Рождественский поцелуй - Барбара Дэйли

— Я имею обыкновение менять носки перед свиданием, то есть мне по вечерам придется стирать по две пары.

— Ничего страшного.

— А если они не высохнут к утру?

Его лицо приблизилось вплотную. Неотразимое лицо, которое, она боялась, будет преследовать ее в снах, лицо, которое ей захотелось поцеловать. Чувствуя, как сводит губы от этого желания, Мэллори услышала свой голос:

— Они высохнут, если ты их хорошо выжмешь, а затем завернешь в полотенце, чтобы оно впитало остальную влагу. Впрочем, можешь купить три пары на всякий случай.

Картер посмотрел на нее долгим взглядом, а затем отрывисто бросил продавцу:

— Пробивайте все.

Продавец, обслуживающий Картера, бросил на нее победоносный взгляд и презрительно усмехнулся. Краем глаза Мэллори увидела, как ее собственный продавец заворачивает в подарочную бумагу нечто невообразимое — ярко-оранжевый свитер с синими диагональными полосками. Мейкон наверняка решит, что она спятила. И будет недалек от истины.

Пока она подписывала чек, Картер подхватил коричневый фирменный пакет и направился к выходу. Да, все-таки придется подарить ему книгу Эллен Трент. Хотя она не могла представить себе Картера, с интересом читающего книгу ее матери. Или приглашающего на свидание женщину, следующую советам, изложенным в ней. Эта его… Афина наверняка читает только этикетки на одежде.

От этих мыслей настроение Мэллори испортилось столь же стремительно, как и погода. Когда она присоединилась к Картеру, остановившемуся у прилавка с неприлично дорогими рубашками, его веселость подействовала на нее угнетающе.

— Господи, неужели есть еще дураки, покупающие такие неоправданно дорогие вещи? — Он кивнул в сторону элегантной рубашки в белую и голубую полоску. — Впрочем, раньше я тоже этим грешил, пока лет в двадцать пять не обнаружил, что долларов за сорок можно купить точно такую же, только в другом магазине. — Он бросил взгляд на коричневый пакет в руках Мэллори. — Ты уже все купила?

— Да, — механически ответила Мэллори, поскольку мысли ее были заняты совсем другим. Интересно, представляет ли он себе, как голубые полоски этой рубашки подходят к его глазам?

— Не хочешь заглянуть в отдел рождественских сувениров? Я очень люблю Рождество, а ты?

— Да, наверное. — Хорошо, что она не увидела, какой странный взгляд бросил на нее Картер.

Она бы поехала на лифте, Картер же увлек ее на эскалатор.

— На эскалаторе дольше, — не могла не заметить она.

— Зато больше видно.

Да, похоже, он из неподдающихся.

— Тебе бы очень пошло вон то платье. Посмотри!

Мэллори чуть не свалилась с эскалатора, перегнувшись через перила, чтобы успеть увидеть то, что привлекло внимание Картера. Она успела заметить, что платье маленькое, облегающее фигуру, цвета шампанского и… оно пропало из виду. Они медленно проехали отдел спортивных товаров, постельного белья, фарфоровой и серебряной посуды, пока не сошли там, где витал особый, рождественский, аромат — ягод, специй, хвои — и переливались празднично украшенные елки.

Они шли по этому сказочному островку, и в то время как Картер, судя по всему, получал истинное наслаждение, Мэллори злилась из-за того, что они напрасно теряют столько времени. Когда Картер купил какие-то бессмысленные елочные игрушки, Мэллори не могла не возвести глаза к небу, увидев ценник. И в этот момент она увидела венки омелы, повешенные над каждой дверью. Вот что бы она купила, не раздумывая. Она бы повесила его над дверью своей спальни, и когда Картер в следующий раз позвал бы ее, чтобы сообщить, что он еще что-нибудь забыл, она бы вышла из комнаты, остановилась в проеме прямо под омелой…

— Санта-Клаус в следующем зале. Пойдем!

Заметив их приближение, Санта-Клаус поприветствовал их традиционным «Хо-хо-хо!», произнесенным весьма слабеньким для Санты голоском.

Фотограф, усевшись в сани Санты, читал какой-то иллюстрированный журнал; покупатели, в основном взрослые, не обращали на него внимания, занятые покупками.

— Да, дела у Санты не ахти, — прошептал Картер на ухо Мэллори.

— Думаю, это временное затишье, пока дети в школе или детском саду. — Мэллори бросила взгляд на часы, а мысли ее все еще были заняты венком из омелы.

— А мне жаль его. — Вдруг в глазах Картера зажглись веселые искры. — Не хочешь выручить Санту — сесть ему на колени и нашептать в ухо свои заветные желания?

— О, нет, — запротестовала Мэллори. — Это глупо! Я не собираюсь делать ничего подобного…

— Я так и знал, что ты не решишься. — Искорки в синих глазах погасли.

Неужели она должна принять вызов? Выставить себя на посмешище и совершить несвойственный ей поступок? С другой стороны, это наверняка привлечет внимание Картера, а разве не этого она хочет?

Стараясь больше ни о чем не думать, чтобы не утратить решимости, Мэллори направилась прямиком к Санте и плюхнулась ему на колени, обтянутые красными велюровыми штанами. Наградой ей стал удивленный возглас, вернее, фырканье Картера за спиной.

— Хо-хо-хо! — пропищал ей в ухо Санта-Клаус. — Хорошей ли девочкой ты была в этом году?

— Слишком хорошей, по правде говоря, — как на духу ответила Мэллори, — и в этом моя главная проблема… — Она вдруг будто очнулась, осознав, что находится не на приеме у психотерапевта.

— Хо-хо-хо, — пробормотал Санта-Клаус, поерзав в своем кресле. — И что же эта слишком хорошая девочка хочет получить на Рождество?

Взгляд Мэллори метнулся к Картеру, и у нее не осталось сомнений в том, чего она хочет больше всего. Она хочет, чтобы этот мужчина увидел в ней женщину, желанную, привлекательную женщину…

— Его, — прошептала она в ухо Санта-Клаусу, кивнув в сторону Картера. — На Рождество я хочу его.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

— Его? Хм-м… Могу тебя понять.

Мэллори чуть не свалилась с колен Санта-Клауса.

— Хо-хо-хо! — тут же произнес тот, а затем наклонился к уху Мэллори. — И в чем проблема? Ты красотка хоть куда, вы оба свободны и нормальной сексуальной ориентации, я полагаю… — Санта-Клаус вздохнул.

Странный был этот Санта-Клаус, он все делал не так, как полагается.

— Я не красотка… — возразила Мэллори. — Во всяком случае, мне не хватает привлекательности и сексуальности для того, чтобы Картер увлекся мной.

— Кто тебе это сказал? — Глаза Санта-Клауса за стеклами традиционных очков в золотой оправе стали огромными.

— Я сама знаю. — Бросив взгляд на Картера, она заметила, что тот нахмурился. — Впрочем, мой босс тоже так считает. Он… — она через плечо показала пальцем на Картера, — совершенно не видит во мне женщину. Я старомодная и скучная, и когда Картер смотрит на меня, он видит… свод законов.