Горный тролль - Дмитрий Николаевич Минаев

образина! Животное! Если он начнёт говорить, его все будут жалеть! А мне не нужно, чтобы он внушал отвращение и страх. Мне нужен злобный зверь в клетке. Что бы скалился, рычал и грыз прутья!

- Тебя бы самого так, гнида! – захотелось мне сказать, но я лишь сверкнул глазами.

- Если вякнешь хоть слово, тварь, собаками затравлю! – брызгая слюной, рявкнул Крол. – И ты у меня получишь! – хлёсткий звук пощёчины и рыданья Норы.

Не-е, и он меня ещё животным обозвал!

Не помню из-за чего, но собаку на меня всё-таки натравили. Шэрх имени не помнил, для него это был просто Пёс. Одно это слово наполняло сознание ненавистью. Пока я был маленьким, стоило хозяевам приказать, и злобная тварь тут же кидалась на меня. А к тому времени я подрос, а мой злейший враг наоборот постарел. Стоило ему меня куснуть, как я рассвирепел. Повалил гадину и принялся пинать его и мутузить. Жаль, что в клетке было не развернуться, я бы ему за всё отплатил, а так, лишь потрепал слегка. Крол с сыном опомнились и отогнали меня палками. Собаку вытащили, но она всё равно подохла. Как же я был счастлив, когда зверюга жалобно заскулила, когда её вытаскивали.

Нора потом со мной несколько дней не разговаривала. Затем всё-таки пришла. А к кому ещё? К отцу или старшему брату, так те сволочи ещё те. А мать всё время с младшим возилась. Девчонке даже поговорить было не с кем.

- Шэрх, как тебе не стыдно, зачем ты убил несчастного… как его там Шарика или Бобика… он же хороший. Он нас охранял…

Правильно, тебя-то эта тварь не кусала. Впрочем, возражать я не стал. Что-то говорить в ответ от меня и не требовалось. Так, кивай головой иногда, для порядку.

А сам думал. Вот я ни на кого просто так не нападаю, и убиваю только когда защищаюсь, или чтобы добыть пищу. Мы же тролли, не люди. И так меня поразил этот взлёт философской мысли, что дальше я Нору уже и не слушал.

К чему я это всё рассказал, да к тому, что крикнул я парню на языке, который и не помнил толком. Я задумался, совершенно выпав из реальности, чего со мной отродясь не бывало, а Ургк тем временем, отпустив руку брата, развернулся и схватился за стволы. Только сделал это так неуклюже, что два из них тут же смахнул в топь.

Мать его! Ну кто ж так делает!

Хорошо, хоть не растерялся и отчаянным усилием вцепился в остальные, повиснув на них всем телом. Потом попытался закинуть на них ногу. Хрясь! Ещё одно деревце, переломившись, ушло под воду. Я удивлённо уставился на что-то кричавшего и махавшего рукой парня. Половины слов не понимаю, а остальные, как будто знакомые, перековерканы так, что и не разберёшь.

Сзади. «Хлюп! Хлюп!» - это второй бежит с двумя дубинами в руках. Я от греха скакнул в сторону с кочки на кочку. Блин! А тут они возьми и закончись. Я ж, когда этих придурков спасал, о путях отступления даже не подумал.

А уж когда хлипкая опора подо мной стала проседать, проклял всё на свете.

К счастью, Рым бежал не по мою душу, а торопился брату на выручку, но пока он ломал голову, как к тому подступиться, Ургк сам выкарабкался на оставшуюся тройку деревьев, оседлав их. Надсадно дыша, отлёживался пару минут и ползком, ползком стал перебираться поближе к брату. Потом кое-как поднялся и последний прыжок сделал самостоятельно, едва не упав. Парни обнялись, радости их не было предела, аж запрыгали.

Я увидел лишь этот последний момент, потому что, как только Рым проскочил мимо меня, тут же дал дёру. По стволам и на берег. А там быстро приметил новый маршрут через болото, чтобы можно было удрать. А то хрен его знает, что на уме у этих, с дубинами.

- Э-э-э, смотри! – заорал я, указывая плясунам под ноги, потому что хлипкие мостки просели.

Если оба олуха свалятся в трясину, мне их потом не вытащить. Парни сообразили, что есть мочи рванув на сушу, а потом ко мне. Ну а я, не будь дурак, в два прыжка с кочки на кочку, оказался на маленьком островке. Туда братья, как я и рассчитывал, наученные горьким опытом хождения по болоту, уже не сунулись. Зато начали что-то орать с берега, размахивая руками.

Блин, понимая их язык, Шэрх вряд ли б чего не разобрал, когда оба кричат одновременно. А тут ещё не каждое слово понятно. Вроде бы знакомое, и в то же время – нет.

Это я сейчас понимаю, что говор у нас был разный. А тогда от этой какофонии даже голова разболелась, и уши свернулись в трубочку.

- Тихо! – гаркнул я.

Парни удивлённо примолкли.

- Ничего не понял, - буркнул я.

Первым заговорил Ургк. В этой паре верховодил он, хотя Рым, по-моему, был чуть-чуть старше. Весь разговор пересказывать не буду, да он толком и не запомнился, потому что временами напоминал диалог слепого с глухим или… как его там… а-а-а… тупого с тем, который ещё тупее.

Парни корчили недовольные рожи и в сердцах поминали какого-то фырга. А я что, виноват, что их нихрена не понимаю? Ладно, кое-как познакомились. Ургк показал на меня, потом на себя пальцем и сказал «брат». Я в это не поверил. Какой он мне родственник? Я ж его вижу первый раз в жизни. Это потом мне растолковали, что он теперь мой кровный брат, так же, как и Рым. Раз спас жизнь, значит – брат.

- Пошли с нами, - предложил Ургк.

А чё, пошли так пошли.

Так я оказался в племени Серой скалы.

Когда мы пришли в стойбище, удивлению моему не было предела. Целый город, почти как у людей, только в пещерах. Конечно о том, как живут люди, Шэрх имел весьма смутное представление, однако он видел их жилища из камня. Так и эти пещеры были в скалах, намного выше, чем человечьи дома. А