Все как в сказке - Мишель Кондер

Надир недовольно хмыкнул.

Он не должен так о ней думать. Ему не изменить нынешнюю ситуацию. Не имеет значения, что ни одна женщина, кроме Имоджен, не влекла его так сильно. Не важно, что ей удается злить его и заставлять чувствовать себя виноватым. Важнее всего то, что они поженятся, и он выполнит отцовский долг.

Мысль об отцовстве ошеломила в тот момент, когда девочка посмотрела на него глазами его сестры-близнеца. У него самого был такой же цвет глаз. Имоджен дала ей арабское имя, словно осознавая вину за то, что никогда не расскажет Надиру о ребенке. Нравится ей это или не нравится, у него припасены козыри.

Он захотел воспитывать Надину, как только увидел ее пухлые ручки на мягкой груди Имоджен и широко раскрытые глаза, которыми она уставилась на него, словно вглядываясь ему в душу. Он с трудом сглотнул. Дочь очаровала его одним взглядом.

Когда-то ему было достаточно один раз посмотреть на Имоджен, чтобы понять, что его жизнь навсегда изменилась.

Черт побери. Его жизнь ничуть не изменилась, когда он познакомился с Имоджен. У них была всего лишь короткая интрижка.

Нет, не надо себя обманывать. Его жизнь стала другой, когда она забеременела. А теперь изменится жизнь Имоджен, и он не сомневается, что она согласится на его условия, узнав, сколько денег Надир ей предложит. Он едва не рассмеялся.

Все нормально. Он переживет, если она станет жить с ним ради его денег. Зато его дочь вырастет в благополучии и безопасности.

Он жестом пригласил стюардессу.

– Да, сэр?

– Принесите кофе. – Он взглянул на Имоджен. – И еду для мисс Рейд-Бенсон. По-моему, она вообще ничего не ела.

– Мисс Бенсон сказала, что она не голодна, сэр.

Надир обратил внимание, как похудела Имоджен.

– Пусть повар приготовит ей баклажаны.

– Извините, сэр, а какое блюдо из баклажанов?

Он нахмурился:

– Пусть приготовит омлет. Или любое вегетарианское блюдо.

– Конечно, сэр.

Надир открыл ноутбук, решив сосредоточиться на работе до конца поездки. После того как он отречется от престола и женится на Имоджен, его жизнь вернется в нормальное русло.

Он требует, чтобы она вышла за него замуж.

Имоджен по-прежнему надеялась, что Надир образумится и поймет, до чего смешная идея пришла ему в голову.

И он не может заставить ее стать его женой. Сейчас не те времена. Худшее, что может сделать Надир, – это через суд отобрать у нее дочь. Она с трудом сглотнула и покосилась на Надира.

Он обвинил ее в бегстве. Но она не сбегала, а просто взяла на себя ответственность за свою жизнь. Ведь он не хотел быть с ней. Иначе он не прислал бы то отвратительное сообщение.

Она до сих пор помнит, как обрадовалась, когда услышала сигнал на телефоне о приходе сообщения. Но, открыв сообщение, она опешила.

«Имоджен, есть тест на ДНК, который проводится, пока ребенок в утробе матери. Я организовал тебе прием у врача. Если ребенок мой, я с тобой свяжусь».

Опустошенная его черствостью и под влиянием страшных предупреждений Каро, Имоджен уехала из Парижа. А что она могла еще сделать? Умолять его в ответ? Спрашивать его, уверен ли он, что не хочет ребенка? Ну, гордость не позволила ей так унижаться.

Имоджен услышала вкусный аромат, и у нее заурчало в животе. К ней подошла стюардесса.

– Шеф-повар приготовил вам омлет, мисс Бенсон. Вегетарианский омлет.

– Ой. – Откуда повар узнал, что она вегетарианка? – Извините. Но я не заказывала омлет.

– Принц Надир приказал приготовить его для вас.

Имоджен взглянула на человека, о котором очень старалась думать рационально и объективно. А это было почти невозможно, учитывая его требования и недавний поцелуй.

На ее щеках появился румянец. Поцелуй лишил ее самообладания. Она не могла побороть сексуальное влечение и делать вид, что Надир не вызывает у нее никаких чувств.

Вздохнув, она потерла затылок. При взгляде на Надира у нее по-прежнему екает сердце и просыпается желание. Странно, что этот человек, который пренебрег ее потребностями и желаниями, по-прежнему так сильно на нее влияет.

Больше года назад она им увлеклась. Вернувшись в Париж после смерти матери и скорой женитьбы отца, Имоджен искала перемен, приключений и страсти.

И она их нашла. В облике Надира, пробудившего в ней страсть, о которой она не подозревала, и подарившего ей ребенка. Даже сейчас ему достаточно только поцеловать ее или прикоснуться к ней, чтобы она потеряла голову.

Нужно позаботиться о том, чтобы в следующий раз он не подобрался к ней слишком близко. Возможно, он не будет пытаться прикоснуться к ней снова. Хотя близость их тел сильно возбудила его, Надир вряд ли обрадовался, что взаимная страсть не угасла.

Она посмотрела на дочь, которая раскладывала деревянные кубики на полу, и постаралась успокоиться. Она по-прежнему надеялась, что Надир передумает и не женится на ней.

Но если он решит настоять на своем, у Имоджен готов план. За чашкой чая она спокойно обсудит с ним, что делать дальше.

Имоджен улыбнулась.

– Мадам? Вы будете омлет?

– Да. Спасибо.

Она размышляла о том, как поступить с Надиром, пока их самолет не приземлился в небольшом аэропорту. Повсюду были люди в традиционных одеждах. В теплом сухом воздухе витал аромат ванили и других специй. Древняя страна казалась мистической и непредсказуемой.

Имоджен вздрогнула, когда автомобиль помчался по ночному городу к огромному и хорошо освещенному дворцу.

– Мой господин, как приятно видеть вас снова.

Имоджен посмотрела на невысокого седого слугу, который встал на колени перед Надиром на шлифованные каменные ступени дворца.

– Стаф? – Надир поднял старика на ноги. – Я же просил тебя недавно этого не делать.

Имоджен поняла, что Надир недавно приезжал в Бакаан.

Слуга улыбнулся и торжественно произнес:

– Мы рады вашему возвращению, мой господин.

Надир заговорил по-арабски. Слуга поклонился и улыбнулся Имоджен. Она нерешительно улыбнулась в ответ, задаваясь вопросом, что сказал ему Надир.

– Мой господин. Госпожа Имоджен. Принцесса Надина.

Удивленная Имоджен покачала головой:

– Я не госпожа.

Маленький слуга снова упал на колени и что-то запричитал на родном языке.

Смущенная Имоджен беспомощно посмотрела на Надира. И тот вздохнул.

– Стаф, Имоджен просто не привыкла к подобному обращению. Она западный человек.

– Пожалуйста, прикажи ему встать. – Имоджен испугалась, что обидела старика.

Надир снова поднял слугу на ноги, а потом посмотрел на полусонную дочь. Его взгляд смягчился.

– Хочешь, я возьму ее на руки?

– Нет! – отрезала она. – Я сама ее понесу.

Надир прищурился, но не стал настаивать.