Звездные войны: Взлет и падение Дарта Вейдера. - Райдер Уиндхем

К большому удивлению Энакина, Верховый канцлер Палпатин имел особый интерес к нему и его деятельности. Снова и снова, Палпатин говорил Энакину, что он наиболее одаренный джедай, которого он когда–либо встречал, и он представлял себе, что однажды Энакин станет даже более могущественным, чем Мастер Йода.

Но вся убежденность Энакина в собственной силе, все его успехи и победы, и все уроки за десятилетие, прошедшее после битвы на Набу, ничего не могло подготовить его в возрасте двадцати лет, вновь встретиться с Падме Амидалой.

— Эни? – изумившись, сказала Падме, заметив высокого молодого человека, стоящего рядом с Оби–Ваном в ее апартаментах на Корусканте. Два Джедая только вернулись с миссии по разрешению пограничного конфликта на планете Энсион, когда получили задание встретиться с Падме. Она продолжала служить своему миру, в качестве сенатора, после завершения ее второго срока избираемой королевой Набу. Также в апартаментах присутстовали Джа Джа Бинкс и офицер безопасности. Падме и Джа Джа не видели Оби–Вана и Энакина десять лет, и она вся светилась, когда сказала,

– Боже мой, как ты вырос. Надеясь услышать – «возмужал», Энакин ответил не думая – Как и ты. Что, за глупость я говорю. Последний раз, когда я ее видел, я был меньше ее! Надеясь исправить свою неуклюжесть, он добавил,

– выросла более красивой, я считаю. Что я только, что сказал?

— Ну, для сенатора, я думаю. Все в комнате должно быть подумали, что я идиот! Падме засмеялась,

— Эни ты всегда будешь тем маленьким мальчиком, которого я встретила на Татуине. Энакин почувствовал себя раздавленным. Он думал о Падме каждый день, с их первой случайной встречи, и не хотел, чтобы она думала о нем, как о «маленьком мальчике». Она была еще красивее, чем он запомнил.

Хотя старые друзья были рады видеть друг друга, обстоятельства их встречи были более чем, тревожными. Галактический сенат погряз в коррупции, и граждане многих миров угрожали, выйти из состава Республики и сформировать собственное правительство. Бывший джедай харизматичный граф Дуку начал организовывать сепаратистское движение, и многие верили, что ситуация может вылиться во всеобщую гражданскую войну. Поскольку Орден джедаев был не готов к такому масштабному конфликту, многие сенаторы хотели создать армию для защиты и сохранения республики.

Надеясь найти мирное решение, сенатор Амидала прибыла на Корускант, подать свой голос против постановления о создании армии, но едва была не убита, во время прибытия. В ужасной засаде, ее корабль был уничтожен и шесть человек, включая одного из телохранителей, погибли. По просьбе Верховного канцлера Палпатина, Оби–Ван и Энакин были назначены для ее защиты.

В довершении, последние недели, Энакин был взволнован серией снов, в которых его мать была в опасности. Он заключил, что сны могли быть своего рода предчувствием нападения на Падме, но ощущал, что видения были не связаны. В самом страшном кошмаре, его мать превратилась в стеклянную статую и разбилась на его глазах. Это был всего лишь плохой сон, пытался Энакин себя успокоить, сосредоточившись на своем задании.

Это была идея Падмы, использовать ее в качестве приманки, чтобы заманить таинственного убийцу в руки джедаев. Услышав ее план, Энакин сказал,

— Это плохая… я думаю, это не лучшая идея, сенатор. Помимо него, Р2–Д2 издал сигнал, как бы соглашаясь. Несмотря на то, что Энакин в тайне был счастлив находиться с Падме наедине в ее апартаментах, он почти умолял, чтобы Оби–Ван был с ними прямо сейчас, вместо встречи с Советом джедаев, так он мог отговорить Падме. Падме сказала,

— Перемещение меня в другое место, только отсрочит следующую атаку.

— Но, то, что ты предлаешь слишком опасно. Тебя могут ранить.

— Это возможно, — ответила Падме. – Но, если мы подготовимся к следующему нападению в этих условиях, и действительно будем следить за каждым углом, тогда у нас будет преимущество над убийцей, не так ли? И Арту сможет помочь…

Отведя взгляд от Падме, Энакин потряс головой и сказал,

— Все равно, это будет слишком рискованно. Мы знаем, что там может быть целая армия убийц. Падме подошла ближе к Энакину, вынуждая его, повернуться к ней и встретиться взглядом.

– Я не заинтересована в своей смерти, Энакин, но я не хочу, чтобы больше невинные люди теряли свои жизни, поскольку кто–то хочет моей смерти. Если ты сможешь это понять, тогда ты мне поможешь. Хотя Энакин хотел схватить людей, которые пытались убить Падме, он знал, что Оби–Ван не одобрит идею использовать Падме в качестве приманки. Несмотря на свои рассуждения, Энакин сказал,

– Хорошо, сенатор. Я помогу вам.

Оби–Ван не знал о плане до позднего вечера, когда Падме уже спала. Несмотря на приготовления и бдительное присутствие Р2–Д2, Оби–Ван и Энакин должны были действовать быстро, чтобы перехватить пару коухунов – маленьких смертоносных членистоногих, которые вторглись в апартаменты спящего сенатора и уже бесшумно скользили по ее кровати. Джедаи должны были дейстовать даже быстрее, чтобы поймать убийцу, который подбросил коухунов.

Летя на аэроспидере и используя собственные инстинкты, джедаи преследовали свою добычу более ста километров по улицам галактического города до того, как их охота закончилась в переполненном ночном клубе. Хотя убийца показалась привлекательной женщиной человеком, в действительности она была меняющей форму клоудитом, одетой в темное эластичное трико, которое оставалось натянутым, когда она меняла форму. В ночном клубе, ее попытка выстрелить Оби–Вану в спину привела к тому, что Джедай использовал свой световой меч, обезоружив ее. Клоудитка была все еще в шоке, когда Оби–Ван вынес ее на аллею снаружи клуба. Энакин шел недалеко от них, и его взгляд, переполненных гневом глаз был мощью, в которой он нуждался, для ободрения местных обитателей освободить аллею.

Клаудитка простонала, когда Оби–Ван аккуратно положил ее дрожащее тело на пол аллеи. Энакин надеялся, она останется достаточно долго в сознании, что бы дать ответы. Оби–Ван посмотрел в глаза клаудитки и сказал,

— Ты знаешь кого ты пыталась убить?

— Это была сенатор с Набу, — пробормотала она.

— А кто нанял тебя? Мышцы на ее лице сократились, когда она попыталась поддержать свой человеческий облик. Затем пробормотала,

— Это просто работа. Опустившись на колени рядом с клаудиткой, Энакин почувствовал растущий гнев к этому существу, которое пыталось убить Падме «просто работа». Это потребовало все его самообладание, чтобы поддержать спокойный, вежливый тон. Он наклонился вперед и спросил,

— Кто нанял тебя? Скажи нам.

Глаза клаудитки повернулись к Энакину. Когда она не ответила, Энакин закричал, — Говори, быстро. Клаудитка сглотнула, затем сказала,

— Это был охотник за головами по имени…

Ее фразу оборвал небольшой метательный снаряд, врезавшийся ей шею. Энакин и Оби–Ван быстро повернулись и проследили траекторию выстрела к высокой крыше, где облаченный в доспехи человек с ракетным ранцем быстро унесся в небо и исчез. Два джедая обернулись назад к Клаудитке, чье тело стало темно зеленым, принимая естественную форму.

– Вии шанит… слимо, — задыхаясь, сказала она, до того как ее голова опрокинулась назад. Говоря бегло на хатском, Энакин понял последние слова убийцы: охотник за головами мешок с дерьмом. И с большим сожалением, он хотел, чтобы она дала им имя, вместо этого. Оби–ван взял шею мертвой клаудитки и вытащил метательный снаряд, ужасный маленький предмет со стабилизирующими плавниками для дальней стрельбы и иголкой наконечником.

– Ядовитый дротик, — заключил Оби–ван.

Энакин почувствовал некоторое облегчение, по крайней мере, один убийца больше не сможет причинить вред Падме. Глядя на труп клаудитки, он подумал: ты получила, что заслужила. А затем он задрожал. Он знал это не путь джедая, думать о ком–то, как заслуживающим смерти.

Но, он все равно думал.

Глава 7

Поскольку сенатор Амидала была все еще в опасности, Совет джедаев поручил Оби–Вану выследить ускользнувшего охотника за головами, в то время как Энакин должен был сопровождать Падме назад на Набу. Сохраняя местонахождение Падме в тайне, они замаскировались под беженцев и остались с Р2–Д2 на борту корабля направляющегося в систему Набу. У Энакина был особый интерес к безопасности Падме, но он также в тайне был рад, что его миссия являлась первым официальным назначением без учителя, позволяя ему провести больше времени с молодой женщиной, которую он обожал с детства. Возможно ли, что у нее схожие чувства? Он не мог перестать думать об этом.

На борту космического корабля, они держались эмигрантов в отсеке третьего класса. Энакин решил воспользоваться случаем и вздремнуть во время длинного перелета, но к нему пришел другой кошмар. Во сне, он говорил, – Нет, нет, Мама, нет…