Ржавчина - Александр Баренберг

тех пор уже не раз!" - зло подумал Генри, не переносивший роскошный стиль оформления, свойственный прошедшей эпохе. "Серьезное же учреждение, не салон какой!"

Ллойд негромко постучал костяшками пальцев по украшавшему дверь небольшому витражу, заменявшему окошко. Через несколько секунд с той стороны стали заметны отблески света и мелодичный женский голос осведомился:

- Кто там?

- Мисс Даффи, это мы. Отпирайте!

Видимо, девушка достаточно хорошо знала голос ректора, так как уточнений не потребовалось. Хорошо смазанный замок тихо щелкнул и Генри, наконец, увидел свою будущую помощницу. Хотя освещение и оставляло желать лучшего, он, против желания, задержал на ней взгляд несколько более положенного. Нельзя сказать, что мисс Даффи являлась образцом неописуемой красоты, отнюдь. Она отличалась небольшим, менее пяти футов, ростом и чрезмерно, пожалуй, плотным телосложением, золотистыми, чуть вьющимися волосами, сейчас скромно уложенными назад и полускрытыми строгим, как и остальная одежда, коричневым чепчиком. Излишне широкое, полноватое лицо с малюсеньким носиком не совсем соответствовало господствовавшим в обществе представлениям о женской привлекательности, однако и уродливым называть его не имелось никаких оснований. Огромные же карие глаза под длинными ресницами и вовсе сразу приковывали к себе все внимание, заставляя забыть о небольших недостатках.

Сэр Ллойд наскоро представил их, ограничившись именами, и вся компания поспешила войти внутрь. Лишь оказавшись за плотно закрытой дверью, ректор рискнул уточнить:

- Итак, Кэтрин, это те самые люди, которых мы ждали. Мистер Виллейн позаботится о нашей безопасности, а доктор Хиннеган будет проводить исследования. Его ты, возможно, встречала в университете.

Генри не знал, встречала ли его когда-либо юная библиотекарь, но он ее точно еще не видал. Ученый, не отличавшийся особо ни богатством, ни мужественной внешностью, ни скандальным поведением, так привлекающим женщин, и обделенный ввиду указанных причин дамским вниманием, обязательно запомнил бы такую встречу, какой бы мимолетной она не была.

Тем временем, королевский агент, вряд ли озабоченный подобными размышлениями, уже приступил к работе. Раскрыв свой непримечательный саквояж, он извлек оттуда пачку бланков, точно таких же, как подписанные недавно Генри, и вручил их девушке. И лишь получив полный комплект подписей, разрешил перейти к главному:

- Можно приступать, сэр Ллойд. Ведите!

Они стали протискиваться, вслед за ректором, сквозь узкие проходы между книжными шкафами, заставленными практически одинаковыми папками в черном кожаном переплете, казалось, источавших пыльные запахи прошлых эпох. Архив отличался от публичных помещений библиотеки как раз чрезмерно экономным отношением к использованию пространства, из-за чего расстояние между шкафами позволяло проходить лишь одному человеку. Таким образом, вытянувшись в колонну, четверка, замыкаемая "хозяйкой" помещения, проследовала через весь архив к его противоположному концу. Там, вдоль стены, обнаружилось несколько безликих дверей, явно ведущих в подсобные помещения. К крайней слева и направлялся канцлер.

- Здесь! - тихо и торжественно провозгласил он, толкая дверь.

Взглядам приоткрылась малюсенькая каморка, уставленная полками с какими-то свертками и небольшим столиком посредине, занимавшим почти все свободное пространство. Что именно лежало на полках, снаружи рассмотреть не удавалось. Да и вообще что-либо увидеть стало возможно только благодаря Кэтрин, с масляной лампой в руках тихо "просочившейся" внутрь мимо стоявших в некотором недоумении мужчин.

- Что это? - спросил Генри, уже предполагая правильный ответ благодаря характерному сильному запаху, доносившемуся изнутри.

- Здесь хранится запас свечей для архива, - подтвердила его догадку библиотекарь.

- Тебе, Генри, даже не придется бегать за новыми свечами! - усмехнулся сэр Ллойд, причем непонятно было, шутит ли он или говорит серьезно.

- И где же здесь тайник? - с интересом стал озирать свой новый "кабинет" Хиннеган, когда они, с некоторым трудом, втиснулись в душную каморку.

- А вот тут! - сэр Ллойд несильно постучал ладонью по полукруглому пилястру у дальнего от входа угла. Этот декоративный элемент в виде полуколонны, декорированной лепниной, изображающей стилизованные пергаментные свитки, явно присутствовал в здании еще со времен его постройки два века назад. Остатки былой роскоши, сохранившейся после всех ремонтов и перестроек. Впрочем, как понимал Генри, пилястр был встроен во внешнюю, несущую стену, поэтому его и не трогали.

- А вот и дверца тайника! - канцлер провел пальцем по периметру одного из искусно вылепленных свитков, находившегося примерно на уровне его головы. Благодаря обилию всяких завитушек и прочих элементов декора, зазор был почти не виден даже вблизи.

- Но ее же блокирует подсвечник! – удивился Генри. – Как открыть дверцу?

Действительно, как раз посреди "свитка" пилястр опоясывала бронзовая дуга, вмонтированная в стену с обоих боков полуколонны. Дуга служила для крепления литого подсвечника, располагавшегося как раз в центре предполагаемой дверцы. Бронза светильника почернела, свидетельствуя о его солидном возрасте. Не иначе, подсвечник установили еще при постройке здания!

- Так это как раз для маскировки! – жестом фокусника Ллойд извлек из внутреннего кармана небольшой фигурный ключ, почерневший от времени, и протянул его Генри, указывая на правое крепление дуги. – Вот тут, снизу, вставьте и отомкните запор.

Ученый медленно, как будто опасаясь чего-то, приблизился к тайнику.

- Давайте, давайте, вам эту операцию теперь ежедневно проводить придется! - подбодрил его ректор, видя, что Хиннеган, как это часто водится за далекими от жизненных забот учеными, впал в некоторый ступор при возникшей вдруг необходимости выполнить практическое действие.

Генри неуверенно вставил ключ в найденную в основании массивного крепления прорезь и попытался его провернуть. Однако ключ не сдвинулся ни на йоту. Попробовал в обратную сторону - с тем же результатом. Подсознательно ожидавший затруднений ученый начал нервно дергать его туда-сюда, вызвав смешок со стороны Виллейна:

- Дайте-ка сюда, доктор! Вы его так, ей-богу, сейчас сломаете! - отставной майор отобрал ключ у смущенного донельзя неудачей