Нездоровые женщины. Почему в прошлом врачи не хотели изучать женское тело и что заставило их передумать - Элинор Клегхорн

Одним из таких людей оказался Генрих Крамер, также известный как Генрикус Инститор. Он обучался в Эльзасе и был монахом Доминиканского ордена братьев-проповедников. Доминиканцы известны своими интеллектуальными традициями, преподаванием философии и богословия. Они распространяли Евангелие и осуждали любые действия, противоречащие ему. В 1474 году, когда Крамеру было 34 года, он получил разрешение папы Иннокентия VIII на деятельность в качестве инквизитора и привлечение еретиков к ответственности. Его юрисдикция охватывала Тироль, Зальцбург, Богемию и Моравию (сейчас они входят в состав Чешской Республики). С XII века еретиками в основном считались католические диссиденты, протестанты и христианские спиритуалисты. Однако в 1484 году папа римский включил в свой указ, папскую буллу, еще одну группу — ведьм. Теперь людей позволялось пытать и наказывать за колдовство. Католическая церковь утверждала, что ведьмы бродили по земле и заодно с дьяволом вызывали болезни, смерть и разрушения.

Крамер нашел свое призвание: он больше не был привязан к кафедре — теперь он мог свободно охотиться на еретиков и избавлять Европу от демонического влияния. В течение многих лет он приводил в восторг толпы людей своими пылкими проповедями, в которых проклинал все нечестивые души, осмелившиеся пойти против веры.

Какие же люди были настолько слабыми, развратными и лживыми, чтобы оставить свою веру и пойти на поводу у дьявола? Конечно, женщины!

Генрих Крамер начал свою охоту в 1485 году. Возглавив группу инквизиторов, он отправился в Инсбрук на поиски тех, кто мог заниматься колдовством. Среди его жертв оказалась Хелена Шойберин, острая на язык и с низкими моральными принципами. Ходили слухи, что она наслала болезнь на женщину, чтобы увести ее мужа, и смерть на рыцаря, отвергшего ее ухаживания. Крамер решил, что она прибегла к колдовству, точнее говоря, к «любовной магии» [11]. Никаких доказательств этого не было, кроме того, что Шойберин была прелюбодейкой, но прелюбодеяние, по мнению Крамера, как раз и было колдовством.

Крамер владел лишь несколькими «фактами»: женщина заболела, мужчина умер, и Шойберин была как-то связана с обоими, а также общалась с подругами, которых инквизитор считал ведьмами. В суде Крамер сосредоточился на сексуальном поведении Шойберин и задавал вопросы, которые должны были доказать ее одержимость животными порывами. Он заявил: «Это общее правило, что все ведьмы с ранних лет являются рабами плотской похоти и прелюбодеяний» [12]. Крамер считал, что подозреваемая занималась сексом с дьяволом. Местный епископ был крайне оскорблен характером обвинений в адрес Шойберин и опасался за репутацию города. Он пригласил адвоката и врача по совместительству, чтобы он выступил в защиту женщины. Тот сделал упор на очевидную сексуальную одержимость Крамера Шойберин, и судебное разбирательство было прекращено. Женщина вышла на свободу.

Крамер вернулся домой в Кёльн. Его репутация как инквизитора была запятнана, но желание искоренить колдовство не ослабло. Он решил написать книгу, объясняющую, как выявлять, пытать и наказывать потенциальных еретиков, связанных с колдовством, — «Молот ведьм», опубликованную в итоге в Германии в 1486 году. В ней говорилось, что обвиненных женщин необходимо сжигать, как и других еретиков. Крамер приводил доводы в пользу существования ведьм и колдовства, прилагая все усилия, чтобы объяснить, почему вообще церковь должна принимать какие-то меры. Он утверждал, будто дьявол нуждался в посредниках на земле, чтобы те творили зло от его лица, и заключал с ними договор. Чтобы женщина, как выразился Крамер, «заразилась» колдовством, она должна была склоняться к одному из трех грехов: неверности, похоти или амбициям. Чем более ненасытна потенциальная ведьма, тем выше вероятность, что дьявол примет обличье инкуба и переспит с ней. В папской булле были перечислены следующие основные проявления колдовства: пробуждение страсти в мужчинах, препятствие «генеративному акту» путем лишения их пениса, превращение их в зверей, препятствование беременности у других женщин, проведение абортов и жертвоприношение младенцев.

Все, кто принимал книгу Крамера всерьез, еле сдерживались, чтобы не указывать пальцем на целительниц, акушерок, незамужних женщин, жен бесплодных мужей, неверных и тех, кто желал учиться, читать или выражать свое мнение. Другими словами, на всех женщин, чьи личность и поведение не соответствовали представлениям о целомудрии и вере.

«Молот ведьм» был полон жутких историй, которые Крамер собрал во время работы инквизитором. Он питал особую ненависть к ведьмам, которые, как он писал с примечательной торжественностью, «творят чудеса в отношении мужских органов» [13]. Одна из историй повествовала о молодом мужчине из Ратисбона, который бросил свою любовницу и позднее с ужасом обнаружил, что она «заколдовала» его пенис: теперь он не видел его и не мог к нему прикоснуться [14].

Крамер утверждал, что некоторые ведьмы коллекционируют пенисы, помещают их в птичьи клетки и кормят овсом и кукурузой [15].

Однако гораздо более серьезными и пугающими были нападки инквизитора на акушерок.

Целительниц и так вытеснили на обочину медицины. Поскольку большинство женщин не могли позволить себе обращаться к профессиональным врачам, именно акушерки и знахарки оказывали медицинскую помощь во время беременности и родов. Поскольку они нарушали закон, действуя тайно, Крамер создал ауру секретности и извращенности вокруг их практик. Роды в то время было чрезвычайно опасными — женщины и младенцы часто умирали. Крамер же утверждал, что эти смерти, а также выкидыши — неестественное явление, это дьявол убивает невинных руками одержимых акушерок. Он рассказывал жуткие истории о ведьмах, которые крадут новорожденных, пьют их кровь, пожирают и отдают дьяволу. Он настаивал на том, что в случае неудачной беременности женщина должна заподозрить акушерку в колдовстве.

Аборт считался одним из семи вариантов колдовства, выделенных Крамером. «Никто не причиняет больше вреда католической вере, чем акушерки», — писал он [16]. Ближе к концу своего труда инквизитор заявил, что ведьмы-акушерки «превосходят всех остальных ведьм в своих злодеяниях» и что «едва ли существует деревушка, в которой не нашлось бы такой ведьмы» [17].

Доминиканские лидеры католической инквизиции считали Крамера чудаком с неоднозначными этическими принципами, который манипулировал католическим богословием в собственных целях. Однако сам Крамер делал все возможное, чтобы его работы читали, а рекомендации применяли. Благодаря тому, что типографический станок Гутенберга с 1500 года стал широкодоступным, «Молот ведьм» разошелся по всей Европе. Страх перед колдовством охватил европейцев, и книга стала считаться полезным руководством. В нем