Загадка аномалии - Наталья Геннадьевна Шапошникова

лаборанту Речицкий поостерегся. Под колпаком что-то зашевелилось. Ученый вздрогнул и как можно быстрее поставил сооружение на стол с аппаратурой. Снял колпак.

Под колпаком, разбросав отвратительно багряные с розовыми прожилками щупальца, лежал огромный, величиной с три человеческих головы, склизкий комок мозгов мутанта. Да не простого, а крайне редко встречающегося синего мозголома. Мощь данного псионика просто зашкаливала. Как удалось Речицкому поймать конкретно этого уникума и извлечь его мозг – отдельная история.

Сейчас он посмотрел, устойчиво ли закреплена подставка, подвел трубки с питательным раствором, закрепил электроды и повернулся к противоположной стене. Там в большом, выше человеческого роста, прозрачном вертикальном автоклаве бился в плену мощный вихрь. Аномалия фыркала тучами мелкого желтого песка, образуя подобие круга с пустым пространством посередине, в котором всполохами огня горело невнятное марево. Зрелище было завораживающее. Даже сам ученый застыл на несколько секунд. Вдруг из динамиков под потолком раздался треск помех и голос подключившегося к конференции полковника.

– Профессор, мы готовы, – сухо сказал он. – Вы видите нас?

Речицкий щелкнул пальцами, привлекая внимание Павла, и указал на экраны. Ассистент понятливо мотнул головой и забегал пальцами по сенсорам. Теперь на главном мониторе как на ладони был виден двухэтажный кирпичный дом, полковник и еще три человека в форме из младшего офицерского состава. Стругалов в знак приветствия поднял руку.

– Секундочку, полковник, я сейчас. – Дмитрий Сергеевич быстро засеменил к столу с аппаратурой, нажал несколько кнопок, повернул тумблер. Мегамозг заворочался и стал испускать импульсы в сторону вертикально стоявшего в углу автоклава. Пальцы Павла еще шустрее забегали по сенсорным кнопкам. Склизкий орган псионика судорожно дернул своими осьминожьими щупальцами. Короткие отростки потянулись в сторону автоклава, и тот окутала еле заметная дымка. Прозрачная панель отъехала в сторону, однако вихрь не выплеснулся наружу, как можно было ожидать, – теперь его в заданном объеме удерживало генерируемое синим мозголомом пси-поле.

Даже повидавший много на своем веку полковник вздрогнул, когда перед ним прямо в воздухе возник, разбрасывая струйки песка, портал с четко очерченной рамкой. Внутри аномалии клубился туманный вихрь. Стругалов поежился. Долгая служба в Зоне отчуждения приучила его обходить неизвестное дальней тропкой.

– Портал готов, – доложил довольный Речицкий. – Принимайте посылку!

Подвластный командам ассистента робот-манипулятор подкатился к раскрытой панели автоклава и ввел в центр вихря обычный канцелярский степлер. Гибкая рука робота втянулась обратно в корпус, Рецицкий с торжественным видом собственноручно нажал зеленую кнопку на панели – и степлер тут же исчез… чтобы через несколько мгновений выпасть из портала под ноги Стругалову.

– Можете убедиться, полковник, – с изрядной долей превосходства заявил ученый, – что предмет не пострадал: проход через телепорт не нанес ущерба ни физическим свойствам, ни функционалу.

Стругалов, никак не комментируя происходящее, поднял степлер, покрутил его в руках, пару раз нажал до характерного щелчка на упоры, наблюдая за тем, как из степлера выскакивают скобы, затем взглянул точно в камеру.

– Замечательно! – хладнокровно констатировал он. – А как себя поведут в портале более… более сложные агрегаты?

– Что конкретно вы имеете в виду? – уточнил Речицкий, напрягшись.

– К примеру, вот это. – Полковник достал из кобуры «макаров», продемонстрировал на открытой ладони. – Не пострадают физические свойства? Не воспламенится от перегрева порох в капсюлях? Не замерзнет оружейная смазка? А то, знаете ли, вот эдак отправишь отряд в тыл врага, а парни окажутся там фактически безоружными… или и вовсе погибнут в процессе перехода, если сдетонирует что-нибудь из боезапаса.

– Не смешите меня! – надулся Речицкий. – Принцип работы портала таков, что…

– Заткнитесь и принимайте посылку! – рыкнул полковник и, отойдя на пару шагов, кинул пистолет в рамку телепорта.

Павел на всякий случай отъехал в своем кресле подальше от автоклава, чем вызвал недовольную гримасу профессора.

Марево в автоклаве дернулось радужной вспышкой, песчаный вихрь закрутился сильнее, а в центре «ока бури» из небытия возник ПМ – целый и невредимый.

– Павлик! – окликнул ассистента Дмитрий Сергеевич и щелкнул пальцами.

Лаборант вернулся к панели и нажатием кнопок вызвал робота. Тот подъехал к автоклаву, вытащил из аномалии оружие и откатился к профессору.

– Должен ли я проверить его свойства? – усмехнулся тот, вынимая из манипулятора пистолет. – Как вы это проделали со степлером.

– Отставить! – всполошился полковник. – Пересылайте его обратно, я сам проверю.

Пожав плечами, ученый вновь вложил ПМ в манипулятор робота.

Последовательность действий, вызвавших перемещение степлера, была повторена с участием «макарова», и уже через полминуты, едва не обнюхав пистолет со всех сторон, Стругалов произвел три выстрела в воздух.

«Рисковый мужик! – восхитился Павел. – А вдруг бы и впрямь рвануло прямо в руке?»

– Ну что ж, – сухо произнес военный, – вам удалось меня приятно удивить. Можно сказать, вы уже отчасти себя реабилитировали.

Еще бы! У полковника перед глазами уже мелькали цифры со многими нулями. Скрытая переброска оружия повстанцам в далекой африканской стране, дистанционное минирование объектов, установка подслушивающих устройств в штабах потенциального противника – все это сулило такие барыши, что о косяках яйцеголового и впрямь можно было забыть. Как минимум на время.

– Перейдем к еще более сложным объектам? – с ехидцей поинтересовался профессор. – Я вижу, вы привели с собой добровольцев? Ну, кто самый смелый? Милости просим!

Стругалов посмотрел в камеру, прищурился и вдруг заявил:

– Полагаю, самым смелым должен быть ваш ассистент, профессор. Не так ли?

Павел вздрогнул и вжался в кресло.

– Вы же видите, полковник, – натянуто улыбнулся Речицкий, – Паша управляет всей этой аппаратурой наравне со мной. Он нужен за пультом.

– Ну так пригласите еще кого-нибудь! – небрежно шевельнул кистью военный. – Пусть отвлекутся от своих пробирок и диаграмм ради такого эпохального события!

Профессор замялся. Не у одного полковника перед глазами мелькали цифры с многочисленными нулями. А чем больше народу из ученой братии привлечь, тем скорее распространится информация – и как знать, кого еще из коллег вот эдак озарит, особенно если невольный свидетель опишет увиденное в восьмой лаборатории?

Речицкий покосился на Павла и мысленно махнул рукой: нет, этот трус не полез бы в автоклав, даже если пистолет полковника все еще был бы у профессора в руках, а ствол его был бы направлен точно в лоб ассистента.

Вздохнув, ученый сам направился к автоклаву.

– Павлик, следи за перегрузкой. Давай мегамозгу передышку после каждой телепортации. Понял меня? – Дождавшись кивка от бледного как простыня молодого ученого, Дмитрий Сергеевич шагнул внутрь вихря. – Поехали!

Павел нажал зеленую кнопку и всем корпусом развернулся к главному монитору. Секунда, две… По его лбу скатилась капля пота. Три, четыре…

На пятой секунде из портала бодрым шагом выбрался наставник. Глянул свысока на полковника, проигнорировав его подчиненных, стряхнул невидимую пылинку с воротника