Сказания и легенды - Автор Неизвестен

Амирани обиделся на слова Усипи и, рассерженный, ответил:

Амирани все тот же муж, каким был вчера, ветру подобный, Хоть и плохо он одет, и плечи его не прикрыты, Мужчина остается мужчиной и без бороды, что сходна со мхом, А волос есть и у козла, волосянщику на потребу.

— Оказывается, ты не брат мне, а кровный враг, роющий мне яму, — сказал Амирани брату Усипи. — И враг бы так не поступил, как ты поступил со мной. Ты всегда изменяешь мне, вечно таишь в сердце измену и предательство. Я боролся с врагом, а ты не помог мне, бежал, покинул меня; враг проглотил меня, а ты не предался скорби; спасся я от врага, а ты теперь издеваешься надо мной. Не надо мне больше ни вашей братской дружбы, ни вражды; как говорится, «ни тела, ни дыхания не нужно твоего». Или я уйду от вас, или вы уходите от меня.

— Не обижайся, брат мой Амирани, на слова Усипи, не сердись. Ты же знаешь, какой он человек. О бороде же и усах не тужи, мы пойдем к Игри-батони, и он тебе сделает, какие ты захочешь. Однако Игри немного злой человек; поэтому, когда дойдешь до его дверей, позови его: «Игри-батоно», иначе он ничего для тебя не сделает, — поучал Бадри Амирани.

Амирани отправился и, дойдя до жилища Игри, громко крикнул сверху, через дымовое отверстие: «Игри, Игри, выходи!».

Игри выскочил с дубинкой в руках и заорал было: «Кто это притащился сюда и не желает величать меня „Игри-батони“!» — однако, разглядев, что пришел Амирани, прикусил язык.

— Что нужно, Амирани, для чего я тебе понадобился? Всегда готов тебе служить, — сказал Игри сыну Дареджан.

— Видишь, у меня выпали усы и борода. Может быть, ты мне их сделаешь? — спросил Амирани.

— Я — слуга царя, — ответил Игри, — и пока не принесешь его приказа, не могу сделать тебе усов и бороды.

Амирани отправился к царю за приказом, но царь не узнал облысевшего Амирани и прогнал его:

— Убирайся отсюда вон, откуда я знаю, кто ты такой и кому я должен дать приказ!

— Добром не дашь, силой возьму, — ответил Амирани; протянул руку и оторвал царю голову. Завернув ее в полу, отнес к Игри и выкатил ему под ноги: «Вот и приказ тебе! Приступай скорее к делу!».

Игри ничего больше не оставалось, как сделать для Амирани прекрасные усы и бороду и с тем отпустить его. Амирани вернулся к братьям.

Собравшись вместе, братья вновь отправились на поиски Камар. Они испытали тысячи приключений, выдержали тысячи боев и кровопролитий. Наконец братьям надоели бесконечные кровопролития и скитания вне дома, и они сказали: «Чего мы шатаемся, как звери, как животные? Даже у медведя есть своя берлога, а мы, сыновья Сулкалмахи, не имеем убежища. Добудем себе дом, поселимся в нем, возьмемся за семейные дела». (Усипи и Бадри были женаты, а Амирани все еще оставался холостым.) Усипи посоветовал Амирани: «Давай отправимся туда, где были вчера на свадьбе дэвов».

Отправимся, Амирани, туда, где ветер вчера гудел, Где дэвы свадьбу справляли и песни лились. Нас пригласили, мы вошли, Амирани голоден был. Кучей напеченные кады{23} меж кеци{24} шипели, Как внесли и нарезали, человечьи ноги и руки сыпаться стали из них. В кувшинах поднесли нам вина, — в них лягушки и змеи шипели. Не пивши, не евши, по горло мы сыты остались, На Амирани в слезах мы взоры бросали. Из постели малый ребенок отцу кричал: «Ведь ты обещал, что позволишь мне Амирани убить И Бадри хрящевые кости дашь за обедом погрызть, А пояс и кинжал Усипи дашь мне носить!» Дэва Амирани ударил его же сыном в лицо, кровь потекла рекой, Кинжал всадил меж бровей, чтоб брызнула кровь. Чтоб Амирани успокоить, дэвы стали смеяться: «Амирани, из-за слов ребенка неужели ссориться хочешь?!» Мать дэвов пряла, веретено и прялка гудели, Но Амирани этого гудения точно не слышал. Бадри был похож на листок, ветром унесенный в небо, Взглянув на Усипи, таял он от одного вида ее…

— И вправду, этот асли{25} — подходящий для нас дом. Следуйте за мной, а я уж расправлюсь с этими дэвами, — сказал Амирани братьям.

Захватив с собой своих братьев, Амирани подошел к жилищу девяти братьев-дэвов. У этих девяти братьев-дэвов была огромная семья: бесчисленное множество женщин, детей и стариков. Целыми днями они не убирали со стола. Сами не работали и валялись без дела. Амирани подошел к дверям их жилища и начал прохаживаться взад и вперед, наблюдая за входом. Одна из женщин увидела прогуливавшегося перед дверями Амирани, пошла и сказала дэвам: «Сюда пришел какой-то человек, прогуливается перед дверями, и ему нипочем, что вы находитесь тут». Дэвы сказали друг другу: «Это может быть лишь сын Дареждан, никто другой не осмелился бы прийти сюда». Затем они позвали одну женщину и велели ей: «Выйди, пройдись перед ним и улыбнись; может быть, и он улыбнется. Если у него во рту блеснет золотой зуб, заходи в дом и сообщи нам, — надо будет приготовиться, ибо сын Дареджан не простой гость».

Женщина-дэв вышла и стала прогуливаться перед Амирани и улыбаться ему. Амирани сказал ей: Что улыбаешься, женщина-дэв, чего сверкаешь белыми зубами? Около меня ты ходишь, пытаясь в рот заглянуть, Я — торговец по имени Тантре, потеряв осла, ищу его; Сегодня потеряю, а завтра найду, так на роду мне написано.

Женщина вошла в дом и сообщила дэвам, что у того человека блестит во рту золотой зуб, а глаза — размером с сито; что утерял он ослов и ищет их. Не успела женщина договорить, как дэвы уже вооружились. Амирани ворвался в дом и сказал капиа{26}:

Добрый молодец бесстрашный, вину подобный, улыбающийся, Не беда, что меч короток, — ступи шаг пошире.

С коротким мечом в руке Амирани бросился на дэвов к уничтожил всех. Дом наполнился до краев кровью убитых дэвов; потоки свернувшейся густой крови захлестнули Амирани, и он, конечно, утонул бы в крови, если б судьба его не хранила.

Амирани старался выбраться из озера крови перебитых им дэвов, но помощи не было ниоткуда. Он вспомнил Камар, жаль ему стало себя, и он сказал:

Я утомил десницу героя, разя врагов в боях. Подол кольчуги износился, омываемый потоками крови… Увы, моя Камар, я не успел насладиться твоими объятиями.

По счастью, вблизи от Амирани в крови еще барахтался один умирающий дэв. Амирани схватил его, швырнул и вышиб им дверь. Кровь с шумом, подобным раскатам грома, устремилась в образовавшееся отверстие и вырвалась наружу с силой упругого мяча. Когда кровь схлынула, Амирани отряхнулся, расправил плечи и вздохнул свободно. Затем он вышел.

Братья привели все в порядок, очистили и убрали дом и стали в нем жить. Однако не надолго успокоился Амирани, Ему постоянно мерещилась Камар, даже во сне ему снилась. Он попросил у Бадри его Тетрони{27}, чтобы отправиться за Камар; братьям наказал: если сделают одолжение и отправятся с ним, пусть подождут его по эту сторону моря, а сам он переплывет море и вернется с Камар.