Детектор лжи - Сигарев Василий

НАДЯ. Задолбал уже. Чё ещё?

ГИПНОТИЗЁР. Ответьте, сколько мужчин у вас было до мужа?

НАДЯ. До какого?

ГИПНОТИЗЁР. Как — до какого? До вашего!

НАДЯ. До первого? Или до второго?

Борис отпустил руку гипнотизёра. Сделал два шага назад. Ошарашено уставился на Надежду. Шепчет.

БОРИС. Как это? Чего она говорит-то? Может она опять в эту… в подкорку ушла? Может, Гурченкой опять стала, а?

ГИПНОТИЗЁР (В полном недоумении смотрит на Бориса). Не знаю…

БОРИС. А как узнать?

ГИПНОТИЗЁР. Спросить можно.

БОРИС. У кого?

ГИПНОТИЗЁР. У неё.

БОРИС. Дак спрашивайте.

ГИПНОТИЗЁР. Ладно. Сейчас. Надежда Петровна, вы здесь?

НАДЯ. Во народ. Прилипнут, как банный лист к заднице. Здесь я. Здесь.

ГИПНОТИЗЁР. Она это… вроде.

БОРИС. Чего ж тогда — мужей у неё двое? Второй-то кто?

ГИПНОТИЗЁР. Узнать?

БОРИС. Ага.

ГИПНОТИЗЁР. Надежда Петровна, кто ваш второй муж?

НАДЯ. Кто, кто. Бызов. Борька. Алкаш этот, что все стены в туалете мне уделал.

ГИПНОТИЗЁР. А первый?

НАДЯ. Лёшка Славин. Был такой. Тоже пил хорошо. Мы с ним три месяца прожили. А потом его посадили. Ухайдакал какого-то собутыльника своего. Я как только узнала, сразу же с ним развелась. А после по блату паспорт сделала без печатей и с девичьей фамилией. Так что оболтус мой до сих пор ни о чём не догадывается.

БОРИС (Какое-то время стоит, не двигаясь, потом мычит). Во-о, цирк! Во, гангрена! Да как же так можно-то? Это же… Во, гангрена… Я же… Ну, цирк! Ну, цирк! (Заходил по комнате.) Сама же говорила: «Ой, Боря, мне как перед тобой совестно, что неполноценная невеста. Это только один раз было. Обманул меня один прохвост.» И мамаша твоя поддакивала. А теперь вот оно что выясняется?! Замужем ты, оказывается, была. Ну, цирк! Как же это?! Куда же в паспортном столе-то глядели? Ну, гангрена!

БОРИС. Борис Семёнович, успокойтесь. Ничего страшного не случилось.

БОРИС. Не случилось?! Как же — не случилось? Она же меня двадцать лет за нос водила! И мамаша её тоже!

ГИПНОТИЗЁР. Так и вы ведь её обманывали.

БОРИС. Что я обманывал?! Про Кремлёвские войска, да? Про платье, да? А она… А она… Ой, гангрена! А я ведь с ней впервые попробовал. Не было у меня никого до неё. А она… Врала. Нагло врала. (Сел на диван, еле сдерживает слёзы.) А я ведь её ещё спрашивал, когда брачная ночь наша была: «Ну, как тебе?» А она: «Ой, Боря, я не разбираюсь в этом. Не видела ни разу ни у кого». А оказывается — у неё муж был. Зоновец ещё. И мужиков у неё двадцать один было. Я сперва думал — показалось, а видно — нет. Двадцать один ведь?

ГИПНОТИЗЁР. Двадцать один.

БОРИС. Вот стерва! А у меня только две. Она и крановщица та. Ну, ничего. Ничего.

Замолчал. Сидит. Думает. Потом вдруг решительно встал с дивана.

Всё. Решено. Убью я её. Пускай садят. (Пошёл к Надежде.) И потом сам повешаюсь.

ГИПНОТИЗЁР (Поднялся, преградил ему путь). Борис Семёнович, вы чего? Прекратите это.

БОРИС. Ничего я… Ничего. Убить её хочу.

ГИПНОТИЗЁР. За что?

БОРИС. За всё.

ГИПНОТИЗЁР. Борис Семёнович, не шутите так. Это не смешно.

БОРИС. А вам здесь не театр музыкальной комедии, чтобы смеяться.

ГИПНОТИЗЁР. Одумайтесь, Борис Семёнович, у вас же дочка. Ей помогать нужно.

Столкнулись нос к носу.

БОРИС. Отойди, очкарик, пришибу.

ГИПНОТИЗЁР. Не обзывайтесь, Борис Семёнович. Вы же интеллигентный человек. Вы же оператор станков с числовым программным управлением. Мастером, я слышал, были. В Кремле вон проходили срочную службу. С Брежневым, наверное, без галстуков встречались. Вы же в подсознании Конфуций, а так себя ведёте.

БОРИС. Отойди, академик, по стенке размажу.

ГИПНОТИЗЁР. Прекратите ругаться, Борис Семёнович, вы же потомок Нобеля. Вы же сибиряк.

БОРИС. Отойди, сказал.

ГИПНОТИЗЁР. Не отойду. Давайте лучше выпьем. По маленькой. По маленькой, Борис Семёнович. А потом ещё по одной. И ещё. А после купим сколько надо. Где у нас бутылочка? Куда вы её спрятали?

БОРИС. Отойди по-хорошему.

ГИПНОТИЗЁР. Не отойду. Лучше меня убейте.

БОРИС. Согласен.

Ударил гипнотизёра в живот. Тот согнулся пополам. Упал. Кряхтит. Задыхается. Борис подошёл к креслу. Кое-как поднял на руки Надежду. Направился с ней к окну. Гипнотизёр немного отдышался. Пополз следом за Борисом и вцепился ему в ногу.

ГИПНОТИЗЁР. Опомнитесь, Борис Семёнович! Это же грех!

БОРИС (Дёргает ногу). Отпусти.

ГИПНОТИЗЁР. Куда вы её?

БОРИС. В окно выброшу.

ГИПНОТИЗЁР. Там же четвёртый этаж! Она же разобьётся! Насмерть!

БОРИС. Для этого и выброшу. Отпусти.

ГИПНОТИЗЁР. Не делайте этого! Вы же любите её!

БОРИС. Не люблю больше! Отпусти! (Вырвал ногу. Пошёл дальше.)

ГИПНОТИЗЁР. Это меня нужно в окно! Это я во всём виноват!

Борис не отвечает. Гипнотизёр некоторое время беспомощно лежит на полу. Потом вдруг вскакивает, оббегает Бориса. Достаёт из кармана серебристый шарик и начинает его раскачивать.

Ваше сознание затуманивается! Гаснет! Вы полностью подчиняетесь моей воле!

БОРИС. Отойди, лингвист.

ГИПНОТИЗЁР (Не останавливаясь). Ваши чувства и эмоции тускнеют. Ваше тело и ваши мысли подчиняются мне. Только мне. Только мне. Я приказываю вам вернуть вашу жену на прежнее место! Я приказываю вам!!!!

Неожиданно Борис развернулся и легко, точно подушку, понёс Надежду назад. Посадил в кресло. Стоит, как столб.

Сядьте рядом.

Борис сел в соседнее кресло.

Спите. Усните.

Борис закрыл глаза. Гипнотизёр шаткой походкой добрался до дивана. Тяжело опустился на него. Облегчённо вздохнул. Вытер пот со лба.

Ну и денёк. Отхлестала шнуром от утюга. Лишили последней рубахи. Руку чуть не сломали. Кишки все отшибли. Едва-едва не сделали соучастником убийства. И всё это на первом же вызове. Вот тебе и новая сфера услуг для населения. Придётся довольствоваться зарплатой в институте. (Пауза.) Ну и денёк. Насыщенный. Но хоть теперь-то, слава Богу, всё закончилось. Сейчас на автобус. Сколько там? (Поглядел на часы.) И часы разбили. Ну и денёк. Ничего, сейчас на автобус. Ходят ещё, наверное. Потом домой. Погуляю с Клёпточкой для душевного равновесия. Чаю покрепче. Есть не стану. Поздно уже. Потом ноги в таз с горячей водой. И спать.

Встал, взял портфель, пошёл к двери.

И спать. И эти пускай спят. Проспятся, а потом разберутся, кто и чего. А я домой. К Клёпточке моей. Там спокойно у нас. Никто никого не обманывает. Нет никаких жён. Там спокойно…

Открывает двери. Замок отворился без капризов.

Вот молодец какой. Выпустил дяденьку. Так и надо.

Распахнул дверь. Шагнул на лестничную клетку. Вдруг замер. Молчит.

Господи, что же это я творю? Сам разворошил осиное гнездо, а теперь убегаю. А как же они? Они же будут ненавидеть друг друга. Нет, так нельзя.

Вернулся в квартиру. Закрыл дверь. Идёт в комнату.

Нужно всё исправить. Вернуть на круги своя… Или даже сделать лучше. Лучше. Да, я не Господь Бог. Но если я могу, почему бы и нет? Они же так долго не были счастливы. Пускай хоть сейчас будут. Пускай это будет искусственное, мною созданное счастье, но хоть такое, чем вообще ничего. Я ведь могу. У меня получится. Я знаю.

Остановился напротив Бориса и Надежды. Поставил портфель на пол.

Надежда Петровна, вы слышите меня?

НАДЯ. Слышу, слышу.

ГИПНОТИЗЁР. Отлично. Борис Семёнович, вы здесь?

БОРИС. Да.

ГИПНОТИЗЁР. Замечательно. Теперь слушайте меня внимательно. Я приказываю вам. Нет, я прошу вас, забыть весь сегодняшний день. Забыть меня. Забыть всё то низкое и подлое, что вы когда-либо сделали друг другу. Забыть все обиды, подозрения и наветы. Я прошу вас больше никогда в жизни не делать чего-либо, что пришлось бы скрывать под маской лжи. Я прошу вас не лгать друг другу. (Пауза.) Боже, они ничего не поймут… Поймут, поймут. Я прошу вас не ругаться друг с другом. Никогда. Я прошу вас не изменять. Не называть друг друга презрительными прозвищами. Это же так противно! Я прошу вас быть терпимее друг к другу. Я прошу вас быть добрее. Это же так просто. Так просто. (Помолчал несколько секунд.) А вас… А тебя, Надя, я прошу говорить потише и по возможности поменьше. Ведь слова — это не единственная форма выражения чувств. И прекратите пользоваться утюгом не по назначению. Это же не этично. Господи, что я несу? Я с ума сошёл.