Мастера Эфира. Книга первая - Рустам Атаханов

Глава 5

Очнулся я в комнате, лежа на большой кровати. Боль прошла, но во рту еще ощущался металлический привкус крови. Встав, я огляделся по сторонам. Простой интерьер, не отличавшийся роскошью, напоминал номер недорогой, но очень комфортной гостиницы. Единственное, что бросалось в глаза, – японское панно на стене и небольшой сад камней, который стоял у изголовья кровати.

– Япония, – тихо сказал я и потрогал картину, на которой был изображен красный карп.

Страна восходящего солнца всегда манила меня. Я с глубоким уважением относился к их укладу жизни и традициям. Японцы, наверное, единственные смогли сохранить свою самобытность и колорит в век современных технологий. Будучи еще человеком, я с удовольствием смотрел программы про Японию, покупал открытки с репродукциями гравюр и даже как-то приобрел себе катану в одном из сувенирных магазинов. Воспоминания нахлынули на меня, но тихий стук в дверь прервал череду моих мыслей.

– Можно? – робко спросил женский голос.

– Да, конечно. Войдите! – уверенно сказал я, натягивая повыше одеяло.

Дверь открыла Жаклин. Вместо туники, которые мы надели в храме, на ней была элегантная черная юбка чуть ниже колена, пиджак делового покроя и белоснежная блузка с воротником-стойкой. Только сейчас я обратил на нее внимание как на женщину, так как события прошлого дня не давали времени что-то рассматривать и оценивать. Теперь же я видел перед собой обворожительную девушку лет двадцати пяти, с шикарными темными волосами, аккуратно собранными в хвост. Кожа имела бронзовый загар, тем самым подчеркивая ее зеленые глаза и белоснежные зубы.

– Проснулся? Я не рано? – спросила она, стоя уже на пороге.

– Да, да. Все нормально, проходи.

– Как самочувствие? Вчера после церемонии наречения ты потерял сознание, скорее всего, из-за сильной кровопотери.

– Уже хорошо. Смотрю, у нас, сумеречных, каждый ритуал связан с болью и кровью, – с досадой сказал я, прокрутив в памяти весь вчерашний день.

– Азраил переместил тебя, а я уже раздела и уложила.

После слов Жаклин я испытал смущение, и легкий румянец засиял у меня на щеках.

– Умывайся, одевайся, и в академию! Подожду тебя за дверью, – прощебетала обворожительная красавица, выходя из комнаты.

Возражать я не стал. Дождавшись, когда она выйдет, я прямиком направился в ванную комнату. Сон еще не отпускал меня, но, попав в мир зеркал и цветного кафеля, я сразу же пришел в себя. Кругом была стерильность и чистота. Она даже витала в воздухе, но мое внимание привлекли полки, заставленные разными баночками с кремами, шампунями и солями. Такой ассортимент я видел только в салонах красоты, когда забирал Аню после очередных процедур.

– Ей бы здесь однозначно понравилось, – констатировал я, посмотрев содержимое одной из банок с солью.

Приняв быстро душ, я вернулся в спальню. Нужно было что-то надеть. Подойдя к шкафу, я заглянул в него. Единственным, что там висело, были костюм и белая рубашка, а внизу лежала коробка с туфлями. Одевшись в содержимое шкафа, я подошел к зеркалу. Смотрелось все довольно аккуратно и со вкусом. Как ни странно, размер был идеальным. Выглядело так, словно костюм шился по мне, и до этого было как минимум две примерки, исправившие все изъяны. Поправив волосы, я вышел из комнаты, захлопнув дверь.

В коридоре на диванчике сидела Жаклин и о чем-то думала, элегантно играя ножкой на весу. Отреагировав на мое появление, она встала и подошла ко мне.

– А ты быстрый. Пойдем, осталось десять минут до начала занятий, а академия в другом крыле.

– Как же мы тогда успеем? – растерянно спросил я.

– Не переживай, я тебе сейчас кое-что покажу. Вчера, после церемонии, я успела оценить некоторые технические прелести Цитадели.

Подхватив меня за руку, она устремилась по коридору, увлекая меня за собой. По пути нам встретилась пожилая дама, которая учтиво кивнула головой.

– Где мы сейчас находимся? – спросил я, озираясь по сторонам.

– Жилой комплекс Изольд-7. Тут живут студенты.

– Что, и та дамочка? – удивился я, посмотрев еще раз на удаляющуюся старушку.

– Да, – ответила она, кивнув головой.

Дойдя до развилки в коридорах, Жаклин потянула меня в другую сторону, и мы подошли к стеклянной двери, которая мгновенно открылась перед нами.

– Заходи! – уверено скомандовала проводница, едва ли не заталкивая меня в чудо техники.

Ждать второго приглашения я не стал и молча шагнул в стеклянный куб. Жаклин, зайдя за мной, начала нажимать что-то на сенсорной панели, которая вспыхивала при каждом ее нажатии. Я заметил, как она выбрала пункт прибытия «Академия» и нажала кнопку «Доставить». Пространство сжалось, как при перемещениях с Азраилом, и через секунду выпрямилось.

– Прибыли!

– Я смотрю, ты уже неплохо освоилась.

– Да так, мелочи. В академии я еще не была. Но вчера Тарос устроил мне небольшую экскурсию. Как оказалось, приятный дядечка.

Выйдя из телепорта, мы попали на шумную площадь с зелеными аллеями и фонтанами. Оглядевшись по сторонам, я увидел длинный ряд таких же телепортов, в которые без перерыва входили и выходили супримы. Сотни студентов были увлечены своим делом, создавая вокруг себя на первый взгляд хаотичное движение. Однако это было не так. Все вокруг было подчинено неписаным законам равновесия, понятным только ученикам этого заведения.

Впереди возвышалось огромное здание странной конструкции. Низ академии напоминал пирамиду ацтеков. Каждый последующий этаж занимал меньшую площадь, а, дойдя до определенного размера, конструкция уходила высоко вверх, подобно шпилю. Фасад академии украшала цветная мозаика с замысловатым узором, искусно выложенным рукой мастера.

– Здорово тут! – констатировал я, едва не столкнувшись с бегущим парнем, влетевшим в соседний телепорт.

Кроме всего этого, на площади, в самом ее центре, возвышался монумент суприма, держащего перед собой меч. Статуя поражала точностью исполнения. На лице воина были видны даже мелкие морщинки и шрамы. Складывалось такое впечатление, что еще мгновение – и исполин оживет, сойдя со своего постамента.

Поняв, что времени у нас совсем в обрез, мы направились к лестнице, ведущей в академию. Проходя мимо монумента, я прочитал надпись на табличке: «Посвящается первому творящему, ушедшему в других». В этих словах было что-то мистическое, так что я даже остановился и еще раз посмотрел на статую, но, скорее всего, дело было не в них. Камень, из которого была сделана статуя, был окружен особой, едва уловимой аурой, которая искрилась на солнце.

– Архей, мы так точно опоздаем! – недовольно сказала Жаклин, дернув меня за рукав.