Заглянуть в пустоту - Ира Берсет

— Неужели я так считываема? — наконец, поинтересовалась клиентка. — Да, были.

— И, насколько я могу предполагать, любовь здесь ни при чём?

— Совершенно верно, — твёрдо заявила Януш. Казалось, что она гордится этим. — Соблазнить его особого труда не составляло.

— Это означает, что…

— Что все мужики кобели, а бабы наивные дуры! — раздражённо перебила пациентка. — Мне он не нужен был, понимаете? Это был временный порыв, каприз, если хотите.

— Всем известно, что нет ничего более постоянного, чем временное. Не исключено, что сначала Вам хотелось, извините, затащить его в постель, тем самым запечатлев в подсознании супружескую измену перед Вашей подругой. Но после близости обычно многое меняется. Хочется большего. Или не так?

— Меняется, — задумчиво повторила Януш. — Особенно было мерзко, когда Ларочка пела о благочестии и о супружеском долге. Представляете, она рассказывала мне о том, что муж любит и дорожит ею! Мне! Я смотрела на неё и…

— Получали удовольствие?

— Именно. Что Вы так на меня смотрите? — усмехнулась клиентка. — Небось, думаете сейчас — вот тварь! Что ж Вы, доктор, давайте начистоту! Вы же хотели поговорить по душам?

— Нет, я так не думаю, потому что вижу, что в Вас сейчас говорит злость на саму себя. И я точно знаю, что в каждом Вашем таком «удовлетворении» было двойное дно, куда Вы бессознательно заталкивали своё чувство вины. Теперь же, когда Вашей подруги не стало, потерялся смысл в ненависти, а то, что лежало на дне, проснулось. Теперь Ваша ненависть возвращается к Вам бумерангом, и Вы ощущаете вину.

— Нет, ненависть со мной была всегда, — засмеялась Януш. — Я привыкла себя ненавидеть ещё с детства, когда отмывала блевотину своего папаши. Мыла и ненавидела себя за это! Потом ненавидела за то, что ничего не чувствую и не отдаю взамен, за ложь и фальшивые улыбки, за бессонные ночи и испорченные дни, за превосходно отработанную игру в постели и презрение. Но тут Вы в курсе, не так ли? — женщина выжидающе посмотрела на психолога. — Это почти космическое слово «аноргазмия»! Так называется отсутствие оргазма у женщин?

— Да, верно. Но в Вашем случае она обусловлена психологическими причинами, которые мы сейчас разбираем.

— Раз-би-ра-ем, — по слогам повторила Виктория Сергеевна и вскинула ногу на ногу, блеснув в темноте лакированной туфелькой. — А нужно ли? Знаете, я однажды была в церкви. Да-да, представьте себе, я — и в церкви!

— Это замечательно.

— Не в моём случае, потому что именно там я кое-что для себя уяснила. Я вдруг отчётливо поняла, для чего людям религия. Просто человек боится остаться один. Это когда ни родных, ни друзей, ни близких, ни любимых, — никого. Тогда, чтоб окончательно не сойти с ума, человек идёт к Богу. Знаете, как говорят: если ты беседуешь с Богом — это молитва, а если Бог с тобой — это шизофрения. Так вот там, в церкви, я услышала слова Всевышнего.

Татьяна Анатольевна оторопела, не зная, как реагировать на подобное заявление, а Януш вдруг громко рассмеялась:

— Он меня послал! Так что больше в святые места я ни ногой.

— Я оценила Вашу шутку, — выдохнула психолог. — Наверное, хорошее настроение и юмор можно отнести к позитивной динамике.

— Да уж. Прогресс налицо, доктор!

— Именно. Ваш отец взрастил в Вас агрессию. Отсюда и ненависть, и зависть, и двойное дно и… пустота… Главное — уметь признаться себе в этом.

— Пустота… Звучит поэтично.

— И её мы с Вами должны заполнить позитивом. Мы будем постепенно избавляться от ненужных чувств, замещая их покоем и радостью. Начнём с простого. Для начала возьмите дома простой листок бумаги… Или можете печатать на компьютере… И ответьте самой себе, после каких именно моментов, событий, фактов Вашей жизни у Вас возникало чувство ненависти или агрессии.

— По-моему, я Вам о них уже рассказала.

— Мне — да, а теперь выпишите их для себя.

— Детский сад какой-то, честное слово!

— Когда будете писать, то попробуйте проанализировать, почему испытывали ненависть к тому или иному человеку. Задумайтесь, почему этот человек ведет себя так, а не иначе, либо почему относится к вам не так, как Вам бы хотелось. Очень часто мы начинаем ненавидеть тогда, когда другой человек не соответствует нашему представлению, внутреннему понятию, как должно быть. Наша с Вами задача — научиться уважать нам подобных и их внутренний мир, не идеализировать себя и не навешивать ярлыки на других. Чтобы избавиться от чувства ненависти, нужно научиться обозначать причины.

— Напоминает проповедь, — Януш встала и посмотрела на громоздкие часы у шкафа. — Время вышло, поэтому вашу лекцию о прощении и любви к ближнему прослушаю в следующий раз.

— Всё-таки попробуйте всё написать, как я Вас просила.

— Однако Вы оптимистка, доктор, — губы женщины ехидно разъехались в слащавой улыбке.

— Я скорее реалистка, — строго парировала Татьяна Анатольевна, тоже покидая своё кресло и следуя за пациенткой. — Когда оптимист, передвигаясь по тёмному длинному тоннелю, слышит шум и видит свет, он думает, что это выход, а реалист точно знает, что это поезд.

Януш резко развернулась в дверях и пристально посмотрела на психолога:

— Тогда я и есть этот самый поезд. Поезд в никуда. Или, как Вы недавно выразились, в пустоту. Она умерла, потому что я так захотела. И я ни о чём не жалею! — вдруг выпалила клиентка и тут же удалилась, не прощаясь.

В воздухе витал терпко-горький запах её духов, а Татьяна Анатольевна всё стояла и смотрела на закрытую дверь. Что это было: очередной всплеск агрессии или признание в убийстве? Мелкая дрожь пробежала по телу, заставляя усиленно работать мозги. Нужно было расслабиться, чтобы попробовать проанализировать весь разговор от начала и до конца без лишних эмоций. Она, наконец, включила свет, попросила Лену заварить чай и принялась делать пометки — выжимку их разговора, то и дело покусывая нижнюю губу. Впервые за последние три года она не знала, как ей поступить.

Владлен Эдуардович проснулся позже обычного. Он намеренно ничего не запланировал на сегодняшнее утро. Вчера была встреча со старым товарищем и по совместительству личным адвокатом, которая затянулась почти до пяти утра. С ним Потоцкий мог позволить себе больше спиртного, больше слов, больше женщин. Хотя в этот раз обошлось без дам, так как сердце мужчины с недавнего времени уже отбивало неровные ритмы в направлении милой девушки Виолетты. Друг понимающе похлопал товарища по плечу и пожелал неиссякаемых запасов «пороха в пороховницах». Открыв глаза, Владлен Эдуардович почему-то вспомнил именно это пожелание. Оно привело его к раздумьям о большой разнице в возрасте между ним и Виолеттой, а те — в свою очередь — начали неприятно давить на моральную сторону вопроса. После контрастного душа всё-таки победило мужское самолюбие, и Потоцкий, посмотрев на себя в зеркало и проведя рукой по гладко выбритой скуле, довольно отметил, что он ещё очень недурён, если не сказать красив.

Собирая документы в кожаный портфель, он вдруг услышал в кухне какой-то шорох. Мужчина прекрасно помнил, что вчера отпустил Нику на три дня в связи со свадьбой её сына. Виолетта же обычно так рано не вставала, появляясь в зале только после одиннадцати. Тихо ступая, Владлен Эдуардович вышел из кабинета, прошёл через спальню, вышел в коридор и начал медленно, стараясь не шуметь, спускаться по лестнице, ведущей в гостиную. Чем ближе он приближался к звукам, тем явственнее обоняние улавливало аромат каких-то сладостей. Он обошёл массивную мраморную колонну и застыл. Виолетта в красном переднике Ники стояла к нему спиной, что-то тихо напевала себе под нос и жарила блины. Кроме передника, на ней были только тоненькие стринги, подчёркивающие аппетитные упругие ягодицы. Девушка вдруг обернулась и в ужасе воскликнула, прижав разделочную доску к оголённому месту:

— Вы дома?!

— Да, — еле слышно выдавил Потоцкий и почувствовал, как сильно пересохло у него в горле.

— Но Вы ведь должны быть на работе?! А Ника… Ника в отпуске… Вот я и решила похозяйничать. Я думала, никого нет дома! Простите!

— Простить? — мужчина медленно шёл по направлению к ней, не спуская с красного передника глаз и смакуя внутреннее трепетное чувство возбуждения. В этот момент он был похож на кота, подкрадывающегося к своей добыче. — За что простить? Это самое приятное, что со мной в последнее время произошло. — Он говорил, словно облизывался. — Я Вас должен не прощать, а благодарить.

Он подошёл вплотную к разделочному столу и упёрся в него животом. Их разделял метр. Девушка учащённо дышала. Её обычно бледные щёки вспыхнули румянцем, глаза слегка увлажнились, а к губам прильнула пульсирующая кровь, увеличив их.

— Владлен Эдуардович…