Аромат жасмина - Наташа Данн

В дверь позвонили как раз в тот момент, когда она отправилась на кухню готовить ужин.

— Я открою, — крикнул Кристофер.

— Нет, сначала ты пойдешь и вымоешь руки. — Андреа легонько шлепнула его и отправила в ванную, а сама, подойдя к двери, приоткрыла ее на длину цепочки и от неожиданности чуть тут же снова не захлопнула: Мэдисон Макки стоял на пороге, освещенный закатным солнцем, и на лице его играла виноватая улыбка.

Первым порывом Андреа было все же захлопнуть дверь перед его носом, однако вместо этого она задала вопрос, нелепость которого поняла только после того, как он был произнесен:

— Что вы здесь делаете?

Андреа с ужасом ожидала, что гость расхохочется ей в лицо, но вместо этого Мэдисон достал из-за спины бутылку вина, а другой рукой приподнял большой бумажный пакет:

— Пиццу или страсбургский пирог? — Губы его раздвинулись в широкой улыбке.

Глава 4

— Пиццу!

Андреа чуть не потеряла дар речи от неожиданности и, тут же обернувшись, увидела за спиной Кристофера. Он притиснулся к двери и просунул в нее голову, насколько позволяла ему дверная цепочка.

— Привет, Кристофер. Меня зовут Мэдисон Макки, — продолжая все так же широко улыбаться, представился гость.

— Вы друг Энди?

Мэдисон бросил взгляд на Андреа.

— Возможно, Энди и не считает меня своим другом, но я вполне мог бы им стать.

Как ни пыталась Андреа собраться с мыслями, она никак не могла определить, что ее раздражает сильнее: бесцеремонность, с которой Макки назвал ее «Энди», или не слишком честный тактический прием, позволявший ему с помощью вмешательства ребенка добиться ее расположения.

— Откуда вам известно, что мальчика зовут Кристофер?

— Для по-настоящему увлеченного человека нет ничего невозможного.

— Вам нужна Морин? Ее здесь нет, — сухо заявила Андреа.

— А я знаю.

— Ну да, разумеется. Вам, кажется, вообще все на свете известно…

— На самом деле, — серьезно сообщил Мэдисон, — я позвонил в «Сандиал-Хаус», и одна из служащих любезно восполнила недостающую информацию. — Он выразительно посмотрел на бумажный пакет: — Ну так как, мы будем есть в доме или расположимся здесь, на крыльце?

— Лучше в доме, — даже не дав Андреа открыть рта, не менее серьезно отозвался Кристофер. — А что это за пицца?

— Пепперони.

— Моя любимая! — Малыш запрыгал от радости и захлопал в ладоши.

Андреа с раздражением понимала, что теряет контроль над ситуацией: пицца неожиданно послужила надежному сближению этих двоих. Укоризненно взглянув на Мэдисона, она со вздохом сняла цепочку с петли и широко открыла дверь.

Кристофер со счастливым видом понесся в гостиную, удачно избегая столкновения с мебелью, а затем помчался в дальний конец, к нише, служившей импровизированной столовой.

— Идите сюда, — крикнул он Мэдисону. — Когда у нас гости, мы всегда тут сидим, — объявил малыш и, первым забравшись на стул, шлепнул ладошкой по скатерти.

Заметив довольную улыбку на лице Макки, Андреа негромко пробурчала себе под нос:

— Счет один ноль в пользу «плохих парней».

Мэдисон хотел ответить в том же духе, но, ничего не придумав, просто поставил вино на видавший виды сосновый стол и открыл коробку с пиццей.

Кристофер тут же потянулся к ней.

— Ох, горячо! — вскрикнул он и принялся дуть на пальцы.

— Подожди, радость моя, я сначала принесу тарелки.

Андреа еще не успела повернуться, а Мэдисон уже торопливо доставал из бумажного пакета одноразовые тарелки, бумажные салфетки и вилки.

— Если вы принесете стаканы и что-то, чем я смогу открыть вино, мы можем начинать.

Андреа покачала головой:

— Кажется, вы все предусмотрели. Наверное, часто этим занимаетесь.

— Последний раз я ел пиццу в колледже.

— Правда? И где же это?

— В Гарварде.

— Моя альма-матер.

— Неужели? Вот вам и еще один повод, чтобы стать ближе друг другу.

Отправляясь на кухню, Андреа постаралась скрыть улыбку. Она отлично понимала, что Макки намекал на ее неловкое падение на совещании; однако, как ни странно, на этот раз ей это не было неприятно.

Бокалы удалось найти не сразу, но, порывшись в буфете, Андреа все же отыскала два. И тут в голову ей пришла мысль, от которой в груди у нее похолодело. Что сказала бы Моу, узнай о пире в ее доме?

Вернувшись в гостиную с бокалами и бутылкой холодного лимонада для Кристофера, Андреа приостановилась в дверях и некоторое время молча наблюдала за тем, как Кристофер оживленно обсуждает что-то с гостем. О том, чтобы выгнать его сейчас, не могло быть и речи. Она чувствовала, что ее попросту приперли к стенке.

— Прошу! — Заметив ее, Макки вскочил с места и отодвинул стул, чтобы Андреа могла сесть, а затем, усевшись напротив, положил Кристоферу еще кусок пиццы. — Надеюсь, вы тоже любите пепперони? — Он выжидательно посмотрел на Андреа.

— И что из этого? Мне кажется, ваша битва не может быть выиграна с помощью одной лишь пиццы.

— Ну разумеется. Именно поэтому я прихватил с собой еще и страсбургский пирог. — Мэдисон с готовностью указал взглядом на закрытый пакет.

Андреа засмеялась.

— Ну, за перемирие? — Он поднял бокал.

— За временное перемирие. — Андреа пригубила вино, наслаждаясь его вкусом и ароматом.

— Ну и как там дела в Нью-Йорке? — как бы невзначай спросил гость.

На этот раз Андреа не смогла скрыть удивления:

— Интересно, что еще вы обо мне знаете?

— По правде говоря, гораздо меньше, чем хотелось бы.

Андреа потупилась.

— Вы перебрались в Финикс насовсем?

— Нет, приехала погостить на три недели.

— Я думал, вы работаете с мамой, — торопливо проглотив очередной кусок пиццы, сказал Кристофер.

— Точнее, учусь у твоей мамы.

Мэдисон поспешил развить эту тему.

— Вы тоже намереваетесь открыть ресторан в Нью-Йорке?

— Возможно. В далеком будущем.

— И уже есть кому вам помочь?

— Может, хватит ходить вокруг да около? — шутливо спросила Андреа.

— Ладно. Вы замужем?

— Больше нет. А вы женаты?

Мэдисон насторожился. Неожиданно она овладела инициативой, а он вовсе не был готов к такому повороту.

— Когда-то был.

— Можно, я возьму еще? — Кристофер вопросительно поднял глаза на Андреа.

— А это что такое? — Она показала на гору сухого теста, сложенного на тарелке Кристофера.

— Я не люблю корки.

Мэдисон наклонился к мальчугану:

— Хочешь, открою тебе секрет? Я тоже.

Он положил малышу еще пиццы и виновато взглянул на Андреа.