Сила любви - Елена Зауэр

Я повернулся и пробежал несколько шагов в сторону видневшегося вдалеке лесу, но вдруг понял, что бегу один, коня рядом нет. Я обернулся. Конь стоял там, где я его оставил, смотрел на меня и явно чего-то ждал. На его морде было написано, что он очень сомневается в моих умственных способностях.

— Ты чего? — спросил я.

— А ты чего? Пешком идти собрался? — ответил мне конь вопросом на вопрос.

— А как? — поинтересовался было я, и только потом понял, каким балбесом выглядел в его глазах. Ведь он ждёт, что я лихо вскачу в седло, и мы с ним понесёмся в далекую даль. Звучит красиво! Да? А на деле я совсем не представлял, как это забраться на лошадь. Я и лошадей-то живьем раньше видел только в цирке. Ну, я попал!

Я попал? Я вспомнил те немногие фильмы про попаданцев, которые когда-то смотрел, и мне стало нехорошо. Осознание, что видение становится через-чур реальным, накрыло меня. И я, кажется, застонал вслух, потому что конь жалостливо спросил:

— Что, голова болит, Путята?

— Путята? — спросил я. — Я — Путята?

— Да, ты Путята! — ответил конь. — Давай уже, прыгай в седло, а то мне снова придется Анчутке по башке давать.

Хорошо, что я любил смотреть разные исторические фильмы, а там герои часто ездили верхом. Я попытался вспомнить, как они взбирались на лошадь. Нужно ногу сунуть туда, потом вторую перекинуть через седло, и вуаля! Ты на коне. Вроде не сложно.

Я попытался это изобразить с конем. Стремя было не устойчивым и шаталось, подтянутся и выпрямиться удалось не с первого раза. Ну а про то, как я перекидывал ногу через седло можно было бы рассказывать долго и все время нецензурными словами.

Конь пытался помочь, как мог, он молчал и не мешался. За что я ему был очень благодарен.

Наконец, я водрузил свое неповоротливое тело в седло, и мы поскакали. Это только в фильмах выглядит красиво. Когда богатырь мчится на коне подобно молнии, спина его прямая, взор устремлен вперед. И попаданцы в фильмах тоже сразу получали весь спектр навыков для в жизни в новом мире.

Я же был каким-то неправильным попаданцем. Я прижался к лошадиной шее, вцепился в гриву и пытался удержаться в седле, в то время, когда мое тело тряслось и ноги мотались во все стороны. Мне страшно было представить, как я смотрелся со стороны. Богатырь Путята, наверняка, хорошо держался в седле. Интересно, кто он такой? Вернее, кто я такой? Ведь теперь я — это он. И мне придется как-то с этим смириться. Главное, никого из знакомых Путяты не встретить, пока не вытащу всю информацию о себе у коня. Хорошо, что он такой говорливый, и похоже обо мне всё знает. Хоть в чем-то мне повезло.

Хотя оставалась небольшая надежда, что все это окажется видением. И скоро я очнусь в какой-нибудь больнице в палате реанимации. Наверное, все-таки я сильно приложился головой о тротуар. Иначе чем объяснить это затянувшееся шоу.

Пока я мечтал прийти в себя на больничной койке, мой конь увозил подальше от места моей славной битвы. Да, видать. Больница в ближайшее время мне не светит.

Тут мне очень захотелось посмотреть, пришел ли в себя Анчутка. Только головой я вертеть не мог — боялся вылететь из седла.

Наверное, Анчутка очень разозлится, когда не досчитается одного рога. Будет топать ногами, ругая Путяту на чем свет стоит, а потом посмотрит вдаль, увидит нас и помчится вдогонку, в силу заговоренной тряпицы я не слишком верил. Может он уже мчится. Интересно, как быстро он бегает. И кто он вообще такой. А самое главное, зачем мне его рог.

Рог Анчутки, хвост Чуда-Юда и зуб Кощея (Кирилл)

Бодрым скаком мы доскакали до леса. Здесь конь немного замедлил свой бег. Все-таки нестись по узкой тропке что есть мочи было не очень удобно. И я немного расслабился, ослабил хватку, выпрямился и стал немного напоминать бравого богатыря, которым теперь являлся. И тут же получил по лицу веткой, да так больно, что чуть не вылетел из седла. С трудом удержался.

— Какую-то странную дорогу ты выбрал, — высказал я коню. — Дебри непролазные, ветки так и лезут в глаза.

— А ты руками их отводи, — огрызнулся конь, — и мне легче будет.

— Ты хоть знаешь, куда меня везёшь? — спросил я.

— Конечно, — ответила зверюга, — куда глаза глядят.

— Ну, здорово! Я-то думал, что мы в какое-то конкретное место едем!

— Вообще-то, ты у нас хозяин! Ты направляешь, а я иду. — этому коню палец в рот не клади.

— Я-то хозяин, только я ничего не помню, если ты не забыл, — решил надавить я на жалость.

— Я надеялся, что память к тебе вернулась, — со вздохом ответил мне конь.

Мы немного помолчали. Я не знал, о чем думал конь. А вот я думал о насущном. Как мне жить дальше, что делать? Чем на жизнь зарабатывать? Как из леса выбраться? Мне и хотелось к людям, и в то же время было страшно. Какие они, те люди? Пока действительность меня не радовала.

— А мы уже ездили с тобой этой дорогой раньше? — спросил я с надеждой. Мне очень хотелось приехать уже хоть куда-нибудь, спешиться и отдохнуть.

— Нет, хозяин, — ответил конь, — мы с тобой тут ещё ни разу не были.

И как теперь быть? В лесу мне совсем не нравилось. Паутина, мошкара. А вдруг волк или медведь встретится? Или какой-нибудь ещё Анчутка?

Вечерело. Теперь лес показался мне совсем страшным. Между деревьев клубился туман, и мерцали какие-то огоньки. Вокруг царила зловещая тишина, нарушаемая лишь шорохом листьев под копытами коня. Высокие, скрюченные деревья скрывали небо, их ветки, похожие на когти, тянулись ко мне, словно пытаясь схватить. Вдруг вдалеке послышался вой волков, и у меня зашевелились волосы от страха.

— Это же мне не показалось, — прошептал я коню, — там действительно воют волки?

— Не показалось, — спокойно ответил он и даже ухом не повел.

— Тогда почему ты так медленно идешь, — спросил я, — нам ведь надо побыстрее выбраться из этого леса.

— Почему? — поинтересовался конь.

— Потому что здесь опасно!

— Ты думаешь, в чистом поле лучше? — конь ухмыльнулся.

— Я ничего не думаю! — я начал терять терпение. — Я просто устал.

— Да, ладно, не кипятись, хозяин, пошутил я! — заржала зверюга. — Знаю я эту дорогу, знаю! Сейчас через полверсты будет отличная полянка, мы с тобой на