Академия Хозяйственной Магии. Фиалка для ректора - Юлия Удалова

class="p1">«Тайный зверь» шустро подбежал ко мне и принялся радостно кружиться вокруг, тыкаясь пятачком мне в подол.

– Хватай и к сердцу прижимай? – с накатившим ужасом повторила я наставление Ядвиги. – Губами между глаз коснись?

Знаете, пожалуй, ну ее, эту вашу магию, в пень!

Меж тем боров подпрыгивал, счастливо посверкивая глазками и давая понять, что ни за что не откажется ни от обнимашек, ни от поцелуя.

Господи, да как его вообще поднять-то?!

Ладно, Феня, давай действуй… Быстрее отмучаешься! Выбора у тебя все равно нет.

Я сурово сдвинула брови, засучила рукава и подняла повизгивающего от удовольствия свина. Грязь с него стекала наподобие жидкого шоколада – горкой. Во что превратился мой нарядный сарафан, любовно подобранный Ядвигой, лучше промолчу.

– К сердцу я тебя прижала, – сквозь стиснутые зубы прошипела я. – Теперь самое сложное.

– Ой, а че это вы тут делаете?

Я была настолько сосредоточена и собрана, что даже не посмотрела, кто спрашивает. Губами промеж глаз – и все, считай, отмучилась… Однако навязчивый голос снова повторил свой вопрос, мешая мне завершить операцию.

Пришлось немного отвлечься. Праздное любопытство проявил уже знакомый мне крепыш из команды АХМ по городкам. Тот самый, в косоворотке и синих портках. Правда, сейчас он одет был не столь празднично, и, в принципе, не особо отличался от свина.

– Не видишь? С фамильяром связь устанавливаю, – прошипела я, концентрируясь на довольном до невозможности поросе. – Не мешай!

– Так это ж Ерошка, боров наш с подворья! Он фамильяром быть никак не может, – сообщил парень.

Руки разжались за сотую долю секунды и Ерошка грязевой бомбой рухнул вниз, оглашая поле и лес обиженным визгом на самой высокой ноте, которую я когда-либо слышала. После чего шустро рванул в ту же сторону, из которой и явился.

– Почему не может? – замогильным голосом спросила я.

– Так это… Он давно мужских способностей лишенный, а такой животине помощником мага быть несвойственно, – пожал плечами паренек. – Ерошка больно в грязи валяться любит, вот нас с Милкой Митрофан Игнатьевч наказал за сегодняшнюю тренировку – велел, чтоб вымыли мы его до блеска зеркального, и чтоб благоухал он розами майскими. И без капли магии то. А Ерошка возьми да вырвись. Ему чистая водица, как нож к горлу.

В сердцах я припомнила довольно много интересных выражений. Бабушка с БАМА могла бы мной гордиться. Пожалуй, я переплюнула даже Красавина, когда он обнаружил погром в своей комнате.

Нет, лучше мне не смотреть на себя после Ерошки, лучше не смотреть! Иначе я никогда не замолчу!

– Ты теперь с нами учиться будешь? – спросил меж тем парень, как будто не обращая внимания на пикантность ситуации. – Феврония Астахова, я запомнил. Меня Мавсим зовут. Ладно, еще увидимся, а то нам с Милкой Ерошку поскорее отловить да отмыть надобно, пока общежитие не закрылось – не особо охота на улице ночевать, особенно Милке. У нас с этим строго. Кстати, коли ты фамильяра призываешь, попробуй ему чего-нибудь посулить. Говорят, они хорошо на это откликаются.

Я даже нашла в себе силы поблагодарить доброго Мавсима, а когда он удалился, начала…

– Прибеги, прилети, приползи, мой тайный зверь, приведи с собой мою силу! Будем связаны с тобой отныне узами кровными, нерушимыми! Уж я тебя, мой ненаглядный, буду холить и лелеять, любить, поить, кормить, вычесывать. Не томи, тайный зверь, заждалась я тебя, родимый!

Будь я сама фамильяром, ни за что бы не откликнулась на то угрожающее шипение злобной ведьмы, которое я издавала.

Подступающие сумерки окрасили мир в таинственные синие краски. Откуда-то издалека раздались тонкие хрустальные перезвоны, как будто кто-то крошечный тряс волшебным колокольчиком.

На опушке леса, меж деревьев, появилось неясное серебристое свечение. И оно очень быстро приближалось. Если это еще один свин, ну, например, какой-нибудь дикий кабан решил заглянуть на огонек, то я этого просто не перенесу!

Однако, повинуясь непонятному чутью, я пошла вперед, навстречу сиянию. Звон колокольчиков стал слышнее и, через пару шагов, я увидела, что этот загадочный мерцающий свет распространяют вокруг себя бабочки, летящие прямиком ко мне.

Их тонкие крылышки испускали невесомую серебрянную пыльцу, которая шлейфом следовала за ними в воздухе.

Их было всего две – ярко-желтых, нежных, грациозных, словно танцующих друг с другом в неведомом танце. Они закружились прямо надо мной, осыпая волшебной пыльцой, а я, позабыв про все, не могла оторвать от них глаз.

Зачарованная, я протянула руку вверх.

Одно из эфемерных созданий порхнуло на мою ладонь и... сказало сиплым басом портового грузчика:

– Отбой, Гэри, это голем! Валим отсюда.

– Да какой же это голем, Коди? – не менее хрипло отозвалась вторая бабочка и тоже уселась на мою чумазую ладошку. – Это ж болотница! Вон жижка болотная с нее стекает красивенько как, живописно.

– Кака-така болотница, паутину те в крылья! – возразила первая бабочка, Коди. – Это самый настоящий голем, причем мужского пола! Пахнет, как голем, значит, голем и есть!

– Паучьи яйца, да разуй глаза-то свои, Коди, она ж только что вылезла из болотной жижи! – разозлился Гэри. – Может, дочь болотника, а может, и жена его, кто их, эти низшие расы, разберет?

Бабочки, не слетая с моей руки, очень агрессивно заспорили по поводу моей идентификации, а я в это время безуспешно пыталась вернуть на место отпавшую челюсть.

– Смотри, Гэри, голем открыл рот, – заметил Коди. – Наверное, он применил фамильярный призыв, потому что голодный и хочет нас сожрать.

– А я говорю, это болотница, которая позвала нас, потому что хочет с нами спеть, – возразил Гэри.

– Ну, с болотницей-то мы петь не будем, – хихикнул Коди.

– Это уж точно, – поддержал его Гэри.

И обе бабочки совершенно неприлично для таких миниатюрных существ заржали, аки кони. После чего взлетели с моей ладони и, продолжая пересмеиваться, намылились обратно в лес.

– Стойте! – рявкнула я.

– Чего тебе, голем? – свысока обернулась одна из бабочек.

Они были абсолютно похожи, и разобрать, кто из них Коди, а кто Гэри, уже не представлялось возможным.

– Я не болотница, и не голем! Я – человек, и это я призвала фамильяра! Очевидно, это кто-то из вас. Так что выбирайте, кто и… И будем завершать ритуал моего офамильяривания! – решительно заявила я.

– Мы – братья-близнецы и работаем только в паре, – заметила одна