На деньги счастье не купишь - Дебра Морис

— Потому что Брайни это недопустимое — в нашем кругу имя.

— Что вы хотите этим сказать? — Брайни подошел ближе к Дориан, дружелюбная улыбка по-прежнему не сходила с его губ. Но какая-то тень пробежала по его лицу.

Дориан отступила на шаг. У него странная манера — давить на собеседника своим присутствием, отметила она про себя.

— Брайни неподходящее имя для мужчины с вашим новым общественным статусом. Это имя годится для маленького мальчика, подростка, голливудского артиста, наконец, но не для солидного человека.

От этой тирады у Дориан даже пересохло во рту. Она поняла, что не умеет разговаривать с людьми. Для этого нужно научиться сострадать другому человеку. Она же рубит сплеча, наносит упреждающие удары, проявляет жестокость. И совершенно не владеет искусством врачевания душевных ран. Вот, невзначай обидела старую несчастную собаку. Быть может, она боится показаться смешной. А ведь работа, за которую она взялась, совсем не так проста, как может показаться на первый взгляд.

— И вообще «Брайни» больше подходит для мультфильма, — не могла остановиться Дориан. — Надеюсь, вы теперь понимаете, почему это имя вам не подходит.

— Не совсем.

— Давайте выберем другое имя, и вы поймете разницу.

— Главное, чтобы человек был хороший, а как его зовут — неважно, — возразил он.

— Человека встречают по имени. О людях нашего круга судят прежде всего по имени, — продолжала настаивать Дориан. — Ведь вы хотите произвести выгодное впечатление, не так ли?

В знак согласия Брайни кивнул. Однако по всему было видно, что Дориан не убедила его.

— Ну, допустим, моя мама завала меня Бриндон. Но с тех пор, как она умерла, никто не называл меня Бриндоном.

— Итак, Бриндон. — Дориан несколько раз произнесла имя вслух, словно пытаясь оценить его звуковую субстанцию и представить зрительно в ряду других имен, украшающих «Золотую книгу Далласа»: — Бриндон Такер! Что ж, это имя, пожалуй, подойдет. Так что забудем о Брайни. С этого часа вы должны отзываться только на одно имя — Бриндон.

Брайни пожал плечами:

— Все равно, какая разница! Но вам виднее, какое имя больше подходит для высших кругов. И раз уж я плачу вам хорошие деньги, то я вам доверяю. Бриндон так Бриндон.

— Что ж, отлично! Думаю, мы с вами поладим, — обрадовалась Дориан.

— Значит, друзья? Можно я буду звать вас Дори? — весело предложил Бриндон.

— Но до сих пор никто не называл меня Дори, — возразила Дориан.

— Даже мама?

— Вот именно, даже мама, — сухо отрезала Дориан.

У него странная манера влезать в душу человека, в самые сокровенные уголки сердца, — подумала Дориан, — при этом постоянно нарушать светские условности. С какой стати он вдруг решил напомнить ей давно забытое детское имя?

— Входите, чувствуйте себя как дома. А я пойду переоденусь.

Реба не заставила просить себя дважды и тотчас плюхнулась на персидский ковер.

— Надо вызвать собачьего парикмахера, пусть приведет Ребу в порядок, — не выдержала Дориан.

— Красивый у вас дом, мисс Беррелл, — с восхищением озирался вокруг Бриндон. Гостевой зал был обставлен в стиле французской деревенской усадьбы. Дориан очень любила этот пестрый и в то же время уютный стиль.

— Спасибо за комплимент, — рассеянно поблагодарила Дориан. Бриндон великолепно вписывался в этот интерьер. Он смотрелся очень сексуально на фоне букетов из подсолнухов, бело-голубых фаянсовых тарелок, украшавших стены, и антикварной французской мебели.

— Дома посидим или прогуляемся? — поинтересовался Бриндон. Закономерный вопрос. Ведь Бриндон собирается изменить стиль жизни.

— Для начала побываем у Наймана. Подберем кое-что из одежды. — Невольно Дориан любовалась Бриндоном. Сквозь тонкую ткань летних джинсов легко просматривались очертания каждого мускула его натренированного тела. Легким пружинистым шагом Бриндон обошел просторную гостиную. Да он прекрасно сложен! Такой фигуре могли бы позавидовать самые знаменитые модели, рекламирующие нижнее мужское белье.

— Какой у вас размер? — как бы невзначай поинтересовалась Дориан. — Пятьдесят второй? Угадала?

Бриндон утвердительно кивнул.

— Потом заедем к портному, — продолжала Дориан. — Пусть снимет мерки. Вам понадобится несколько костюмов и смокинг.

— Смокинг? Это костюм, в котором курят?

— Смокинги надевают в торжественных случаях. Или у вас уже есть подходящий костюм? — спросила Дориан.

— Ну, для торжественных случаев у меня есть спортивный костюм. Да и то я надеваю его только на свадьбы или на похороны.

Дориан с удовольствием оценивала достоинства Бриндона — крепкая мускулистая грудь, широкие плечи, узкая талия. Идеальное сложение. О таком парне могут только мечтать лучшие кутюрье мира. Именно такими представляют мужчин дизайнеры, принимаясь за создание новой коллекции. Воображение Дориан нарисовало сцену, как в один прекрасный день они с Бриндоном входят в зал и все эти стареющие и скучающие тетки буквально сгорают от зависти. Дориан настолько живо представила себе эту сцену, что ей стало не по себе.

— Урок номер два, — не терпящим возражений тоном объявила Дориан. — Одежда делает человека. Одеваться в универмагах в нашем кругу неприлично. Миллионеры не покупают костюмы в универмагах.

— Значит, только в дорогом костюме меня станут воспринимать всерьез?

— Конечно, — подтвердила Дориан.

— Что ж, я вам верю, — Брайни внимательно посмотрел в глаза Дориан. Под взглядом его бездонных глаз она почувствовала себя обнаженной и покраснела.

— Что еще входит в наши планы? — улыбнулся Брайни.

Интересно, как ему, взрослому мужчине, удается выглядеть одновременно наивным, как ребенок, и таким сексуально привлекательным, недоумевала Дориан.

— Итак, какие у нас на сегодня планы? — настойчиво повторил свой вопрос Брайни.

— Сначала мы все-таки заедем в магазин, а оттуда к Эмилио.

— Кто такой этот Эмилио? Так называется мексиканский ресторан? — с этими словами Брайни расположился на мягком диване. — Значит, поужинаем в мексиканском ресторане? — сказал он, устраиваясь поудобнее.

Дориан вздохнула. Как объяснить ему, что значит поехать к Эмилио?

— Эмилио — это вовсе не ресторан.

— Тогда что это такое? — он доверчиво смотрел на нее.

— Пусть это будет сюрпризом, — нашлась Дориан. — А теперь мне пора переодеться.

Разве можно в двух словах объяснить совершенно неискушенному человеку, что такое «Эмилио»? Дориан предполагала, что самым трудным испытанием для Бриндона станет маникюрный кабинет.