Крест, увитый розами. История, символы и традиции ордена розенкрейцеров - Христиан Ребисс

в человеке, рожденном, чтобы вести ее к совершенству. Алхимик, стремясь понять законы Природы, ведет диалог с Творением. Таким образом, свет, сокрытый в Природе, открывается и просветляет человека. Но человек не может достичь этого без специальной подготовки, без духовного перерождения. Как отмечает Ролан Эдигоффер, Парацельс своеобразно раскрывает эту трансформацию в «Книге о воскресении и теле славы» (Liber de resurrectione et corporum glorificatione, 1533). Он могократно комбинирует (17 раз на десяти страницах!) символы Розы и Креста, связывая их с алхимической трансмутацией и воскресением. Он пишет: «Истинное золото есть то, что выходит очищенным из огня […] Таким образом, во время воскрешения, когда нечистое будет отделено от чистого, родится новое тело, которое, будучи более светозарным, чем солнце, будет названо телом славы». Воскресение Христа – «прообраз нашего воскресения, […] от него и в нем мы воскреснем, как роза возрождается из подобного ей семени»[39]. Парацельс – мыслитель огромного масштаба, и если мы здесь подчеркиваем только некоторые аспекты его мысли, то только потому, что именно они найдут очевидный отзвук в Fama Fraternitatis и Confessio Fraternitatis.

Это изображение воспроизводит портрет работы Августина Хиршфогеля 1540 г. Иосиф Стеллатус в Pegasus Firmamenti (1618) утверждает, что три окруженные крестами камешка на гербе изображают розы, и на этом основании приходит к выводу, что это намек на розенкрейцерство. Так родилась легенда о том, что эта гравюра является портретом Парацельса-розенкрейцера. Популяризации этой легенды способствовала работа Вальтера Пагеля «Парацельс» (1962)

Благодаря Парацельсу появляется концепция человека как микрокосма.

Смерть Гермеса

Синергия многих традиций в гуманизме Ренессанса дала жизнь идее терпимости по отношению ко всем религиям, философиям и традициям. Николай Кузанский сформулировал эту идею на Ферраро-Флорентийском соборе в 1439 г. Следом за ним Пико делла Мирандола искал и находил соответствия между различными традициями. Другие пойдут еще дальше. Так, Франческо Патрици говорит о всеобщей философии, Пансофии. В своей книге Nova de Universis Philosophia (1591) он обращается к папе Григорию XIV с просьбой ввести преподавание герметизма в христианских школах с целью учреждения истинной религии. Увы, эти прогрессивные идеи имели мало веса по сравнению с доминирующими политико-религиозными интересами, и уже в этот период начинает усиливаться религиозная нетерпимость. Религиозные войны, начавшиеся в XVI в., вскоре задержат распространение герметизма.

В книге De rebus sacris et ecclesiasticis (1614) Исаак де Казобон показал, что происхождение Герметического свода было более поздним, чем утверждала эзотерическая традиция

Еще одно важное событие вскоре остро поставит под вопрос наследования герметической традиции Египту. В 1614 г. Исаак де Казобон издает книгу De rebus sacris et ecclesiasticis exercitationes XVI, в которой он доказывает, что Герметический свод вовсе не имеет египетского происхождения и что его авторство принадлежит не Гермесу Трисмегисту, но христианам, жившим примерно во II в. Это открытие замедляет развитие ренессансного герметизма. Однако, даже несмотря на это, оно не отрицает того факта, что Запад действительно наследует знания далекого прошлого, Свет с Востока, центром которого может считаться Египет.

Мы можем смело утверждать, что в эпоху Ренессанса были заложены основы того, что составит комплекс западного эзотеризма: алхимия, астрология, магия, каббала, нумерология, предсказания и т. д. В то же время можно с удивлением отметить, что открытие Казобона совпадает во времени с реорганизацией и новым этапом истории западного эзотеризма, обозначенным публикацией розенкрейцерских манифестов в 1614 г. Христиан Розенкрейц придет на смену Гермесу Трисмегисту, а Египту вскоре предстоит покинуть авансцену (но, как мы увидим, он вскоре вернется). Это обновление Традиции, это вновь-рождение, произойдет в атмосфере кризиса европейской цивилизации.

Исаак де Казобон (1559–1614), гуманист и мыслитель-протестант

Studium universale (1695), Валентин Вайгель

3. Кризис европейского сознания

«У мира нет окружности. Ибо, если бы у него был центр, у него была бы и окружность, и, таким образом, он сам по себе имел бы свое начало и свой конец, и мир был бы ограничен по отношению к чему-то другому».

Николай Кузанский, «Об ученом незнании» (1440)

Первое, что мы сделали, обратившись к теме происхождения розенкрейцерства, – рассмотрели вопрос об истоках и корнях западного эзотеризма. Теперь настал момент изучить почву, в которой роза выросла и расцвела на кресте. Для этого нужно нарисовать общую картину эпохи возникновения розенкрейцерства, так мы сможем понять то необычайное значение, которое имели в это время публикации розенкрейцерских манифестов. На заре XVII в. Европа переживает период изменений. Этот период впоследствии часто будут называть периодом кризиса европейского сознания. Как отмечает Александр Койре, тогда «европейское сознание испытало – или осуществило – очень глубокую духовную революцию, революцию, которая изменила основы и сами рамки нашего мышления»[40]. Мы обратимся к этой теме прежде всего для того, чтобы показать, насколько глубоко розенкрейцерство интегрировано в европейскую историю и насколько продуктивным ответом на вызовы эпохи стали труды розенкрейцеров[41].

Бесконечная Вселенная

Развитие новой космологии добавило тревог и без того тревожному XVII в. Благодаря открытиям Николая Коперника (1473–1543) астрономия отказалась от господствовавшей на протяжении многих веков системы Птолемея. Совершился переход от представлений о мире как маленькой замкнутой системе к пониманию бесконечной Вселенной. Теперь Земля и, следовательно, человек больше не являются центром Творения. Эти же открытия обрушили теорию эпициклов, с помощью которой Птолемей объяснял движение планет. XIII глава Confessio Fraternitatis критикует эту теорию Птолемея.

Теорию эпициклов Птолемей разработал для того, чтобы объяснить отклонения в видимом движении планет, так называемое ретроградное движение; каждая планета в соответствии с этой теорией вращается вокруг центральной точки, которая сама вращается вокруг Земли

Это новое мировоззрение порождает три противостоящие друг другу позиции. Прежде всего, Галилео Галилей (1564–1642) обосновал новую, исключительно рациональную, научную позицию, рассматривающую мир с точки зрения геометрических измерений. На основе недавно изобретенной в Голландии зрительной трубы Галилей создает позволяющий сочетать математические вычисления и наблюдение телескоп. Нетрудно представить отношение церкви к такому, находящемуся в противоречии со Священным Писанием, мировоззрению. Церковь осудила систему Коперника, а Галилея вынудила отречься от своих теорий. Так был обозначен разрыв между католической церковью и наукой и положено начало долгому периоду борьбы догматического фанатизма против научного знания. Джордано Бруно и Галилей приняли на себя первые жестокие удары этой борьбы.

Иоганн Кеплер (1571–1630) предложил третий путь. Современник Галилея, он был помощником Тихо Браге, придворного математика и астролога императора Рудольфа II, «немецкого Гермеса». Кеплер предлагает взгляд на Вселенную, сочетающий гелиоцентрическую теорию с герметизмом Возрождения. В своем труде «Тайна мироздания» (Mysterium cosmographicum, 1596) он называет Солнце центром