Квирит - Alexander Agassiz

за ним пришли Эринии, девы мести, он дал им бой, из-за чего кровь Эриний пролилась на землю, орошила травы у берегов и вылилась в реку. “Старухи вперемешку с девами, походившие на горгон, но и Горгоны — не подобье им. Скорее гарпии и птицоподобные женщины, но без крыльев “— вспоминал скелет о том образе, что видел при встречи с ними — “Они дико вопили и заглушали собой все звуки.” Скелета с братом всё равно поймали и вернули обратно в аид, где Юпитер дал указ Плутону разделить их и никогда не давать возможность даже пересекаться взглядами и слышать голос друг друга. Вдобавок за непослушание братья получили и новую кару. Скелет свой золотой облик, который не может сделать его богатым, а лишь мешает и заставляет чувствовать всю тяжесть костей, а о каре своего брата, не знает и сам скелет.

— Но потом Зевс помиловал нас и поставил условие. Разобраться с тем, что мы натворили в прошлом году. После этого, он может смилостивиться и дать вторую попытку, чтобы завершить уговор и не разлучать нас с братом. После этого, я найду брата и нам будет позволено совершить ритуал, чтобы вторая часть уговора была завершена, — сказал скелет и достал из своих замотанных тряпок небольшой свиток с некими надписями.

— В этой местности водились обычные бобры и после битвы с Эриниями, их кровь изменила зверей. Они стали агрессивны ко всем людям и вместе с ненавистью возрос и интеллект”

Скелет шёл впереди, то и дела вздыхая, словно настраивал голос, откашливался и тихо повторял написанное. Не сложно заметить, как важно было для него повторять текст без ошибок и как щепитильно он к этому относился. Скелет передвигался медленно и неуклюже наступал на ветки, которые постоянно хрустели под его ногами. Сложность его передвижения и медлительность ощущались постоянно.

Центурион не хотел мешать скелету повторять написанный текст и отвлекать его. Он заметил, что этот лес отличался от предыдущего. Именно тем, что солнце здесь ещё было в небе и только только начало приблежаться к своему закату.

— Мы практически сутки провели в аиде?

— Ммм…?

— Когда мы встретились — была ночь

— Я не знаю. В моём состоянии уже не наблюдаешь за солнцем, звёздами, или временем. Оно всё сливается воедино.

Ответ скелета не удовлетворил Фавста, но римлянин не стал донимать его вопросами. Фавст, думая о бобрах и рассматривая, как странное полуденное солнце освещало листья осееннего леса, вспоминал связанную со зверьками историю, что преключилась во время северной военной компании.

Тогда у центуриона была задача взять крепость-деревню, расположенную слишком хорошо, чтобы атаковать в лоб. Поселение огороженное каменными валами было на естественном возвышении и упиралось в скалы, что добавляло отличную видимость и защищённости от атак с нескольких направлений. Из скал бил сильный поток, что преобразовывался в реку и местные жители использовали этот водопад как нескончаемый источник воды, а пойму приспособили для развития сельского хозяйста и выращивания съедобных культур. Эта крепость не представляла собой большой тактической значимости, но было важна статегически, так как отсюда можно было бы с лёкгостью наносить наскоками удары легионам в тыл, уничтожать линии снабжения, перехватывать гонцов и возвращаться обратно за стены с трофеями. Примипил13 не просто наказал захватить крепость, но и избегать потерь, потому что военная компания продвигалась медленно и с паритетом, а лишние потери будут просто недопустимы. В добавок северная компания велась за пределами дорожных систем империи и легионы должны строить за собой мосты и дамбы, что делает солдат уязвимыми во время строительства и на маршах.

Скауты докладывали, что забраться на скалы и забрасать врага пилумами было невозможно и очень опасно. Камни скользкие, а при малейшем обнаружении, враги скроются в домах и за баррикадами. Отравить источник воды, забросав трупами или экскрементами тоже не было возможно т. к. он находится непосредственно на территории деревни и ограждён стенами. Осадные же орудия были направленны в другие места войны. Огонь бы тоже не помог в полной мере из-за большого количества именно каменных оборонительных сооружений. Открытое сражение, скорее всего не возымело бы успеха потому что больше половины центурии Фавста переместили, на некоторое время, другому центуриону. Фавст же, чтобы не выдать себя врагу, встал небольшим лагерем в 20 человек, в глубине леса на расстоянии 1 мили и 2 песов.14. Рабы и вьючные мулы были оставлены в основном легионе. В отличие от обычных римских лагерей — этот не имел стен и рва, но был прикрыт зелеными ветками и листьями деревьев с несколькими созданными ловушками поблизости. К счастью температура ещё позволяла не разжигать костры, а спать обернувшись в шкуры.

Фавст понимал, что тактика сircumvallation15 и привычные манёвры и осадные хитрости не подойдут из-за малого личного состава и ограниченности по времени. Стоило использовать тактику противника против него самого. Он собрал всех легионеров в лагере и приказал снять всю броню и оставить в своих палатках: “Нам нужна скрытность и неожиданность, а куски металла будут предателями, а не союзниками”. “Нашими союзниками же будут зубы и стихия”. Реакция солдат на подобную образность была очевидной, они ничего не поняли, но они доверяли своему центуриону. Это были легионеры прошедшие не через один десяток боёв и проявившие себя как максимально дисциплинорванные и храбрые. Также они выделялись находчивостью, из-за чего Фавст с примипилом выбрали именно их на подобное, особенное, задание.

К ночи центурион отправил двух соглядатаев наблюдать за поселением максимально близко и расположиться на другой стороне реки. Они соорудили небольшую палатку и тщательно прикрыли её зеленью, посменно наблюдая. Остальным центурион сказал, что заметил удивительнейших животных: “Дальше по реке располагалось семейство бобров и если мы заставим строить их плотины в нужном нам месте, то добьёмся создания заводи и затопления части поселения врага. Их посевы будут уничтожены и они будут вынуждены искать этому причину. Найдя причину естественную, не созданную человеком, они не будут поднимать тревоги, а мы сможем атаковать их из засады не гремя броней, и сможем быстро уйти в лес, забрав с собой тела. Такими хитростями мы сможем не навязывая открытого боя и не возбуждая подозрительности врага, уменьшит их численность и получить преимущество”

Идея сподвигнуть бобров создавать платину в нужном месте была рождена благодаря жене — Элизии. Её семья вела бизнес домашнего хозяйства и она смогла получить всестороннее образование, которое успешно применила в расширение бизнеса и занималась не только производством хлеба и вина, но и знакомилась с влиятельными людьми, получая