Разлуки и радости Роуз - Изабель Вульф

— Жизнь — как американские горки, — ободряюще произнесла Серена.

— Ммм.

— И не стоит горевать о том, чего не вернуть.

— Точно.

— Знаешь, жизнь — не…

Черт!

— Сахар? — прервала ее я.

На минуту она пришла в замешательство.

— Нет, я хотела сказать, жизнь — не сплошной праздник.

— О'кей, Серена, — проговорила я, мысленно вручая ей «Оскар» в номинации «Банальность дня». — Займемся работой.

С радостным предвкушением я взглянула на гору конвертов в ящике для почты. Там ждали своей очереди коричневые и белые конверты, телеграммы и письма, присланные авиапочтой. Написанные от руки и напечатанные. На некоторых были сердечки и цветочки, и мне почудилось, будто из конвертов доносятся голоса, умоляющие о помощи.

Натренированным взглядом я определяла дилеммы, которые скрывались в письмах. Крупные, как у ребенка, буквы с завитками — это сдерживаемые эмоции. Обратный наклон — хроническая депрессия. Неразборчивые каракули зелеными чернилами — шизофрения, убористый почерк — замкнутость. Серена нумеровала и проставляла даты на письмах для регистрации, а я пролистывала большую папку-указатель, где хранятся информационные буклеты, которые я посылаю с каждым ответом.

У меня сотни буклетов с описанием всех вообразимых человеческих проблем, начиная с «Абстинентного синдрома» до «Ярости неуправляемой», между которыми находятся (случайная выборка) «Беременность» (желательная и нежелательная), «Бессонница», «Долги», «Злые соседи», «Повышенная волосатость», «Покраснения», «Расовые предрассудки», «Ревность», «Смерть», «Соски», «Стресс», «Уверенность в себе», «Угревая сыпь» и «Храп». Когда я вижу весь спектр проблем, аккуратно разложенных в алфавитном порядке, то испытываю ни с чем не сравнимое удовлетворение. Прибравшись в ящичке — «Курение» каким-то образом перепуталось с «Курортными романами», — я распечатала большой пакет с сегодняшней почтой. Серена всегда просвечивает пакеты под рентгеном в комнате для корреспонденции, потому что иногда нам присылают всякую гадость, например использованные презервативы (ужасная мерзость), кружевные трусики или порноснимки. Но обычно пакеты набиты книгами по психологии из серии «Помоги себе сам». Их присылают пиар-отделы издательств, и все отчаянно желают, чтобы я упомянула их в колонке. И редко удостаиваются такой чести, так что разве можно их винить? В конце концов, у нас три миллиона читателей. Первая книга называлась «Как завязать разговор и обрести новых друзей». Дальше шли «Помоги жертве преступления», «Как стать счастливым гомосексуалом» и «Антистрессовое дыхание». Я убрала книжки в шкаф, аккуратно располагая по высоте. Теперь я готова просмотреть сегодняшнюю почту. В своей колонке я отвечаю на письма о самых разных проблемах — психологических, физических и прочих, но приблизительно представляю, с чем придется столкнуться сейчас. В это время года на пике неудавшиеся курортные романы, отвратительные вторые медовые месяцы и разочарования результатами экзаменов.

Дорогая Роуз, — прочитала я, включая тем временем компьютер, — мне 19, и я только что во второй раз провалил выпускной экзамен…

Дорогая Роуз, в прошлом месяце мы ездили на Ибицу, где я познакомилась с замечательным мужчиной…

Дорогая Роуз, только что я с женой вернулся из круиза и будто побывал в аду…

Разумеется, существуют темы, которые пускают побеги из года в год, как многолетние растения: низкая самооценка и Голубой Ли Я? От мужчин, которые любят переодеваться в женскую одежду, приходит столько писем, что я уже не могу взглянуть на мужчину и не проверить: вдруг он на высоких каблуках? Есть и странные сексуальные отклонения — вот, похоже, как раз такой случай, хоть я никогда никого не осуждаю. О боже, как это мерзко!!!

Дорогая Роуз, — в ужасе прочитала я. — Я фермер, женат почти двадцать лет, и, грубо говоря, мне все надоело до смерти. Я бы хотел немножко поэкспериментировать, если так можно сказать, но моя жена ничего не хочет слышать, и из-за этого у нас разлад. Она говорит, что такое не делается, и мы должны оставить овечку в покое. Не обяжете ли советом?

Дорогой Джефф, — быстро печатала я, с отвращением ударяя пальцами по клавиатуре. — Сексуальные действия в отношении животных запрещены законом. Я всем сердцем на стороне вашей жены. Мучая животных, вы к тому же нарушаете их права. Предлагаю вам ограничиться поеданием баранины!

Видите ли, у меня тоже есть свои принципы. Обычно ведущие колонок довольно либеральны, но у каждой существует свой пунктик. Для меня это зоофилия (гадость), рукоприкладство (неприемлемо) и неверность (категорическое «нет»). Вы и представить не можете, какое количество женщин спрашивают, как им убедить своих женатых бойфрендов бросить законных жен! Вот, к примеру, это письмо. Очень типично.

Дорогая Роуз, посоветуйте, пожалуйста, что подарить моему любимому на день рождения? Мне бы хотелось подарить ему не бальзам после бритья или галстук, а что-нибудь личное, чтобы его жена обо всем догадалась.

Дорогая Шарон, — я энергично стучала по клавишам. — Спасибо огромное за письмо. Позвольте предложить идеальный подарок для вашего женатого друга — пинок под зад!

Неужели эти женщины ожидают от меня серьезного ответа? Спать с чужим мужем — низость. Почему бы им не найти свободного мужика — их же толпы! Я мысленно столкнула Мари-Клер Грей с крыши небоскреба и приступила к оставшейся корреспонденции.

В среднем мне приходит сто пятьдесят писем в неделю. Половину ответов я печатаю, остальную половину наговариваю на диктофон и отдаю Серене. Серена также раскладывает буклеты по конвертам, уничтожает старые письма — что очень важно — и разыскивает телефоны горячих линий, которые печатаются в колонке. Мы все время помещаем номера разных горячий линий, но есть пять или шесть самых популярных. «Борьба с фобиями» и «Он заставляет меня сексуально одеваться». Существуют горячие линии по простатиту, импотенции и плохому запаху изо рта. Разумеется, приходится быть осторожными, чтобы не перепутать номера.

Дорогая Роуз, — попалось мне на глаза письмо. — Я (цензура) зол, как (цензура), потому что вчера позвонил в вашу (цензура) горячую линию по облысению и попал на геморрой! Эти (цензура) горячие линии дерут по фунту в минуту, так что я здорово (цензура).

Я написала ответ, приложив в утешение пять фунтов и буклет «Искусство самоконтроля». И принялась за электронную почту, которая составляет около четверти всех писем. С электронными письмами намного сложнее. Невозможно проанализировать личность по почерку, который выдает хозяина с головой; язык таких писем холоден и краток. Проблема очевидна, но человека, который стоит за этой проблемой, увидеть нельзя. Весь фокус в том, что письма часто несут в себе скрытый смысл. Ты будто разгадываешь загадку, ищешь ключи, как в детективе, или разбираешь дело на составные части, словно головоломку. Некоторые шестнадцать страниц подряд ноют по поводу того, что больше не ладят с партнером, что он постоянно затевает ссоры, бла-бла-бла. И потом, в самой последней строчке, вдруг добавляют: Но он такой, только когда выпьет. В этот момент я принимаюсь лихорадочно рыться в поисках буклета «Алкоголизм» и телефона ближайшей организации Анонимных алкоголиков. Вот в чем настоящее мастерство ведущей психологической колонки — нужно уметь читать между строк.