Первая тайна академии Грискор (СИ) - Минаева Анна Валерьевна

Но если она думала, что на этом все закончится, то сильно ошибалась. Эта мысль возвращалась к ней на протяжении всего дня. А вечером ей пришлось силой усаживать себя за учебники. Однако и тут все было неладно. Буквы разбегались, не желали складываться в слова. Новые формулы не хотели запоминаться, а слова заклинаний казались слишком сложными, непонятными.

— Демоны! — прошипела Табита, захлопывая книгу. Громкий звук на мгновение вернул ее в реальность.

За окном была уже глубокая ночь, соседки по комнате давно спали, и этот звук мог их разбудить. И лучше бы разбудил. Может, тогда Табита отвлеклась бы, а не бездумно смотрела на звезды и кусала нижнюю губу.

«Интересно, кто он?» — думала она, не замечая, что на губах уже выступила кровь.

Перед глазами девушками стояла сегодняшняя неожиданная встреча в парке. И светловолосый незнакомец, который заступился за нее перед своим невоспитанным другом.

Она вспоминала случай в столовой, когда увидела драку. То, как Гвин Умильтен ударила старшекурсника, как в нее полетели заклинания. И эти старшекурсники были плохими. Совершенно точно! Табита была в этом уверена. А вот то, что произошло сегодня с ней…

«Он будто какой-то рыцарь из детских сказок», — подумала она и глупо улыбнулась нелепому сравнению.

Рыцарей давно не существует. Есть только чародеи и ведьмаки.

«Интересно, а на каком факультете он учится?»

Следующая мысль оказалась более приземленной. Табита Ваерс тряхнула головой и вновь открыла книгу. Да так резко, что скрипнул корешок.

Ей нужно было сосредоточиться на обучении. Девушка это знала, но ничего не могла с собой поделать. В голову лезла та короткая сцена знакомства. Раз за разом.

В какой-то момент она сдалась. Откинулась на скрипучем стуле, прикрыла глаза и, не заметив, что улыбнулась, вновь нырнула в воспоминания. Вот она стоит напротив него. Их взгляды пересекаются, внутри рождается это незнакомое теплое чувство, которое сводит с ума.

Что могло бы быть дальше? Он спросил бы ее имя? Или представился сам? А может, предложил бы донести книжки? А если бы там не стояли его друзья, это было бы более реально?

Табита улыбалась и мяла в руках учебник по азам целительной магии. Все дальше уходила в мечты и все меньше замечала, что происходит вокруг.

Опомнилась первокурсница, когда на горизонте пролегла светлая полоса. Приближался рассвет, а она так и не легла спать. Сегодня у учащихся выходной, можно поспать потом. А сейчас…

Она вскочила так резко, что от скрипа стула одна из соседок недовольно зашевелилась под одеялом. Но Табита этого не слышала. Она схватила с полки ножницы, обулась и выскочила в коридор.

В узкий еще темный коридор общежития, по обе стороны которого тянулись ряды одинаковых белых дверей. Менялись на них только бронзовые номерки.

Девушка спешила в сторону общей женской душевой. Приоткрыв дверь, Табита проскочила внутрь и остановилась рядом с настенным зеркалом. Видно в него было только голову да плечи, но этого Табите хватало.

Защелкали ножницы, посыпались на пол каштановые пряди, отсекаемые лезвиями. До сегодняшнего дня Табиту совершенно не волновало состояние ее прически.

До сегодня.

Сейчас же она остригла слишком длинные пряди, старалась привести всю шеведюру к единой длине. И пусть ее волосы больше не такие длинные, как раньше. Зато аккуратные.

— Да, так определенно лучше, — проговорила она, довольно улыбнувшись, когда из зеркала на нее посмотрела девушка с аккуратными прядями, едва достигающими плеч.

Замерев, Табита аккуратно подняла руку и легко коснулась подушечками пальцев своих губ.

Она улыбалась. Действительно, улыбалась. И это не причиняло ей боли.

А когда утро наконец наступило полностью, Табита первой направилась в столовую. Она думала, что разучилась радоваться, но именно сейчас на ее лице расцвела самая яркая улыбка из всех. Она любила весь мир, хотела обнять всех, до кого дотянет руку.

Только сейчас она поняла, что, несмотря на ту боль, что причинили ей мама и папа, существуют другие люди — добрые.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Милред ван Темпф, которая буквально за шкирку пропихнула Табиту в академию. Гвин Умильтен, которая, несмотря на свою показную агрессию, оказалась милой девушкой и приятным собеседником. И этот парень из парка, который просто за нее заступился…

Как мало, оказывается, надо для счастья. Просто открыть глаза.

Табита выбирала себе тарелку с едой и думала над тем, чем может отплатить Милред за доброту, о чем поговорить с Гвин за следующим совместным обедом, и… может, удастся узнать имя того парня?

Он не шел у нее из головы.

«Ох! Великий слушает мысли каждого, кто ему молится», — ошарашенно подумала она, когда оторвала глаза от миски и увидела входящих в столовую парней.

Темная одежда с серебристой вышивкой, ровные спины, громкие голоса. О да, ошибки быть не могло! Это точно та самая компания! Вот только…

Табита поймала себя на том, что ищет глазами своего защитника. Одернула себя, резко опустила взгляд и попыталась доесть завтрак, который почему-то больше не лез в горло.

Щеки обожгло смущением. Она впервые не знала, куда себя деть. То ли бежать как можно скорее из столовой, чтобы не попасться на глаза. То ли, наоборот, сделать все, чтобы ее сейчас заметили.

Она бы еще долго металась между этими двумя крайностями, если бы…

— А так тебе гораздо лучше, — голос раздался над самым плечом.

Табита от неожиданности выронила ложку и вскинула уж слишком испуганный взгляд на светловолосого парня с темными, как горький шоколад, глазами. Он улыбался. Выглядел таким довольным. Таким…

Сердце первокурсницы дрогнуло.

— Спасибо.

Он заметил! О Великий, он заметил, что она сделала с волосами! Да! Точно! Это ведь сейчас комплимент был!

Табита чувствовала себя настоящей дурой. Не знала, что еще сказать, как отреагировать.

— Ты кого-то ждешь? — поинтересовался тем делом парень, без разрешения опускаясь за стол напротив и пристраивая тарелку с супом перед собой.

— А ты разве?.. — она не смогла подобрать слова, указала в сторону компании ребят, с которыми он пришел.

— Они не маленькие, — усмехнулся парень. — И без меня смогут ложку до рта донести.

Табита хотела было отозваться очень колко. С языка так и спешило сорваться что-то наподобие: «А я, значит, не смогу?»

Но она вовремя его прикусила. И только кивнула, чувствуя, как сильно горят щеки. Почему-то этот незнакомый студент с первого мгновения пробуждал в ней какие-то новые и совершенно незнакомые чувства.

 Табита за свою недолгую жизнь общалась и с мальчишками, и с парнями, и даже с несколькими мужчинами. Но все были просто людьми. Обычными людьми, которые не вызывали никаких бурных реакций. А сейчас… ее будто кто-то по затылку огрел. Да так сильно, что звездочки перед глазами заплясали.

— Я так и не представился, — произнес он, бросив на девушку взгляд из-под темных ресниц. — Меня зовут Карвин. А тебя?

— Та… — она кашлянула, чуть не подавившись. Смутилась и выпалила: — Табита.

— Рад знакомству, Табита, — с усмешкой отозвался парень, отправляя в рот ложку супа и не сводя взгляда с девушки.

«Почему он тут? — пронеслось у нее в голове. — Почему сел со мной, а не с друзьями?»

Нет, она была рада, что не ошиблась. Ей не показалось, что симпатия внезапно вспыхнула не только у нее, но и у него. Но все же это немного пугало Табиту, которая до сих пор никогда не смотрела на мальчишек сердцем.

Она уже начинала догадываться, что, кажется, это та самая первая незванная влюбленность, о которой ей с таким вдохновением рассказывали одноклассницы, но верить пока в это не хотела.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Симпатия. Обычная симпатия. Разве она может к чему-то привести? К тому же… это Карвин явно из обеспеченной семьи, может, даже аристократ. А она… да кто она такая, чтобы даже мысль допускать о таком парне?

— Ты кусаешь губу, когда о чем-то сосредоточенно думаешь, — будто невзначай бросил Карвин, продолжая рассматривать Табиту как какую-то диковинку.