освоил в свободное от занятий время. А на занятиях он делал то же, что и все дети белых, учился читать и писать, считать и рисовать. Так он получил два воспитания — одно европейское, второе первобытное. Особенно он гордился тем, что его высоко чтили вожди кикуйю. «Мы называем его черным человеком с белым лицом, поскольку он скорее африканец, нежели европеец!» — сказал о Луисе вождь племени кикуйю Комнанадж.

В 16 лет Луис отправился в Англию для получения образования. Он блестяще оканчивает Кембриджский университет и решает разгадать тайну первого человека. Он приходит к мысли, что искать «недостающее звено» нужно только в Восточной Африке. В 23 года Лики начинает свои поиски. Вначале он отправляется в Танганьику к Великому рифту.

Великий Африканский рифт — это как бы глубокая трещина в земной коре. Он протянулся на 6400 км от Эфиопии до Мозамбика. Однажды, около 5—15 млн. лет назад, страшное землетрясение рассекло равнину на тысячи километров. Образовалась огромная трещина в материке — Великая рифтовая долина, протянувшаяся от Аравии до юга Африки... По дну ее местами сохранились озера и реки. В районе таких озер — Накуру, Элиментейта и Наиваш — и начал разведку Л. Лики.

Через полгода поисков он открывает в Накуру 10 древних погребений. Позднее, у озера Элиментейта, еще 26! Конечно, это были погребения не самых первых людей. Однако это был каменный век, древностью не менее 8—10 тыс. лет. Лики нашел много обсидиановых орудий, зернотерки, обломки древних сосудов. Ученые заинтересовались его находками. Кембридж выделяет ему деньги на раскопки. В 1929 г. он вновь в Танганьике, в местности Кариандуси, неподалеку от озера Виктория.

Однажды, продираясь сквозь кустарник, он споткнулся и упал. Обнаружив себя на самом краю пятнадцатиметрового обрыва, Лики стал разглядывать кручу, с которой чуть было не свалился и не разбился. «Да — высота пятиэтажного дома. Тут, пожалуй, разбился бы насмерть. Правда, можно было на лету схватиться за что-нибудь торчащее из обрыва. За что бы можно было схватиться?» — раздумывал Луис. И вдруг увидел, что из обрыва торчит блестящий камень. Похоже на орудие. Лики осторожно добрался до камня и вытащил его — рубило! Настоящее рубило!

Рубила делали питекантропы. Таких древних орудий в Восточной Африке еще никто не находил. Лики начинает раскопки в Кариандуси. Он обнаруживает стоянку человека 200-тысячелетней давности. И на ней — 2 тыс. каменных орудий. Над стоянкой сооружают павильон. Теперь всякий мог посмотреть, как жили люди в далеком прошлом.

Изучая останки животных со стоянки Кариандуси, Лики заметил, что они похожи на кости, которые находили немецкий ученый-вулканолог Ганс Рек в ущелье Олдувай. В 1914 г. Ганс Рек писал, что в Олдувае встречались и «кости человека». Это заинтересовало Луиса Лики. Он написал письмо Гансу Реку в Берлин и предложил организовать совместную экспедицию в Олдувай. В 1931 г. Луис Лики и Ганс Рек во главе большой экспедиции отправился в Олдувай.

3.4. Тайны ущелья Олдувай

Ущелье Олдувай расположено между величайшей вершиной Африки — Килиманджаро и величайшим озером в мире — Викторией. Оно на 40 км разрезало выжженную солнцем пустыню Серенгети. Это был небольшой участок Великого рифта. Отвесный обрыв каньона обнажил древнейшие слои за миллионы лет. Они были видны в 100-метровом обрыве, как начинка в слоеном пироге.

Менялся климат. Высыхали озера и реки. Вулканы засыпали пеплом долину рифта. Проходило время. Снова потоки воды обрушивались в ущелье Олдувай... Образовались реки, они прорезали древние слои, обнажая древние стоянки человека.

Первые орудия каменного века Лики нашел через семь часов после прибытия в Олдувай, однако останков человека не попадалось. Ежегодно Лики чуть ли не ползком метр за метром двигался вдоль стенки каньона, внимательно всматриваясь в стометровый обрыв. Он искал следы древнейшего человека. И находил их: это были каменные орудия. Но Луису Лики этого было мало. Он хотел найти останки самого древнего человека. Однако проходили годы, а сам человек все «не открывался»...

Прошло четверть века в поисках.

Деньги, которые были когда-то пожертвованы, давно кончились. Теперь на раскопки выезжали только во время отпуска, за свой счет. Добираться из Найроби до Олдувая на стареньком грузовичке приходилось по нескольку дней. Дорога была ужасной.

В самом ущелье жить тоже было нелегко, звери подходили вплотную к палаткам. Однажды Лики насчитал 11 львов, сидящих полукругом вокруг лагеря экспедиции. Жирафы, носороги и газели разгуливали прямо, по лагерю, учуяв запах воды. Гиены стащили из палатки Лики его туфлю и сожрали ее. Однажды голодный леопард напал на собаку у лагеря и растерзал ее на глазах хозяйки. Даже за обедом в хижине могло случиться несчастье: как-то со стропил хижины свесилась ядовитая змея и едва не укусила в голову одного из ученых...