Адептка драконьего генерала. Его судьба - Ольга Дмитриева

— По данным записывающего артефакта на запястье Паолы, к этому времени ловушка уже была полностью сожжена, — возразил Калантар. — Отчет об этом я подал вам вчера.

Ректор мрачно кивнул и покосился на какую-то бумагу.

— Но никто не может подтвердить слова адептов генерала Рилуна, — парировал Мирлан. — Они оба относятся к Кайсару предвзято. Адепт Канг имел разногласия с ним, а леди Сартори, помнится, вы сами наказали за ссору. Если их слова некому подтвердить, разве можно наказывать Кайсара из-за трагической случайности…

В это время он равнодушно рассматривал меня. Рассматривал, будто нечто незначительное. Самым трудным было держать спину ровной под этим взглядом. Нельзя выдавать свой страх…

Ректор задумчиво смотрел в бумаги. А Кайс ухмыльнулся, глядя на Дэмина. Эти трое все просчитали… Как бы мне ни хотелось, Кайса не накажут. Во всяком случае, не в этот раз.

Но стоило мне об этом подумать, как дверь снова отворилась.

Луди Тулун переступил порог и хищно улыбнулся:

— Доброго дня, господа. Пока все драконы готовятся к ярмарке, ты снова разбираешь дела, брат?

Ректор откинулся на спинку кресла и с тяжелым вздохом пояснил:

— Да, слушание все время откладывалось. Сначала леди Сартори была без сознания, потом генерал увел адептов на боевое задание.

Тулун понимающе хмыкнул и прошествовал к столу. Затем посланник опустился в кресло по другую сторону от брата, и с легкой улыбкой сообщил:

— Помогу тебе в этот раз. Не все мне по чужим герцогствам мотаться. Надо и в своем порядок навести.

Я вдруг отчетливо представила, как эти слова ему говорит леди Мейли. Значит, драконица все же уговорила мужа вмешаться… Вот только поможет ли это?

Ректор подвинул брату бумаги и кратко ввел его в курс дела:

— Леди Сартори и адепт Канг утверждают, что Кайсар специально развернул заклинание. Данные считывающего артефакта свидетельствуют, что цель в этот момент уже была уничтожена. А заключение лекарей — что леди Сартори едва не лишилась магии. Но, как справедливо заметил господин Хайлун, они могут быть пристрастны. А других свидетелей нет.

Тут вздохнула уже госпожа Усин. Она даже виски растерла, как будто у нее ужасно разболелась голова от попыток разобраться в этом запутанном деле. Посланник только усмехнулся:

— Подожди, скоро здесь станет одним свидетелем больше. Буквально через минуту.

Теперь все непонимающе смотрели на Тулуна-младшего. Тот продолжал улыбаться. Как-то слишком насмешливо. Что же его так позабавило?

Ответом снова стала открывшаяся дверь.

Все повернулись к выходу, и на несколько мгновений потеряли дар речи. На этот раз в зале появился изрядно потрепанный… Энлэй. Его форму покрывали многочисленные пятна сажи, края рукавов и воротник обгорели… Удивительно, как только волосы целы остались. На щеке парня красовалась черная полоса.

Мой друг невозмутимо промаршировал к столу ректора и доложил:

— По вашему вызову прибыл. Извините за опоздание, возникли… неожиданные препятствия.

— Что произошло, адепт? — спросила госпожа Усин, оглядывая его с ног до головы. — Почему вы прибыли в таком виде?

— Прошу прощения, госпожа декан, — отчеканил парень. — Маленькая неприятность. В замке… ворота заклинило! Пришлось лезть через крепостную стену. А там… защита сработала.

Он развел руками, а Калантар опустил голову, подавляя смешок. Дэмин не сдержался и фыркнул. Похоже, мой друг сбежал из родового замка. Левент Реншу сверлил своего родственника яростным взглядом.

Посланник не преминул напомнить:

— Надо же, а вчера господин Левент сообщил, что вы нездоровы.

Энлэй бросил короткий взгляд на старшего родственника и тут же нашелся:

— Ну… Да, не здоров, господин Тулун. Но герцог Эртал учил меня, что Реншу всегда отдают долги.

Левент от этих слов перекосило. А вот Мирлан скрестил взгляды с моим куратором, словно клинки. Будет биться за своего ученика до последнего. Посмотрим, удастся ли Кайсу вывернуться на этот раз.

В ответ на заявление парня ректор сжал губы. А вот улыбка посланника стала хищной. Декан Усин как будто воспрянула духом. Выпрямилась и теперь разглядывала Энлэя так, будто впервые видит.

Ледяной взгляд Мирлана не предвещал строптивому адепту ничего хорошего. Энлэй на своего куратора старательно не смотрел, как и на Кайса. А вот Луди Тулун рассматривал парня с интересом. На его губах играла усмешка. Декан Усин и ректор явно были удивлены.

Но посланник взял все в свои руки.

— Говорите, адепт Реншу. Мы вас внимательно слушаем.

Парень набрал в грудь воздуха и выпалили на одном дыхании:

— Магия не отражалась от постамента. Заклинание повернуло под управлением Кайса.

Тот вскочил на ноги и выпалил:

— Ты…

— Юный Энлэй был достаточно далеко и не мог этого видеть, — оборвал его герцог Хайлун. — Сядь.

Последнее было адресовано адепту. Кайс упал на стул, но на его лице было смятение. А Энлэй опустил голову. Рилун возразил:

— Три адепта утверждают, что Кайс намеренно ударил Паолу заклинанием. Один из них ваш собственный ученик.

Герцог поднялся и скрестил руки на груди. А затем обратился к Тулуну:

— Кайсар был раздосадован поражением и мог не справиться с магией. Даже если заклинание направил он, я настаиваю, что это была всего лишь трагическая случайность. До выпуска осталось мало времени. Кайсар — один из сильнейших адептов пятого курса. Уже в середине лета он может пополнить ряды тех, кто будет стоять на страже границы… Я думаю, Восточное герцогство сейчас не в том положении, чтобы разбрасываться талантливыми адептами. Над нами нависла новая угроза…

— Хочу напомнить, что эту угрозу пока может обнаружить только артефакт, созданный моей адепткой, — жестко парировал Рилун. — Которую ваш «талантливый адепт» едва не лишил магии.

Он тоже поднялся на ноги. Взгляды мужчин снова скрестились, как клинки. Луди Тулун бросил на них короткий взгляд и приказал:

— Достаточно.

Мужчины опустились на свои места, и я поерзала в кресле. Очень хотелось придвинуться к генералу, а лучше спрятаться за его спиной. Но этого я не могла себе позволить. Смелость Энлэя одновременно восхищала и пугала. Сквозило в его позе что-то отчаянное и дерзкое. Было приятно смотреть, как непокорность родственника злит Левента. Но что сделает с адептом Мирлан?

С минуту в комнате царила тишина. Я слышала, как бешено колотится в груди мое сердце. Посланник кивнул госпоже декану:

— Записывай, Фей. — Та подхватила перо, а Тулун-младший продолжил: — Адепта Кайсара Хайлуна отстранить от учебы на месяц. Со ссылкой в самое глухое родовое имение. К Ледяному рогу, где за окном нет ничего кроме скал.