«Чёрный принц». Легенды и факты - Владимир Виленович Шигин

В одном из писем в метрополию, датируемом 15 марта 1855 года, Фентон писал: «На нашем судне базируются четыре известных на флоте ныряльщика. Исследуя дно Балаклавской бухты, они увидели, что все дно уютной гавани покрыто скелетами. Это останки моряков и армейцев, погибших в бурю 14 ноября 1854 года. Кроме того, ныряльщики трижды погружались к останкам «Принца». Они обнаружили корпус судна, весь покореженный, как будто он был истолчен в ступе. Сегодня они прошли через деформированные переборки и после небольшого поиска нашли в отсеках большое количество мертвых тел. Одежда утопленников была выбелена водой. Целыми остались лишь немногие тела. У большинства же погибших плоть была искромсана и расчленена, словно прошла через чудовищную мясорубку. Ужасное зрелище! Мужчины избегают говорить об этом…».

В числе ныряльщиков находились опытнейшие британские водолазы Джон Дин и капрал Джонес из команды корабля «Король Георг». Возможно, на «Принц» нырял и партнер Джона Дина Вильям Эдвардс. Вскоре, правда, Эдвардс умер от холеры на борту английского госпитального судна. Никто из них даже не намекал на наличие золота. Напротив, им была поставлена совсем другая цель – обследовать останки «Принца» и попробовать достать наиболее ценное оборудование и сохранившееся военное снаряжение. Но мощные разрушения привели в негодность все: грузы, судовые машины, оборудование и снаряжение. Англичане приняли решение, что их поднимать нецелесообразно.

Водолазный костюм средины XIX века

Заметим, что погружение британских водолазов на «Принц» было неизвестно в широких кругах. Современные исследователи считают. Что Роджер Фентон, обычно фиксирующий все интересное на пленку, «обошел» своим фотографическим вниманием спуски водолазов и, якобы, по этой причине данные события и остались вне внимания тогдашней прессы и исследователей. Однако имеется немалое количество скептиков погружения англичан в Балаклавской бухте, тем более, высказываются сомнения в достоверности сообщения Р. Фентона.

В 1896 году поисками золота «Принца» занялся русский изобретатель Пластунов. Для работы на морском дне Пластунов разработал некий аппарат и новое снаряжение для водолазов. Но и ему, как и всем остальным, не повезло. Только во второй половине XIX века в Балаклаве побывали и англичане, и американцы, и немцы, и норвежцы, и французы… В Крым вели самое новейшее водолазное и подводное оборудование. Здесь испытывалось все самое современные подводные системы. Жажда наживы толкала изобретателей на самые фантастические проекты. Золото «Принца» буквально толкало вперед человеческую мысль на освоение глубин. Как говорится, если бы даже никакого золота на нем не было изначально, его стоило бы придумать во имя освоения подводного мира!

В 1875 году в Париже для поисков британского золота было образовано специальное акционерное общество с достаточно солидным основным капиталом. Но результаты не вознаградили огромных денежных затрат. Французские водолазы отыскали свыше десятка затонувших и разбитых кораблей, однако среди них не оказалось «Принца», на которого рассчитывали акционеры.

Несмотря на все усилия, никому так и не удавалось, не только отыскать золото “Принца”, но обнаружить хотя бы сам затонувший пароход. И неудивительно: ведь 60-метровые глубины Балаклавской бухты были практически недосягаемы для весьма несовершенной водолазной техники того времени.

Такая глубина еще не была освоена водолазами, и, по рассказам, когда их поднимали из воды, у водолазов кровь капала из глаз и ушей и даже просачивалась сквозь кожу груди и рук.

Только в 1901 году итальянские водолазы, как они считали, обнаружили «Принц». Инженер Джузеппе Рестуччи привез с собой в Балаклаву собственноручно изготовленный глубоководный скафандр – большой толстостенный медный ящик с тремя иллюминаторами и водонепроницаемыми раструбами для рук.

С помощью этого «чуда техники ХIХ века», спускавшегося на дно на стальном прочном тросе, итальянцам удалось вскоре обнаружить разбитый корпус железного корабля. Затонувшее судно было тщательно исследовано. Многочисленные погружения скафандра пополнили домашнюю коллекцию синьора Рестуччи: был найден английский штуцер, подзорная труба, ящик со свинцовыми пулями и всякая другая мелочь. Никакого золота не было и в помине.

Неутомимые итальянцы наезжали в Крым еще несколько раз, потратив на безуспешные поиски подводных сокровищ почти 200 тысяч рублей. Только разорившись в конец, Рестуччи навсегда простился с обманчивым Крымом. Историей итальянской экспедиции, как и вообще первым периодом поисковых работ «Принца» много интересовался Михаил Зощенко. А потому предоставим ему слово: «В 1901 году в Балаклаву прибыла новая иностранная экспедиция под руководством изобретателя подводного аппарата инженера Джузеппе Рестуччи. Это была итальянская экспедиция. Она работала в Балаклаве около года. И мы на этой работе должны немного остановиться, так как это имеет значение для дальнейшего.

Впрочем, несмотря на то, что после этих работ прошло всего тридцать пять лет, оказалось, что весьма трудно восстановить сейчас некоторые подробности, связанные с этими работами.

Тридцать пять лет – это огромный срок в человеческой жизни. За этот срок почти полностью меняется, так сказать, «личный состав людей». И те немногочисленные свидетели, которые были в 1901 году в сознательном возрасте и которые сейчас могли бы рассказать об этих работах, стали забывчивы и склонны к фантазиям.

Во всяком случае, показания этих живых свидетелей не совпадают. И даже место работ над «Черным Принцем» сейчас не удается в полной точности установить. Впрочем, большинство указывает, что итальянцы начали тралить в двадцати саженях от Белых Камней. И что «Черный Принц» был ими найден именно здесь, на глубине 35 сажен.

Писатель Куприн также указывает, что работы итальянцев производились возле Белых Камней.

Но то, что итальянцы отыскали здесь на дне моря, – вот это установить сейчас оказалось чрезвычайно затруднительным.

Даже наиболее яркое происшествие в дни розыска было теперь либо позабыто, либо украшено фантазией. Речь идет о медных буквах, снятых итальянцами с найденного судна.

По рассказам некоторых свидетелей, итальянские водолазы, найдя разбитый и засосанный песком корабль, сняли с его кормы металлические буквы – остаток названия корабля. И что, найдя эти буквы, итальянцы устроили торжественный обед, так как эти буквы будто бы в точности устанавливали, что найден именно «Черный Принц».

Однако один из живых свидетелей, севастопольский житель П. И. Григорьев, сообщает (в 1927 году), что никаких букв не было найдено. Он, дескать, присутствовал при этих работах и ежедневно перевозил итальянцев на своем ялике и, несомненно, знал бы об этой важной находке. Он подтверждает, что итальянцы однажды устроили торжественный обед в честь найденного «Черного Принца», но это было в связи с буквами.

Другой очевидец, К.М. Иванов, бывший в то время командиром пограничного отряда в Балаклаве, утверждает, что буквы были медные, размером до пяти вершков вышины. И он видел эти буквы. Сначала найдена была одна буква, а затем еще три. Но