Бойфренд из книг - К. С. Килл

собранные в пучок волосы. – Так, все, ты исключен из клуба.

Он смеется, и тем самым лишь еще больше разжигает во мне желание его ударить.

– Ты. Исключен. Из. Клуба, – снова повторяю я, делая акцент на каждом слове.

– Она сейчас остынет, – сочувственно шепчет ему Линн.

– Он еще и загнул уголки страниц, – вдруг замечаю я и перехожу на визг. – Уважение, ты знаешь, что такое уважение? – набрасываюсь на него и пытаюсь ударить книгой.

Ей уже, увы, не помочь, после всего того, что сделал этот придурок, так пусть теперь и она его изуродует по полной!

К несчастью, моя книга не смогла нанести ему непоправимых увечий, и он быстро и с легкостью меня обезоружил.

– Скажи, Донован, – прерывает нас Шелби. – Тебе не кажется, что образ Дугласа получился очень правдоподобным?

– Да, он вообще на высоте, особенно в первой половине книги. Но когда он сходит с ума от любви к Сэм на следующий день после знакомства… этим он меня разочаровал. Не понял я такого резкого поворота.

– Удивительно, – бурчу я.

– Я согласна с ним!

Я тоже, Шелби, но и речи не может о том, чтобы я это признала!

Следующие полтора часа показались вечностью, мне никак не удавалось сосредоточиться на том, что происходило вокруг. Без конца спрашиваю себя, что такой парень, как Донован Волински, здесь делает. А он, между прочим, умеет не только меня преследовать, как оказалось, но и неплохо комментировать все сюжетные линии, которые обсуждали мои подруги.

– Кэрри, тебе есть что добавить? – шепотом спрашивает Аманда.

– Нет.

Это на меня не похоже, но мой чертов сосед испортил мне весь вечер.

– Наше первое заседание в этом году подошло к концу, – говорит Линн, собирая свои вещи. – Я подготовила расписание наших следующих встреч. 11 октября всем подойдет?

– Думаю, да, – говорит Донован, отмечая дату в своем ежедневнике.

Фак, этот парень еще и ежедневник ведет!

– Ты что, собираешься прийти еще раз? – Я уже начинаю волноваться.

– Мне здесь понравилось, поэтому, думаю, да. Если, конечно, ты мне не устроишь индивидуальный интенсив на протяжении всего сентября.

– Это шантаж?

Он лишь загадочно пожимает плечами в ответ.

– Что ж, чует мое сердце, одиннадцатого числа я отправлюсь в тюрьму за убийство. Доброго вечера, девочки, – встаю со стула и закидываю за плечи рюкзак.

Уже на выходе сталкиваюсь взглядом с Донованом. И на какую-то крошечную долю секунды мне становится стыдно – обычно я ведь не такая противная, – но потом вспоминаю, как он преследовал меня на протяжении нескольких последних дней, разворачиваюсь и ухожу, не проронив больше ни слова.

С силой толкаю всю ту же тяжелую дверь, что и два часа назад, только теперь у меня в качестве бонуса еще и отвратительное настроение.

Умираю от голода, готова уговорить огромный двойной чизбургер.

Останавливаюсь, чтобы достать из кармана кошелек, но вдруг передо мной из ниоткуда вырастает огромный и слегка запыхавшийся силуэт.

– Ты ходишь очень быстро для человека такого маленького роста!

Поднимаю глаза и снова вижу перед собой Донована. Он очень высокий, головы на две выше меня.

– Может, я и маленькая, но достаточно высокая, чтобы дотянуться до твоих яиц! – со злостью говорю ему.

– Ты всегда говоришь только о яйцах?

Нет! Но, блин, как-то так уж выходит, что каждый наш разговор рано или поздно к ним возвращается.

– Просто только о них и думаю, – отвечаю и не могу сдержать улыбки.

– Ты ела?

Мой желудок ответил за меня.

– Тоже умираю от голода, – смеется он и проводит рукой по волосам. – Может, перекусим?

– Нет, спасибо.

В этот раз говорю с ним вежливо. Может, так сработает!

– Да брось, ладно тебе! Съедим по картошке фри. Уверен, у нас с тобой очень много общего плюс ко всему.

– У нас с тобой нет ничего общего.

– А вот и неправда, у нас обоих есть чувство юмора.

– А вот и неправда, у меня оно в разы лучше, чем у тебя. На этом давай, все. Хорошего вечера.

Пытаюсь пройти мимо, но он преграждает мне путь. Делаю шаг влево, он тоже. Вправо, он снова повторяет.

– Слушай, парень, меня это уже пугает.

– Пожалуйста, Кэрри.

– Тебе нужно было выбрать любую девчонку из клуба! Вот Линн, например, она больше всех читает, и, глядя на то, как она смотрела на тебя этим вечером, уверена, ей было бы только в радость учить тебя. Думаю, даже затащить ее в постель для тебя не составило бы большого труда.

– Вот именно по этой причине она или кто-либо другой совершенно мне не подходят! – возразил он сквозь зубы. – Не хочу, чтобы девчонка интересовалась мной в этом смысле, это будет непродуктивно. Тебя хочу.

После его последней фразы усердно хлопаю глазами.

– Бог ты мой, это могло бы прозвучать как очень романтичное признание! Тебе нужно обязательно записать эти слова в твой секретный блокнотик, настолько это было прекрасно!

– Кэрри, пожалуйста, – вздохнул он, потирая глаза. – Ты можешь хотя бы на две секунды перестать разговаривать со мной как с идиотом и просто послушать?

– Но я и так тебя слушаю! А вот ты отказываешься слышать то, что я тебе говорю! Еще там, в кафетерии, я тебе сказала, что у меня нет никакого желания тебе помогать, и повторяю это снова и снова, а ты настаиваешь. Вообще не понимаю всего того дерьма, в которое ты меня втягиваешь, ведь я не имею к этому никакого отношения.

Оставь меня, блин, в покое!

Я на грани нервного срыва, в висках начинает стучать и сильно болит голова.

– Хороших тебе выходных, – говорю я уставшим голосом.

– Тебе тоже, – шепчет он, засунув руки в карманы.

Ухожу. Чувствую себя просто отвратительно, но зато, надеюсь, смогла, наконец, донести до него все, что хо-тела.

– Эй! Кэрри? – слышу, как он кричит мне вслед. Поворачиваюсь и вижу, что он даже с места не сдвинулся.

Смотрю на него, неожиданно дольше обычного. Вот уже три года как учусь здесь и не раз имела удовольствие видеть этого парня в кампусе, но сегодня все как-то не так. Я уже готова поверить, что вся эта история про идеального парня вполне правдоподобна. Но, с другой стороны, это же Донован Волински, пример парня, который ни к чему не относится серьезно, кроме себя самого.

– Чего? – наконец отзываюсь я.

– До понедельника!

И тут же побежал в противоположную сторону, не оставив мне возможности ответить ему.

К моему несчастью, кажется, он решил довести свою идею до конца!

6. Донован

Как и почти в любое другое воскресенье еду навестить отца. Ему становится все лучше и лучше, и сегодня он не преминул мне еще раз это доказать.

Проведя несколько недель без работы, он вбил себе в голову мысль, что если не будет интенсивно меня тренировать, то повторного приступа ему не избежать. Чемпионат еще даже не начался, но когда это его останавливало. Напротив, по его мнению, я должен по полной воспользоваться этим временем, чтобы выйти на лучший уровень.

– Так, хорошо, ты достаточно размялся, – говорит