Все из-за мистера Террапта - Роб Буйе

Мы согласились с генеральным планом Алексии, потому что проще было с ней не связываться. Но этого для нее оказалось недостаточно. Она еще и попыталась нас всех перессорить — вот что действительно выходило у нее лучше всего.

Как-то во время урока, отведенного под рождественское задание, мы сидели с Джеффри и Анной и обсуждали, как будем собирать наш центр в одно целое. Даниэль неподалеку раскладывала материалы, посвященные искусствам и ремеслам, — они с Анной столько всего напридумывали! Тут появилась Алексия и внесла свои коррективы.

— Ну что, может, назначим Даниэль ответственной за питание? — Она говорила достаточно громко, чтобы Даниэль услышала. Я приготовилась к тому, что последует дальше. — Вы только посмотрите на нее. У такой жирдяйки с питанием наверняка все в порядке.

Даниэль выбежала из комнаты. Никто из нас ничего не сделал, мы даже слова не сказали. Как будто подумали: притворимся, что ничего не случилось, и все как-нибудь устроится. Не устроилось. Алексия никого не щадила — следующий удар обрушился на меня.

Мы с Джеффри решили, что викторина по истории Рамадана — самый лучший способ познакомить одноклассников с этим праздником и с результатами нашего исследования. На составление вопросов потребовалась уйма сил. Мы только-только закончили выписывать все на карточки.

Итак, входит Алексия (чавкая жвачкой). Она, похоже, только что выпорхнула из туалета. На ее губах красовался свежий слой блеска. Она продефилировала к нам, виляя бедрами, — на ней была обтягивающая джинсовая юбка и полосатые колготки, — нагнулась и двумя пальцами взяла несколько карточек.

Проглядела их, но не думаю, что дала себе труд прочитать. Щелкнула жвачкой, которую, вообще-то, в школу нельзя приносить.

— Вы чего, на эти вопросы и не ответит никто! — Алексия уставилась прямо на меня. — Самая умная тут, что ли? Только и знаешь, что выпендриваться. Думаешь, хоть кто-нибудь понимает, о чем ты говоришь? Воображала! Тебе одного надо: всех вокруг дураками выставить! — Она швырнула в меня карточкой.

Это неправда. Я никого не хотела выставить дураком.

Входит мистер Террапт.

— Алексия.

Я подняла голову. Я и не заметила, что он был рядом. Алексия тоже не заметила. Она вздрогнула и обернулась.

— Думаю, нам пора поговорить.

Он вывел ее наружу. Какое-то время их не было.

Входит мистер Террапт без Алексии. Где же она?

— Мне надо поговорить и с вами четверыми, — сказал он, глядя на Джеффри, Даниэль, Анну и меня. Мы сели у стола, за которым работали над заданием.

— Я наблюдал за тем, как безобразно вела себя Алексия со всеми вами. Я надеялся, что кто-нибудь соберется с духом и попросит ее прекратить. Никто этого не сделал.

Я смотрела в пол. Я знала, что мне надо было что-то предпринять. Я повела себя малодушно, не так, как мои друзья из книжек.

— Если вы будете позволять людям безнаказанно делать подлости, они вряд ли остановятся. Вы должны заступаться друг за друга. Даже Алексия не сможет издеваться над вами — если вы, все четверо, будете держаться вместе.

Я чувствовала, что мистер Террапт смотрит на меня. Он наклонился вперед, стараясь заглянуть мне в лицо. Он попытался встретиться взглядом с каждым из нас. Но мы внимательно изучали рисунок ковролина.

— Мне бы на вашем месте было очень стыдно, — продолжал он. — Надо научиться стоять друг за друга. Именно это и называется дружбой.

Мы по-прежнему молчали. Анна побледнела, а Даниэль покраснела.

— Ну, нечего сидеть с трагическими лицами, — закончил мистер Террапт, — этим вы делу не поможете. Продолжайте работать. Извлеките из случившегося урок и не повторяйте подобных ошибок.

Мистер Террапт выходит.

Интересно, о чем думал Джеффри? Что чувствовали Даниэль и Анна?

— Я больше с Алексией не разговариваю, — сообщила Даниэль.

— Я тоже, — добавила Анна.

— Но это же ничем не лучше! — возразила я. — Мы можем с ней не дружить, но нельзя же просто ее игнорировать. Мы должны быть великодушными.

Я снова уставилась в пол. Я была так же разочарована в себе, как мистер Террапт — во всех нас. Мне не хватило смелости.

Люк

Туалет находится прямо напротив нашего кабинета. Вроде бы какая разница? Вот и я об этом не задумывался до тех пор, пока не оказался там в заточении. Я стал свидетелем неприятного разговора, и все по милости Питера.

Я был в классе, работал над рождественским заданием. Разложив на полу все материалы, высчитывал размеры игровой доски. Мистер Террапт в дальнем конце кабинета проверял, как идут дела у другой группы. Питера я не видел. Я лежал на животе, согнув ноги; вид моих подошв, похоже, его и вдохновил. Я так ничего и не почувствовал — Питер настоящий проныра. Иногда я думаю: какова вероятность того, что он станет знаменитым вором? В общем, я совсем ничего не замечал, пока не услышал хихиканье, а потом и голос Питера:

— Слышь, Люк, а что это за кроссовки такие — пэвэа?

Я поднял голову.

— Ты о чем?

— Осторожнее на поворотах! Есть шанс прилипнуть.

Я посмотрел на кроссовки. Да, Питер в своем репертуаре. Мои подметки (долларовое слово) были щедро намазаны клеем ПВА.

— Ну ты и наглец, — сказал я без особой злобы.

По правде говоря, мне было наплевать. Расстраиваться из-за каких-то кроссовок, вот еще. Кроме того, я почти привык к выходкам Питера, которые, как мне казалось, никому не причиняли серьезного вреда. Я снял кроссовки, положил их рядом — подошвами вверх, — и продолжил свои расчеты. И поступил очень мудро — вскоре победная ухмылка исчезла с лица Питера. Может, я так спокойно отношусь к его шуточкам, потому что знаю, мне всегда удастся его перехитрить. А это Питера с ума сводит.

Закончив работу, я взял кроссовки и направился в туалет. Мистер Террапт все еще разговаривал с другой группой и не заметил ни проделки Питера, ни моего исчезновения. Я поставил кроссовки в раковину, смыл клей и насухо вытер подошвы бумажным полотенцем. Обувшись, я толкнул дверь туалета — и тут же отскочил обратно. Я оказался в ловушке.

В коридоре стоял мистер Террапт и с кем-то разговаривал. Я снова приоткрыл дверь, пытаясь в щелочку разглядеть его собеседника.

— По-своему ты уже поступала, — произнес мистер Террапт. Он стоял ко мне спиной, наклоняясь к кому-то у стены. — Теперь ты будешь делать по-моему. — Он выпрямился и скрестил руки на груди. Да уж, он не шутил.

И тут я увидел, с кем он разговаривал.

Черные потеки и пурпурные пятна покрывали ее лицо. Косметика, перемешанная со слезами. Алексия — плачет! Никогда в жизни такого не видел.

— Лекси, ты мне нравишься. Я бы хотел, чтобы ты и своим одноклассникам понравилась. Я пытаюсь помочь. Я хочу, чтобы ты дружила с остальными. Низостей я больше не потерплю.

Ничего себе! Неужели он ее перевоспитает?

— Иди в туалет и умойся. Возвращайся, когда успокоишься. Хочешь мне что-нибудь сказать сейчас?

Алексия пронеслась мимо мистера Террапта, не глядя на него и не произнеся ни слова. Мистер Террапт вздохнул и покачал головой, потом вернулся в кабинет. Интересно, о чем он думал? Я решил ничего не говорить про кроссовки — это пустяки. Мистер Террапт занят вещами посерьезнее — улаживанием конфликтов, например.

Я выждал несколько минут, прежде чем вернуться в класс. Узнают еще, что я подслушивал! Но мне все-таки не терпелось рассказать кому-нибудь об этой сцене. Думаю, именно поэтому я вошел в кабинет немного поспешно и не обратил особого внимания на то, что творилось вокруг. Хотя даже если бы и обратил, вряд ли бы это помогло.

Едва переступив порог, я оказался в луже воды. Я поскользнулся и, размахивая руками и перебирая ногами, пытался удержать равновесие. Каким-то образом я умудрился устоять, проехав по линолеуму до ковра. У мистера Террапта шел серьезный разговор с Джессикой, Даниэль, Джеффри и Анной, так что он ничего этого не видел. Но Питер, Бен, Ник и другие ребята вокруг корчились от хохота. Я понял, что они сделали — точнее, что сделал Питер. Одно из его излюбленных развлечений — заткнуть большим пальцем отверстие питьевого фонтанчика и открыть воду, так что струя добивает до самой двери — печально известный трюк. Вот секрет появления лужи. Не знаю, ожидал ли Питер подобного эффекта, или вода оказалась на полу после того, как он обрызгал кого-то. Да это и неважно. Я не успел ничего предпринять, потому что сразу после меня в кабинет вошел еще кое-кто.