Сфера. Мир Обреченных - Антон Аэрс

В это время на бульваре стало быстро темнеть, как будто собиралась сильная гроза. Стало тихо и безветренно. Солнце еще светило на безоблачном небе, но аллеи уже покрыли сумерки. Взгляд Дениса, на какие-то секунды устремленный на изменившийся окружающий пейзаж, вернулся к соседям по товарищеской пирушке. И тут его обдало холодным потом. Вместо знакомых лиц друзей на него взирали какие-то черные неподвижные маски. Кожа на них была сморщенной, словно обугленной. Но самое жуткое, что на этих «лицах» не было написано абсолютно никаких эмоций. Это были живые трупы, как будто бы потерявшие волю и разум.

— Зачем ты сделал это с нами? — неожиданно голосом Вити печально осведомилась одна из жертв огненной магии и протянула к Денису свою изуродованную пламенем руку. — Мы ведь шутили над тобою только по- товарищески, а ты так жестоко нас наказал.

Денис почувствовал, как руки соседей по столу начали тормошить его за плечи. Он попытался крикнуть, но крик застрял где-то в груди.

В этот момент Денис открыл глаза и обнаружил склонившуюся над ним Такиму. Девушка в очередной раз энергично тряхнула молодого человека за плечо.

— Да просыпайся же! Нам пора идти.

— Куда? — еще не очень понимая, где он и куда подевались случайно сожженные им друзья, хрипло осведомился Денис. Такима объяснила, что им необходимо пробраться в главный дворец ордена инквизиторов, чтобы освободить дракона.

По дороге девушка рассказала Денису, что некоторое время назад инквизиторам удалось изловить и приручить грозного повелителя небес. Теперь, когда банды монстров в соседних лесах слишком набирают силу, дракона из подвала с помощью хитроумных механизмов подымают на специальной деревянной платформе на вершину самой высокой башни замка.

— Один из Мастеров седлает крылатое чудовище, — с нескрываемой гордостью за свою гильдию продолжала рассказ инквизиторша, — и взлетает на нем под облака. Когда этот всадник апокалипсиса появляется над лесом, где обитают самые свирепые нелюди, те покорно падают перед ним на колени и униженно молят о пощаде. А все потому, что в нашем мире нет ужаснее твари, чем огнедышащий летающий змей. Никому из тех, кто живет за стенами этого замка, и в голову не может прийти, что дракона можно приручить. Поэтому все принимают небесного всадника за посланца ада и беспрекословно подчиняются его воле.

Попасть в главный дворец можно было только через основательно укрепленные ворота. Это была крепость в крепости. Но ныне покойный Адер в свое время открыл любимой ученице массу секретных ходов, словно кротовые норы пронизывающих всю резиденцию их гильдии. Поэтому Такима без помех провела Дениса внутрь главного дворца.

В противоположность мощным мрачного вида воротам внутренний «птичий» дворик главного строения замка производил впечатление уютного уголка отдыха. Это место напоминало благоухающий цветник. Меж деревянных скамеек изящной резьбы были расставлены мраморные скульптуры идеальных атлетов и прекрасных молодых дев.

Такима взяла Дениса за руку и потянула его в сторону от парадного входа во дворец. Вскоре они очутились перед небольшой дверью, выполненной скульптором в форме распахнутой пасти дракона. И тут из-за боковой колонны внезапно появился человек в светлом плаще с большим медальоном на груди. Такима мгновенно поняла, что перед ней один из обладателей ученического сана ее родной гильдии. Девушка вскинула руку, чтобы поразить живое препятствие, оказавшееся на их пути. Но в последний момент что-то помешало ей сделать это.

Светловолосый юноша как будто был уверен, что ему ничего не угрожает, так как совершенно спокойно извлек из складок своей одежды охотничий рог и поднес его к губам. Трубно зазвучал сигнал тревоги, на который вскоре стали отзываться другие рожки по всему замку.

Не обращая более внимания на трубящего тревогу юношу, Такима торопливо принялась нашептывать очередное заклинание. Вскоре дверь перед ними медленно отворилась. Девушка бросилась внутрь, увлекая за собой Дениса.

— У нас совсем немного времени, чтобы убраться отсюда! Теперь весь замок спешит сюда.

Вначале они бежали по каким-то длинным коридорам, затем стали спускаться по винтовой лестнице. Каменные ступени были очень крутыми, поэтому Денису приходилось постоянно глядеть себе прямо под ноги, чтобы не разбить голову при падении. Но он не мог не задать мучивший его вопрос своей провожатой:

— Что случилось, почему ты хотя бы на время не вырубила этого блондинчика, а преспокойно позволила ему поднять шум?

— Сама не понимаю. Что-то остановило меня в последний момент. Я вдруг почувствовала, что могу этим заклинанием ударить саму себя.

— И часто с тобою такое случается?

— В первый раз…

В клетку с драконом Денис заглянул через крохотное смотровое окошко. И хотя ему уже доводилось видеть этих королей местной фауны, вид огромной, закованной в жесткую чешую башки со стекающей с длинных клыков слюной неприятно поразил молодого человека. Даже с яриличного расстояния Кузнецов чувствовал страшный смрад, исходящий из пасти зверя. Не верилось, что какой-то человек, пускай даже с серьезными магическими знаниями, рискнет по доброй воле приблизиться к этому огнедышащему динозавру, чтобы набросить на его холку кавалерийское седло. Ведь чудовищу достаточно было слегка лягнуть задней «лапкой» с полуметровыми когтями, чтобы у самонадеянного гусара из рассеченного живота вывалились кишки.

Поэтому Денис испытал немалое облегчение, когда Такима не терпящим возражения тоном объявила ему, что дело мужчины крутить подъемный механизм, а седлать дракона она будет сама. Девушка проводила Дениса в небольшое помещение, в котором размещалась целая система разных колес и рычагов. Инквизиторша быстро показала напарнику, какие колеса ему необходимо вращать и за какие рычаги дергать, чтобы площадка со зверем пошла наверх. Перед тем как вернуться к дракону, Такима проникновенно сказал Денису:

— Я слишком люблю тебя, чтобы бросить здесь. Но если ты не успеешь вовремя подняться на вершину башни, мне придется это сделать. Не погибать же нам обоим!

Теперь эти слова постоянно крутились в голове молодого человека, заставляя его изо всех сил вращать подъемные механизмы. От крайнего напряжения он быстро взмок. Казалось, вся эта механика лет пятьдесят не знала хорошей смазки, ибо вращалась крайне неохотно, издавая режущий ухо старческий скрип.

«И ведь угораздило же меня влюбиться в эту стервозную эгоистку, которая даже не скрывает, что в случае крайней опасности упорхнет из мышеловки одна», — мрачно размышлял Денис. Он был зол на себя за то, что ради этой симпатичной девицы с расчетливым холодным сердцем снежной принцессы не вернулся в свой мир. «Все-таки мужчины в двадцать лет слишком напоминают туповатых самцов насекомого-богомола, готовых даже стать обедом для красивой самочки, лишь бы только получить вожделенное свидание с нею».