Подводный город - Джек Уильямсон

Конечно, это была лишь самая малая часть из того, что мы узнали. А узнали мы многое не только о сейсмологии, но и о нашем преподавателе — лейтенанте Цуйя.

Через несколько дней начали самостоятельно рисовать карты — такие же, какие показал нам когда-то на стене бункера лейтенант Цуйя. На таких картах на площади в тысячи квадратных километров отображались напряжения и сдвиги земной коры. Заштрихованные участки показывали скопления термальной энергии и районы пластических деформаций. (Мы уже знали, что даже скальная порода может «плыть», причем довольно сильно.) Различными линиями обозначались микросейсмы — силы, вызывающие возмущения. Короче говоря, на картах была отображена вся «подноготная» подвижной скальной породы.

Лейтенант Цуйя в пух и прах раскритиковал нашу работу и позволил немного передохнуть.

Мы молча сидели на своих местах, наслаждаясь редкими минутами отдыха. Капли соленого конденсата стекали по бетонным стенам и то и дело срывались с потолка.

— Скажите, лейтенант, — прервал молчание Боб Эсков. — Старшина объяснил нам, что здесь не стали делать иденитового покрытия из-за того, что сквозь него нельзя пройти геозондам. Это действительно так?

На смуглом лице лейтенанта появилась улыбка.

— Нет. Все дело в сборе информации для прогноза. Он встал и взял со стола наши карты.

— Всю эту информацию мы получаем благодаря очень чутким приборам. Именно поэтому станция расположена на такой большой глубине. Любая вибрация — от движения транспорта или работы насосов — может исказить показания. Здесь даже ходить надо осторожно. И ни в коем случае нельзя бросать на пол тяжелые предметы!

— Ясно, сэр, — внимательно глядя на лейтенанта, сказал Дэнторп. По его глазам было видно, что в ход снова пошло его знаменитое внутреннее чутье. — Я все понял, сэр!

— В самом деле? — Лейтенант с легким недоверием посмотрел на Дэнторпа. — Что ж, хорошо. Вот поэтому на станции и нельзя применить иденитовое покрытие. Сейсмические колебания распространяются по скальной породе. Но «аномалии Идена» сильно искажают их картину.

Натолкнувшись на иденитовый щит, наши приборы не смогут дать верную информацию.

— Понятно, сэр. — Это опять был Дэнторп, правда, на этот раз его голос звучал не так громко и уверенно, а сам он то и дело бросал косые взгляды на темные блестящие капли морской воды, проступавшие на стенах.

— Результаты наших исследований не подлежат широкой огласке, — серьезно предупредил лейтенант. — За пределами станции о них нельзя никому рассказывать.

— Но почему, сэр? — не понял я.

Округлое дружелюбное лицо лейтенанта Цуйя стало на удивление строгим.

— Потому что в истории прогнозирования землетрясений были свои черные страницы. Когда-то в прошлом сейсмологи допускали излишнюю откровенность. И при этом давали неточные прогнозы. Конечно, у них не было таких приборов, какими мы располагаем сегодня, они очень многого не знали… И делали ошибки… Жертвой такой ошибки стал подводный город Нансэй Сото…

Лейтенант сделал секундную паузу и непроизвольно провел рукой по лбу, словно стараясь избавиться от тягостных воспоминаний.

— Я очень хорошо знаю, что произошло в Нансэй Сото, — продолжил он. — Потому что я — один из немногих оставшихся в живых после катастрофы. Купол подводного города был полностью разрушен.

Лейтенант сел и задумчиво посмотрел в сторону.

— Я тогда был еще мальчишкой. Мои родители перебрались в подводный город из Иокогамы. Мы прибыли под купол весной, а летом одно за другим начались землетрясения. Возникла паника… Но ей поддались, к сожалению, далеко не все. Среди людей спокойных и уравновешенных был и мой отец. Я помню, как моя мать упрашивала его уехать, но он не соглашался. Отчасти из-за безденежья — на переезд из Иокогамы мы потратили все до последней иены. Но кроме этого, свою роль сыграла и смелость отца. Мой отец совершенно не боялся катастрофы. Среди его знакомых был один очень известный ученый, доктор Джон Коэцу. Коэцу был сейсмологом, начальником экспериментальной станции по прогнозированию землетрясений. Он выступил по местному телевидению и заверил всех, что беспокоиться нечего. Успокойтесь, сказал он, небольшие сейсмические возмущения, которые напугали вас, вовсе не опасны. В эвакуации нет никакой необходимости. Серьезного землетрясения не предвидится. Посмотрите на мои карты, и вам станет ясно, что по крайней мере в течение года во впадине Нансэй Сото не произойдет серьезных подземных толчков! Его карты выглядели очень убедительно. И все же он ошибался…

Лейтенант покачал головой. Его лицо исказила страдальческая гримаса.

— Это произошло в пятницу утром. Когда я вернулся из школы, родители сообщили мне, что я должен уехать. Они не проявляли никакого беспокойства. Просто мать давно хотела перевести меня учиться в Японию и закончила уже все необходимые приготовления. Она не хотела откладывать моего отъезда, и в тот же вечер я на подводном лайнере отбыл в Иокогаму.

Землетрясение разразилось на следующий день. Город Нансэй Сото перестал существовать. Все его жители погибли…

Лейтенант Цуйя замолчал. Его взгляд остановился на потеках черной влаги, бесшумно стекающих к узкой канавке вдоль бетонной стены.

Дэнторп смотрел на него с таким выражением лица, словно не переставая производил в уме какие-то расчеты. Боб бесстрастно разглядывал бетонную стену.

— Вот поэтому результаты наших исследований надо держать в секрете, — прервал затянувшееся молчание лейтенант. — Прогнозирование землетрясений стало объектом всяческих нападок. Ведь именно неверный прогноз помешал эвакуации населения из Нансэй Сото и повлек гибель нескольких тысяч человек, в том числе и моих родителей. Специалистам подводного флота поручили вести исследования на этой станции, но обнародование любых результатов исследований запрещено. Я уверен, что наша работа позволит спасти гораздо больше людей, чем погубил своим прогнозом Коэцу. Но для этого нам надо довести до совершенства методику прогнозирования… Так или иначе, обо всем, что здесь происходит, надо молчать. Это приказ!

6

ЧУДОДЕЙСТВЕННЫЙ ЗОНД

Время шло. Наша учеба продолжалась.

В один прекрасный день, когда мы корпели над конвекционными диаграммами, в бункер вошел лейтенант Цуйя. Взглянув на нашу работу, он одобрительно улыбнулся.

— Вы начинаете делать успехи… Очень хорошо! — похвалил он нас — А у меня для вас есть кое-что новенькое.

С этими словами он достал из своего портфеля цилиндрический футляр из желтого пластика.

— Основой прогноза являются наблюдения. Вы уже могли убедиться, что сейсмологическая ситуация в районе расположения нашего купола определяется землетрясениями, происходящими за сотни километров от поверхности Земли. Наблюдать за ними крайне трудно. Но сейчас…