Николай Новиков. Его жизнь и общественная деятельность - Софья Усова

Пламенеющая звезда

Масонская печать

У масонов было множество условных знаков, по которым они узнавали друг друга среди непосвященных. Места их собраний назывались ложами. Ложи принадлежали разным системам. Все ложи той или другой системы в одной стране подчинены были центральной ложе-матери и одному провинциальному Великому мастеру. Масонство смотрело на себя некоторым образом как на продолжение Апостольской церкви и допускало в своих ложах нечто вроде священнодействий. Так, например, там произносились духовные речи; на столе, стоявшем перед креслом “мастера ложи” и называвшемся жертвенником, лежало Евангелие, открытое на 1-й главе от Иоанна. В некоторых особых случаях приносилась Богу “курительная жертва фимиама” и совершался обряд помазания.

Принятие женщин в ложу “Мопсов”

Прием в братство нового члена производился после его предварительного испытания и присяги, которая обязывала его подчиняться отечественным законам и сохранять масонские тайны. Обряды этого приема и принятия присяги были обставлены более или менее торжественными церемониями.

Сначала они были просты, но с течением времени, с развитием масонства превратились в целые представления, подчас очень мрачного характера. Так, например, в некоторых системах новопринимаемый вводился в ложу с завязанными глазами, и в момент, когда снимали с глаз его повязку, братья стремительно приставляли к груди его острия мечей, а один из братьев стоял в это время в окровавленной рубашке. При этом Великий мастер говорил, что мечи эти устремятся против новопринимаемого, если он нарушит клятву и союз. Затем, опять при особых церемониях, его заставляли пролить несколько капель крови в особую чашу, в которую раньше проливали кровь и прочие братья, вступавшие в орден. Это пролитие крови выражало символически соединение вновь вступившего с прочими братьями. Бывали обряды и еще ужаснее, как, например, обряд приема в степень мастера. Тут уже ложа обивалась черным сукном с нашитыми на нем блестками в виде слез, на сцену являлись черепа, скелеты, держащие зажженные светильники, картины, изображающие мертвые головы, наконец, черные гробы, в одном из которых во время церемонии лежал кто-нибудь из младших мастеров под кровавой простыней, а другой готовился исполнить роль “брата ищущего”, как назывался у масонов член, вступающий в высшую степень масонства. Этого “ищущего брата”, после довольно продолжительного хождения вокруг ложи с разными остановками и препятствиями, наконец, ввергали в гроб и накрывали окровавленной простыней, причем все остальные братья устремляли на него острия шпаг. В символическом языке масонов часто попадаются слова “циркуль”, “молоток”, “прямоугольник”, “треугольник” и прочие. Эти выражения, равно как и знаки украшения своих обрядов, они заимствовали из терминологии и строительного искусства, которым занимались их родоначальники.

Масонские принадлежности

Масоны занимались исканием мудрости, или, как они говорили, “строением храма мудрости”, совершенствующей нравственность человека.

В масонской ложе “In silentio in spe fortitudo nostra ”

В масонской ложе “Et tenebra eam non compehenderunt …”

Во всех масонских ложах существовали, как уже было сказано, три степени: ученика, товарища и мастера, причем сущность учения высших степеней составляла тайну для низших. В этих степенях преподавалась самая важная, а именно – чисто нравственная сторона масонского учения.

Вот некоторые из главных догматов этого учения, взятые нами из “Нравоучительного катехизиса истинных франкмасонов”, составленного известным нашим масоном И.В. Лопухиным.

Истинный франкмасон должен отличаться духом христианской любви к Богу и к ближнему, которого ему надлежит любить не только как самого себя, но больше себя. Он должен видеть братьев во всех людях, без различия национальности, вероисповедания и общественного положения, и побуждать их к взаимной любви и помощи. Главное упражнение франкмасонов должно заключаться в молитве, упражнении своей воли в исполнении заповедей евангельских и в умерщвлении чувств лишением того, что их наслаждает.

Они должны работать среди мира и в той сфере, к которой каждый из них призван. Искусство франкмасонов состоит в науке изучения тайн природы, понимание которых доступно не всякому, а лишь избранным, удостоившимся получить эту милость через духовное возрождение. Эти избранные должны быть готовы к перенесению всяких лишений. Они должны быть в состоянии выносить жесточайшую боль, даже если бы обладали способом излечивать все болезни, и быть готовыми к смерти во всякое время, даже имея возможность жить “несколько сот” лет. Они должны быть готовы к перенесению величайшей бедности, обладая в то же время способами производить громадные богатства, превосходящие богатства всего мира; имея средство беседовать с ангелами, они должны оставаться в глубочайшем невежестве, когда то угодно воле Божией, и считать себя меньше всех на свете, имея силу, равную Иисусу Навину и Илии. Франкмасоны не должны питать к кому-либо ненависти. Они должны любить врагов, благословлять их, молиться за них и делать им добро за зло, которое от них получают.

Еще лучше и полнее определяется нравственная цель масонства одним опытным масоном (см. соч. Лонгинова, стр. 60): “Масонство, – говорит он, – видит во всех людях братьев, которым оно открывает свой храм, чтобы освободить их от предрассудков их родины и религиозных заблуждений их предков, побуждая людей к взаимной любви и помощи. Оно никого не ненавидит и не преследует, и цель его может определиться так: изгладить между людьми предрассудки каст, условных различий происхождения, мнений и национальностей; уничтожить фанатизм и суеверие, искоренить международные вражды и бедствия войны, посредством свободного и мирного прогресса достигнуть закрепления вечного и всеобщего права, на основании которого каждый человек призван к свободному и полному развитию всех своих способностей, споспешествовать всеми силами общему благу и сделать таким образом из всего человеческого рода одно семейство братьев, связанных узами любви, познаний и труда”.

Кроме вышеупомянутых трех степеней в масонстве были степени высшие, число которых менялось сообразно обрядам той или другой системы. Впоследствии число некоторых из них возросло до 33-х и даже до 90. Чрезмерно высокие были по большей части приманкой для людей тщеславных, но полезных ордену своим положением в обществе. В высших степенях занимались алхимией и работами умозрительными по философии и теософии. Если направление ложи было практическим, то тут же производились работы и по так называемому “великому делу”.