Доверься мне - Кэролайн Макспарен

За Сарой Бет числилось только пара штрафов за превышение скорости, но, когда он стал смотреть дальше, он нашел рапорт об убийстве. За восемь лет до этого ее взрослая дочь была изнасилована и убита тремя девятнадцатилетними бандитами. Сара Бет, ее муж Оливер и двое детей около восемнадцати лет числились ее ближайшими родственниками. О муже дочери ничего не говорилось. Все три преступника сейчас отбывали пожизненное наказание без права на досрочное освобождение.

Сара Бет казалась… чем? По совокупности? В его профессиональной практике смерть ребенка, особенно насильственная, была тем, что труднее всего пережить. Трагедия случилась восемь лет назад, но это не та боль и утрата, которые когда-либо уходят.

Следующей, кого он проверил, стала Фрэнсин Бэгби. Досье чистенькое до скрипа. Ничего, кроме звонков в службу 911 о нерадивых родителях и пьянках, о которых она уже упоминала. Он пожалел всех, кто встал бы на ее пути с чем-то менее внушительным, нежели противотанковое орудие.

Об Аманде Донован, адвокате, тоже ничего. Он узнал название ее фирмы, самой крупной и прижимистой в отношении дел о разводах, в западном Теннесси. Материалов о ее участии в самых гнусных скандалах более чем хватало.

Ничего о Эллен Лэтимер, известной также как миссис Санта-Клаус.

Следующей по очереди была Лорен Торренс, новобрачная. Еще один сюрприз. В предыдущем году на нее за шумные ссоры трижды заявляли соседи. Никаких признаков телесных повреждений, следовательно, никаких арестов.

Малышка Банни была на самом деле Гэйлин О’Доннел Йейтс из города Иттабена, штат Миссисипи. Хотя в ней действительно было метр пятьдесят пять роста, она заняла второе место в конкурсе Мисс Миссисипи и вышла замуж за пластического хирурга. Этому хирургу, Уилтону Йейтсу, вчинили иск за небрежно выполненную операцию, повлекшую тяжелые последствия. Что ж, недовольный пациент мог перепугать жену своего хирурга до такой степени, что та записалась в группу самообороны.

Не исключено, что ее восхитительная грудь была силиконовой. А жаль…

В конце он вытянул на свет Марси Холперн. Когда поиск не сработал, он ввел несколько вариантов полного имени, но ничего не нашел, даже штрафов за превышение скорости.

Кофе был едва теплым, и ему пришлось добавить горячего из того, что было сделано раньше, и выпить залпом. Даже женщины, которые никак не засветились в полицейских отчетах, должны иметь какие-то секреты, которые они не хотели бы раскрывать.

У Рэнди тоже были секреты. Без них он бы не стал полицейским, а был бы женатиком с детишками, недвижимостью и лодкой-плоскодонкой. Он бы заваливался спать на кушетке после ужина на День благодарения со всеми представителями клана Рэйлзбеков вместо того, чтобы в одиночестве есть бутерброды с тунцом за рабочим столом.

Он всегда вызывался подежурить на выходных днях и праздниках, что служило предлогом, чтобы сбежать от собственной семьи. Он говорил с матерью по телефону раз в неделю или около того, но никогда не разговаривал с отцом. Возможно, не все семьи были такими труднопереносимыми сообществами, но его семейка с острова Три Мили уж точно таковой являлась.

По пути на утренние лекции Хелена высадила Майло и Виолу у ворот школы.

— Марси заберет вас после продленки. А вечером у меня занятия по самообороне. Когда вернусь домой, я уложу вас.

— Можно нам с тобой? — попросил Майло.

— Не сегодня, извини.

— Ну ма-а-ам, — заканючил он, — ты же обещала, что я буду поднимать гантели.

— А я не хочу туда возвращаться, — сказала Виола. — Никогда.

— Вот ты и поезжай домой с Марси, — огрызнулся Майло.

— Вы оба поедете с Марси.

Хелена поцеловала обоих на прощание и проследила, как Майло поднялся вверх по лестнице, пока Виола пыталась догнать его вприпрыжку. Хелена давно отказалась от попыток заставить его хоть как-то замедлить ход и подождать сестру. Он все равно бросался вперед, чтобы присоединиться к своим друзьям. Хелена понаблюдала за ними до тех пор, пока они оба не скрылись за дверьми школы.

Она втиснулась в поток, поглощавший автомобили. Движение было медленным, но у нее в запасе было немного времени.

Хелена включила радио, пять минут послушала сообщения о серии несчастных случаев и катастроф, потом выключила приемник. Похоже, хороших новостей у них не бывает по определению.

Как обеспечить детям безопасность, при этом не слишком ограничивая их свободу расти и развиваться? Как ей научить их не попадать в лапы чудовищ и вместе с тем не разрушить их доверия к честным людям? Как защитить их от ее собственных страхов? Ее приступы страха стали реже, короче и не такими острыми, но они все же пока случаются.

Хелена заставила себя свернуть на Овертон-Парк. В этот ранний час она могла проехать извилистой дорогой вдоль залива и по Олд-Форест без того, чтобы встретить другую машину. Ладони у нее стали влажными и прилипали к рулю, а на шее начала болезненно биться жилка.

«Ты сможешь это сделать», — прошептала она.

За те две недели, что Хелена начала ездить на работу через этот парк, она так и не осмелилась свернуть с дороги в Олд-Форест. Она обещала себе, что сегодня будет именно такой день. Она остановится на том самом месте дороги, где ее нашли, возможно, даже выйдет из машины и осмотрит это место. Чтобы избавиться от мистического ужаса. Ведь это только заросли кустов.

Февраль холоден, как и положено, вдобавок промозгл, но она включила кондиционер, чтобы посушить влагу, выступившую между лопатками. Через мгновение она его выключила. Зубы у нее стучали.

Хелена свернула на узкую лесную дорожку, над которой сплетались кронами дубы и клены. Казалось, их голые ветви опускаются на машину как таинственные коричневые сталактиты. Даже зимой аллея была тенистой.

Она двигалась по дороге очень медленно, заглядывая под каждый куст. Они выглядели совершенно не так, какими она их помнила. Это случилось здесь? Чуть дальше? Или она уже миновала злополучное место? На этом повороте? Сможет ли она узнать место, где ее выкинули?

Выехав на свободное пространство, она притормозила свой БМВ, который едва успел остановиться перед светофором у выезда на шоссе, а потом пролетела явно с превышением скорости — прямо до своего парковочного места на стоянке у колледжа. Без сомнения, поездки напрямую короче, но чересчур бьют по ее психике. Она ударила по рулю так сильно, что, должно быть, на руке появится синяк. Хелена выключила зажигание и несколько раз глубоко вздохнула, чтобы выровнять сердцебиение. Ее лицо в зеркале дальнего вида было серым, будто некий вампир выпил всю ее кровь без остатка.