Рождение любви - Ханна Хауэлл

— Я хотел спасти тебя, кузина.

— Ладно, Филан, не переживай. Может, как-нибудь в следующий раз.

Немного помолчав, мальчик спросил:

— Тебе не холодно, кузина?

Шторм закусила губу, чтобы не рассмеяться, невольно повторяя мимику Тэвиша. Она поняла, что малыш хочет лечь к ней поближе, и знала, что дело вовсе не в холоде.

— Да, немного прохладно. Что ты предлагаешь? Филан, сделав вид, что идет на большую жертву, ответил:

— Мы можем придвинуться чуть ближе друг к другу. Так будет теплей.

— Отличная мысль! Иди сюда. — Мальчик прижался к кузине спиной. — Так намного лучше. Спокойной ночи, кузен.

— Спокойной ночи, Шторм.

— Я рада, что ты здесь, — прошептала она, и это была правда: Филан, хоть и ребенок, все же родная душа. С ним ей было спокойнее.

Глава 4

Карайдленд встретил конный отряд радостным оживлением. После долгой зимы лишние лошади оказались весьма кстати. Шторм сидела в седле за спиной Тэвиша и смотрела, как шотландцы нахваливают и делят табун ее отца. Она знала, как легко достались Мак-Лаганам эти лошади, и с неприязнью думала о своей мачехе, леди Мэри. За годы, проведенные в Хагалео, эта женщина так ничему и не научилась. Из-за ее попустительства людям, работавшим на земле отца, придется затянуть пояса, но Шторм знала, что мачехе на это наплевать.

Тэвиш спрыгнул на землю и помог спешиться Шторм. Девушка с кузеном остались под бдительным присмотром Энгуса, а Тэвиш повел свою кобылу в конюшню. Он всегда сам заботился о своих лошадях. Бросив последний взгляд на девушку, казавшуюся совсем маленькой рядом с коренастым широкоплечим Энгусом, он удалился.

— Они неплохо поживились, — тихо заметил Филан.

— И не говори! Угнали наших лучших лошадей. Одна потеря влечет за собой другие… Теперь у нас будет меньше ягнят, меньше телят, меньше всего остального. Господи, и почему мой отец уехал из Хагалео?

— Он не виноват, кузина. Откуда ему было знать, как все обернется? Лорд Элдон считал, что ваш управляющий заслуживает доверия. Не его вина, что этот человек оказался негодяем и распутником, которого можно, как барана за веревочку, вести за…

— Филан! — одернула мальчика Шторм; девушка бросила уничтожающий взгляд на смеющегося Энгуса, который тут же сделал вид, что просто закашлялся.

— Прости, кузина, но иногда я забываю, что ты женщина.

— Надо полагать, это комплимент? — проворчала Шторм; она взглянула на Филана, и в глазах ее плясали озорные огоньки.

Какое-то время брат с сестрой молча смотрели на шотландцев, которые, в свою очередь, разглядывали их с не меньшим любопытством. Шторм и Филан давно привыкли к тому, что их необычные рыжие волосы и кошачьи глаза привлекают всеобщее внимание, и все же столь явный интерес шотландцев раздражал их и вызывал тревогу. Все-таки эти люди были давними врагами Элдонов… Кто знает, что у них на уме?

— Если тебе немножко страшновато, можешь взять меня за руку, — тихо сказал Филан.

Шторм едва заметно улыбнулась. Ее кузен — всего лишь испуганный ребенок, но он очень старался казаться взрослым мужчиной.

— Спасибо, Филан, — отозвалась девушка, — мне и впрямь немного не по себе.

Она протянула руку, и мальчик сжал ее в своей маленькой ладошке. Заметив на суровом лице Энгуса выражение одобрения, Шторм с удивлением подумала о том, что испытывает симпатию к этому человеку.

— Они не похожи на норманнов, правда? — спросил Филан с напускным равнодушием.

— Конечно, нет. А где ты слышал сказки про норманнов? — Мне рассказывала про них моя бабушка. Норманны часто совершали набеги на побережье Ирландии. Они были очень свирепыми.

— Да, верно, но эти люди не такие. Они не очень отличаются от обитателей Хагалео. Мы воюем Друг с другом с тех самых пор, как первый Элдон основал у границы свое поместье. И не верь разным сказкам.

Филан на несколько минут успокоился, но вскоре его опять посетили тревожные мысли. Он посмотрел на сестру округлившимися от страха глазами:

— Может, они такие же, как люди в Хагалео, но даже воины твоего отца, захватив в плен женщину… — Филан замолчал и взглянул на Энгуса, лицо которого вдруг стало непроницаемым.

По спине Шторм пробежал неприятный холодок, но она с невозмутимым видом сказала:

— Я бы не хотела говорить об этом, Филан.

— Но ты же не можешь закрывать глаза на грозящую тебе опасность, кузина, — не унимался встревоженный мальчик. — Ты должна…

— Я и не закрываю. Однако это не значит, что я должна постоянно думать об этом. В конце концов, любая женщина, если она без охраны, постоянно подвергается опасности. Даже у нас в замке я опасалась посягательств на мою честь. Ты же знаешь, сэр Хью ходил за мной по пятам — и вовсе не для того, чтобы почитать мне стихи. Давай-ка, оставим эту тему. Позволь мне на время забыть о неприятностях и хотя бы немного расслабиться, все равно мы не можем ничего поделать.

Они снова замолчали. Шторм старалась не думать о грозившей ей опасности, а Филан от души жалел, что еще слишком мал и не сумеет должным образом защитить сестру. В свои девять лет мальчик уже имел некоторые представления о взаимоотношениях мужчин и женщин. Он видел, какие жадные взгляды бросали на Шторм шотландцы, особенно один, по имени Тэвиш. Этот человек хотел того же, чего домогался сэр Хью, и мог в любой момент получить желаемое.

— Ой, Филан, посмотри! — вскричала Шторм, пытаясь хоть чем-то отвлечь мальчика от мрачных мыслей. — Видишь вон ту кобылу? Это же Корнелия! Нам с такими предосторожностями привезли ее из Суссекса.

— Ну да, это она! — воскликнул Филан, и губы его растянулись в усмешке. — Я узнал ее по белым отметинам.

Шторм, сама себе удивляясь, весело рассмеялась.

— Боже мой, — пробормотала она, — они украли лошадь леди Мэри! Хотела бы я посмотреть на ее лицо, когда она узнает об этом! Представляю, сколько будет крика! Как жаль, что мы пропустим такое занятное зрелище!

Филан тоже невольно засмеялся.

— Да, веселая история! — закивал он. — Леди осталась со своим позолоченным седлом, но без лошади. Мне даже жалко ее щеголеватого конюха.

— Поделом ей! — прыснула Шторм и разразилась очередным приступом хохота.

В этот момент подошел Тэвиш. Он вопросительно взглянул на Энгуса, озадаченный веселым настроением пленников. Тэвиш ждал объяснений, губы же его как бы сами собой растянулись в улыбке. Звонкий смех Шторм оказался настолько заразительным, что даже Энгус, человек довольно угрюмый, и тот едва сдерживался, чтобы не присоединиться к веселью брата и сестры.

— Похоже, мы угнали лошадь леди Мэри, — объяснил Энгус с улыбкой.

— Вот так удача! — хмыкнул Тэвиш и взглянул на Шторм и Филана, глаза которых сияли и искрились. — А ты все такая же маленькая негодница, — сказал он девушке.