Прогулка в одиночестве - Бентли Литтл

будет наказан, но на самом деле запрет не имел никакого эффекта. Во всяком случае, после указа отца Жозефа, популярность книг только возросла.

Как, черт возьми, Дженни нашла одну из них?

Анна осторожно открыла книгу на первой странице. "Джерард Старр", - было написано сверху аккуратным почерком. Ниже был список личной информации: рост, вес, возраст, любимый цвет, любимый музыкальный исполнитель, любимый фильм, любимая еда. Ниже приведены комментарии к статистическим данным. Все без подписи, конечно.

Какая милашка! Я люблю его волосы!!

Ооочень крутой! Я хочу выйти за него замуж.

Придурок.

Наверное, педик. Гейская прическа.

Гомик.

Какой красавчик!

Анна улыбнулась. Сразу было понятно, где мужские комментарии, а где женские. Но все-таки хорошие замечания перевешивали плохие. И даже вопросы были общими и не такими острыми.

Она пролистала страницу Сандры Коуэн и все страницы друзей Сандры из группы поддержки, пока не нашла запись Дженни. Она пробежала глазами статистику и сразу перешла к комментариям.

Слишком застенчивая. Слишком тихая.

Неплохо выглядит. Обычная.

Дурнушка.

Было бы хорошо, если бы она все время не болталась с Анной Дуглас.

Сердце Анны заколотилось, пульс ускорился. Ее лицо запылало и покраснело от смущения.

Не очень симпатичная, но в принципе выглядит нормально.

Милая, но немногословная.

В порядке, за исключением ее умственно отсталой подруги Анны.

Боясь смотреть, но желая знать, Анна открыла свою страницу. Она сразу заметила, что ее имя и статистические данные написаны небрежно, как будто тот, кто создал книгу, не прикладывал никаких особых усилий. Большая часть информации была неверной. Затаив дыхание, она прочитала комментарии.

Противный человек.

Я ненавижу ее.

Была бы моя воля, я бы побрил ей задницу и поставил раком.

С серьезными проблемами.

Реально стукнутая. Она должна быть заперта в своем доме до самой смерти, чтобы мы не страдали.

Снупи, вернись домой![5]

Она воняет. Я не думаю, что она принимает ванну или знает, что такое дезодорант.

Рыгалова! Блевотина! Рыгаалова! Блевоооотина!

Она превратится в одинокую старуху и умрет в одиночестве. Кому она нужна?

Нацарапанная черная стрелка одним концом указывала на последнюю фразу, а другим вела к другому, связанному с ней, комментарию:

Она должна сделать нам всем одолжение и покончить с собой.

С колотящимся сердцем Анна перевернула страницу, ожидая дальнейших комментариев. Там был только один, написанный мелким аккуратным почерком Дженни.

Мой лучший друг. Очень умная, очень добрая, очень особенная. Мне повезло, что я ее знаю.

Анна с благодарностью посмотрела на Дженни, но ее подруга все еще работала над заданием по математике.

Она снова обратила внимание на первую страницу, ее взгляд вернулся к жестоким комментариям под ее именем. Критика была резкой, даже чрезмерно, и она знала, не глядя, что ни один другой человек в книге по отношению к себе не имел такой враждебности.

И это была только одна книга Слэм в одном классе. Вероятно, по всей  школе перемещались десятки других.

Она задумалась, а что говорится о ней в других книгах?

Нет.

Она не думала.

Она знала.

Она знала, что найдет, еще до того, как открыла эту книгу.

Анна взглянула на Святого Милларда, стоявшего перед крестьянами с выражением ненависти на изможденном лице. Он, несомненно, в изображенной сцене проповедовал об Иисусе. Но Иисус способствовал миру и взаимопониманию. Он призывал всех любить своих ближних.

Но ближние не любили ее.

Именно Иисус учил, что она должна подставить другую щеку, но даже его ученики не смогли соответствовать этим стандартам. У нее было чувство, что святой, стоящий сейчас перед ней, перед классом, не потерпит такой мягкости, такой... покорности.

Она смотрела на оборванную фигуру, встретившись взглядом с демоническими глазами.

А фигура смотрела на нее.

* * * *

Молли Колфилд.

Анна закончила писать последнее имя и закрыла книгу. Она положила ручку, разминая пальцы, которые начали сводить судороги. Взяв томик, она осмотрела обложку. Она выглядела почти так же, как у книги Слэм, которую она читала сегодня утром. Она улыбнулась. Это откроет им глаза. Она напишет свои комментарии, изменив свой почерк, а затем раздаст книгу. Они узнают, каково это, на сей раз быть непопулярным, быть мишенью для шуток. Они узнают, каково это, когда тебя ненавидят.

Она положила книгу и открыла ее на первой странице. Сандра Коуэн. Анна некоторое время смотрела на чистый лист, потом написала: Безмозглая курица.

Странная дрожь прошла сквозь нее, порыв запретного удовольствия. Всегда, когда Сандра смеялась над ней в коридорах, Анна опускала голову и спешила мимо, стараясь не обращать внимания на смех, стараясь не дать ему причинить боль. У нее никогда не было ни сил, ни смелости, чтобы сопротивляться и постоять за себя. И вот теперь, в одно мгновение, она вынесла приговор Сандре Коуэн. Написав сверху, голосом анонимной всезнайки, она выпустила девушку на страницы, объявив ее глупой.

Анна рассмеялась, ощутив внезапный прилив силы. Она взяла другую ручку и, изменив почерк, написала: Сука.

Она перечитала слово и хихикнула, быстро оглядевшись, чтобы убедиться, что мать или сестра не пробрались в ее комнату и не заглядывают через плечо. Анна чувствовала себя храброй, могла говорить все, что угодно. Она могла быть так же жестока к Сандре, как Сандра была жестока к ней.

Она шлюха, написала Анна красным. Она сделает это за десять центов.

Перейдя к следующему имени в книге, подруге Сандры Бриттани, Анна написала: безбожная ведьма. В гостиной зазвонил телефон, и Анна немного подождала, не ей ли звонят. Последовала семисекундная пауза,потом мать позвала ее: - Анна!

Отложив ручку, она закрыла книгу и выбежала в гостиную, уже не в первый раз жалея, что родители не позволяют ей иметь мобильный телефон или, хотя бы, добавочный номер их домашнего. Она взяла трубку из рук матери. - Алло?

- Представляешь? - это была Дженни. Ее голос был задыхающимся и таким взволнованным, что это передавалось даже через дешевую мобильную связь. - Сандру только что арестовали! Полиция!

- Что?

- Я видела! Прямо здесь, прямо сейчас! Перед торговым центром!

- Где ты?

- У Нордстрома[6]. Я не могу больше говорить. Моя мама уже выходит.

- Так что случилось?

- Точно не знаю. Я пришла в самом конце. Но, похоже, она пыталась... продать себя какому-то парню. Только парень оказался полицейским! - Дженни громко, скептически вздохнула. - Мне никогда не нравилась Сандра, но я никогда не думала, что она сделает такое. Я в