Хризалида - RinoZ

class="p1">Я отчаянно мечусь, и рад видеть, что моё отвлечение сделало свою работу. Шанс одержать победу над неописуемо привлекательным муравьём, которым я являюсь, приманила Легион от области, где упал Тини, и Колония поспешила бросить большую численность для поддержки линии, пока Кринис утаскивает своего товарища питомца, в то время как Инвидия исцеляет его от любой непосредственной опасности.

[Отличная работа!] Крикнул я им. [Как только Тини будет в безопасности, пожалуйста придите и спасите меня…]

[ХОЗЯИН!]

Кринис после этого довольно сильно меня отругает. Возможно смерть является ответом. Нет! Не думай так, нужно выжить!

Виктория из-за линии фронта наблюдала, как Старейший бросился вперёд, где его быстро окружили. Потеря огромного стража обезьяны остро ощущалась в рядах, однако у Колонии не было выбора, кроме как продолжать отбиваться.

«Бегом направляйтесь туда и бейтесь!» Приказала она каждому муравью в запасе. «Следуйте за Старейшим и сражайтесь за Колонию!»

«ЗА КОЛОНИЮ!» Ответили рёвом муравьи, лишь недавно исцелённые от своих ранений снова бросались в бой.

Не желая оставаться позади, Виктория сама побежала вперёд, чтобы присоединиться к противостоянию. Какая разница, если она здесь падёт? После этого нет никаких больше планов или стратегий, нуждающихся в её внимании. Либо они выстоят здесь, либо погибнут. Ощутив отчаянную энергию в эти финальные мгновения, люди союзники присоединились к набирающимся муравьям, пока те мчали вперёд в последнем наплыве силы. Всё это время Старейший буйствовал посреди строя Легиона, толкаясь своим весом и поглощая абсурдное количество урона, пока желал нарушить боевой порядок врага.

«Прорываемся!» Проревела Виктория, бросаясь вперёд, её мандибулы смыкались, пока она набрасывалась своим телом на солдата перед ней, нарушая их строй, в то время как следующая волна бежала через неё, чтобы снова столкнуться с врагом.

Каждый доступный муравей присоединился к наступлению и по всей линии фронта повторялась сцена сталкивающихся с щитами и мечами Легиона свежих отрядов. Солдаты, разведчики, маги, целители, каждый присутствующий на поле боя муравей присоединился к финальному наступлению в надежде наконец прорваться. Враг быстро осознал, что происходит, и удвоил свои усилия, сражаясь сплоченным отрядом для отражения атаки прибывающих муравьёв.

Битва достигла своего апогея. Ни одна сторона не желала отступать и через три скорых минуты Виктория засвидетельствовала сотни актов самоотверженной храбрости, умений и пожертвований с обеих сторон. Посреди всего этого ярко горел алмазный муравей, будто пламя свечи, что стремится погаснуть. Неважно, как напирали муравьи, или как много они территории получили, Старейший оставался вне области досягаемости. Будто бы физически связанный с самой Колонией, каждый раз, как Виктория продвигалась вперёд вместе со своими сестрами, Старейший также шёл дальше в море отрядов Легиона. Неспособные добраться до своего прародителя, первого из их вида и самого самоотверженного защитника, муравьи Колонии становились лишь более обезумевшими, мча вперёд на строй врага снова и снова, чтобы оттолкнуть их назад, и не обращая никакого внимания на свои раны.

Виктория могла видеть, как разыгрывается стратегия Легиона. Они желали впитать наступление, отдать территорию и позволить духу Колонии рухнуть вместе с их атакой. В этот момент они попытаются сторицей вернуть боль в контратаке, что разобьёт строй муравьёв и наконец откроет путь к улью. Даже зная это, Виктория ничего не могла поделать. Всё, что они могли делать, это следовать по стопам своего прародителя, первого из их вида, и мчаться на клинки врага.

Вдохновившись своими союзниками людьми, что ревели и кричали, пока поднимали свои трясущиеся руки и бежали на шатких ногах, Колония обрушила свою истинную ярость на Легион. В одно мгновение, в одно яркое мгновение, Виктория подумала, что они прорвутся. Старейший был неудержим, и неважно, как они старались, Легионеры не могли одержать над ним вверх. Куда бы он не шёл, строй Легиона поддавался и рушился, открывая бреши, которые в течении секунд заполняли сотни гигантских муравьёв, пока они кусали и кромсали всё, что было необходимо для достижения их спасителя. Пройдя так далеко, и вызвав так много расколов, Виктория увидела строй на грани обрушения, и ощутила, как надежда поднимается из глубин её ядра.

Но, будто иллюзия, она потрескалась и распалась, бреши сомкнулись перед её глазами и стена щитов восстановилась, а наступление муравьёв наконец было остановлено. Мгновение спустя она увидела почему. Старейший упал, в одну из его ног в итоге попали и она была отрезана на сочленении, и он с набранной им скоростью рухнул на землю. Всего за несколько мгновений Легионеры обрушились на лежащую фигуру самого сильного муравья, и Виктория ничего не могла с этим поделать.

И именно в этот момент она пришла. Приливная волна маны, которая, будто крик, пронзила туннель. Вены Подземелья, пронизывающие камень, будто бы стали пульсировать и извиваться, пока стены начинали изменяться, в то время как монстры внутри принимали свою форму, вскоре будучи созданными и готовыми выскочить наружу.

Обе стороны вмиг остановились, и Виктория почти что могла ругнуться, пока радость разрасталась внутри неё. Сейчас?! Волна пришла СЕЙЧАС?! Десятью минутами ранее ей бы не пришлось терпеть этот безумной спешки к катастрофе. Легион без всяких слов отстранился и пошёл быстрым шагом, их усталость демонстрировалась в редких проявлениях, пока они покидали поле битвы, забирая раненых с собой. Спустя секунду Виктория поспешила вперёд, чтобы помочь Старейшему, и гигантский муравей вскоре был поднят на спины нескольких сильных солдат, чтобы его можно было перенести обратно в улей.

«Вот так просто?» Вторил собственным мыслям Виктории Старейший. «Они взяли и просто ушли?»

Никто долгое время не отвечал, пока мана продолжала собираться вокруг них, заполняя воздух опьяняющим уровнем энергии. Затем Старейший начал смеяться, и в запахе, и в мыслях, пока мана разума изливалась из него в каждого муравья и человека в области досягаемости. Как будто посреди них разразился бурлящий источник облегчения и радости, и никто не осмеливался заговорить, чтобы не потревожить и не остановить его. Так что Старейшего молча понесли обратно в улей, пока тот радостно смеялся на всём пути.

Глава 686. Колокол Звонит По Вам

Титус с облегчением обнаружил, что Моррелию возвратили менее, чем час спустя после отступления Легиона из битвы. В тот момент, как произошёл прилив маны, Титус отстранился в его сражении с Хранителем, и бруан’чии отошли в сторону. Целью древесного народа было свести усилия Легиона на нет и их миссия была выполнена. Хранитель был любезным, но листья не были, шелестя с очевидным счастьем от вида проваливших своё поручение врагов. Титусу было всё равно. Включая подкрепление, в этом деле были потеряны сотни хороших Легионеров, и даже возвращение в целости его единственного ребёнка не могло полностью заглушить мрачное чувство в его груди.

Легионеры постоянно сражаются с монстрами и погибают, он знал, что это всего лишь реальность мира, однако он никогда не мог избавиться от боли смерти его солдат под его командованием. Его жена просто сказала бы, что ему не хватает зрелости, однако она больше подходила для руководства, чем он. В конце концов к этому моменту она была ответственной за весь, чёрт побери, Легион.

«Моррелия,» сказал он, обняв свою дочь, когда та приблизилась к нему. «Рад видеть, что ты в порядке.»

Её обратно к концу туннеля, ведущему в сторону гнезда, сопроводила группа людей, ведомых Энид Рутер. Титус к этому моменту отозвал все свои отряды и оставался в ожидании возвращения наиболее далеко ушедших групп. Он отстранился от своей дочери, чтобы иметь возможность взглянуть ей в лицо, и увидел на нём смешанные эмоции. Счастье, стыд, вина. Вне всяких сомнений она винила себя за потерю контроля над Навыками берсерка посреди битвы, что привело к захвату её в плен. Она была такой многообещающей, если она извлечёт уроки из своих ошибок, то довольно скоро станет командиром.

Он потянулся и положил руку ей на голову.

«Твоя мать будет рада снова тебя увидеть. Если бы ты погибла как раз перед окончанием её срока, то боюсь она бы обрушила Железную Гору