Хризалида - RinoZ

[Как думаете, они вмешаются?] Спросила она своего учителя.

[Вмешаются. Не уверен, рискнут ли они устроить противостояние на подобной стадии, однако я считаю, что демонстрация силы это меньшее, что мы можем ожидать от них]

[А что наш народ?]

Мужчина волк глубоко вздохнул и покачал головой.

[Консенсуса никогда не было просто достичь среди Родича, ты знаешь об этом, Белая. Решение принять Колонию, как молодую расу, и позволить им присоединиться к альянсу, потребует годы и множество почётных битв для постановления. Племена и в лучшие времени изменчивы. Пока им ничто не угрожает, они не придут быстро к согласию]

[Наверняка ваши слова имеют вес, Мастер. Вы могли бы подтолкнуть их к быстрым действиям]

Серый обернул свой взгляд напрямую на свою ученицу и уставился на неё. Она сидела неподвижно, сложив руки на коленях, пока твёрдо смотрела на него в ответ. Её глаза была ясными и сосредоточенными, не осквернёнными жадностью и эгоизмом.

[А ты стала восхищаться Колонией, не так ли, дитя? Ты желаешь, чтобы наш народ протянул свою руку и укрыл их?]

[Желаю] признала она, не пытаясь отрицать. [Я не верю, что стоит уничтожать целую расу, исходя из предположения, что однажды они могут совершить зло. Я не вижу здесь зла, лишь добро]

[Простой взгляд на мир] сказал он ей. [Всегда есть течения, переменные и неопределённости. Природа 'добра' и 'зла' не такая чёткая. Думаешь ли ты, что Легион злой? Я нет. Они просто делают то, что считают правильным, как и все мы. Это действительно редкость, когда кто-то идёт по пути, который они сами считают неправильным]

[Я слышала эти слова прежде] с твёрдым разумом сказала ему его обычно скромная ученица, [однако они не были ответом на мой вопрос. Будете ли вы действовать?]

Серый опять закрыл глаза и взял дыхание под контроль, снова погружаясь в медитацию. Он проигнорировал выпущенное Белой раздражённое фырканье, когда она увидела его поступок вместо размышлений над ответом на её вопрос. Желал ли он действовать? Обычно будучи настолько уверенным в своих решениях, на этот раз уверенности в нём было не так много. Разветвляющие пути судьбы расходились так далеко и широко из этой точки, что было невозможно предсказать последствия любых действий. Кто мог бы смело пойти по подобным дорогам?

Глубже в Подземелье.

Хранитель Рощи недавно пробудился, но его тело уже было гибким и подвижным, полным силы Матери. Его воспоминания всё ещё сменялись и перемещались, пока что не придя к постоянству в этой новой форме, однако он не был против. Здесь в Роще, так близко к продолжению Изначального Древа, он знал, что ему не может грозить никакой вред. Пока Мать наблюдает за ними, они будут в безопасности, они будут действовать, чтобы исполнить её волю. В данный момент её воля была ясна. Гнев и возмущение разносились по Роще, пока каждый из ветвей и листьев не колыхались вместе с ними. Ненавистный враг был обнаружен при попытке уничтожить новый свет, точно так же, как они пытались сделать это с собственным народом Хранителя. Этого нельзя было терпеть.

Вокруг продолжения сформировался обширный сад, наполненный жизнью и зеленью, что непрерывно пил во мраке ману Второго слоя, трансформируя её в питательные вещества, что ещё больше усиливали рост каждой лозы, цветка, дерева или куста. Со стороны могло показаться, что возникновение цветущей экосистемы растений в подобной суровой местности являлось чудом природы. Хранитель побрёл среди растений, гладя каждое из них по очереди, поощряя их рост, и чувствуя, как их энергия втекает в него в ответ.

Конечно же правда была более простой. Это было не множество растений, а одно естество. Всё было Древом-Матерью, каждая из форм жизни в роще являлась лишь ещё одним проявлением её тщательного замысла по собиранию сил Подземелья и трансформации этой силы для подпитки её народа. Эта энергия уже была использована на благо. Хранитель обернулся обратно к продолжению, нити, что происходила от корней его матери, и увидел, как начали появляться десятки фигур.

Улыбка появилась на деревянном лице Хранителя, пока он глядел на рождение этих новых детей Матери. Довольно скоро они будут полностью сформированными и готовыми стать сосудами её гнева. Он поднял одну руку и благословил их рост, ощущая вытекание природной энергии из него и её вливание в растущие формы. Бруан’чии грядут.

В лагере Легиона.

Титус склонился над столом и изучал различные отчёты разведчиков, разложенные перед ним.

«Зачарованные врата, сделанные из стали?» Спросил он.

«Именно так,» ответила Ауреллия.

«Двадцать тонн?»

«Как минимум.»

«То же самое и в других гнёздах?»

«Да.»

Он поднял руку, чтобы потереть брови.

«Они развились так быстро…»

«Значит хорошо, что мы здесь.»

Он откинулся назад и задумался на мгновение.

«С прибывшими помощниками, мы должны преуспеть в полноценном штурме врат, однако я переживаю о без сомнения сотнях ловушек, которые они расположили повсюду.»

«Муравьи трудолюбивы, кто бы мог подумать?»

Титус лишь хмыкнул, будучи слишком сосредоточенным, чтобы даже притворно рассмеяться.

«Команде для осады удалось обнаружить какие-либо слабые точки в камне?» Спросил он.

Отчёт от специалистов магии земли уже был на столе перед ним и он прочёл его дважды, однако всё равно спросил.

«Ни одно место не является особенно твёрдым, однако нет и особо мягких. Нам было бы достаточно легко сделать туннель, однако землекопы не особо желают пытаться пробиться в муравьиное гнездо. Муравьи сразу же узнают о том, что происходит, и выдвинутся против нас.»

Титус нахмурился. Тот факт, что эта колония муравьёв уже была способна вызвать даже пусть лёгкую головную боль для его общепризнанно свежего Легиона, был проблемой. А если бы им дали год? Или пять лет? Потребовалась бы обширная мобилизация сил, а количество потерь было бы высоким. Лучше решительно атаковать сейчас, пресечь проблему в зародыше.

«Похоже что мне самому нужно быть на линии фронта,» сказал Титус.

«Вы изучили все другие варианты, командир.»

Легиону Бездны не нравилось позволять своим высокоуровневым членам занимать центральную позицию без особой на то нужды. В то время как некоторые армии позволяли элитным солдатам семидесятых уровней выгуливать и защищать новичков в тяжёлых битвах, Легион предпочитал доверять своим тренировкам и выставлял в бой новых Легионеров. Ожидания, что Титус выйдет и разрешит каждую из проблем, сражаясь в каждой тяжёлой битве, лишь подавят рост солдат и позволят им принять одеяло безопасности, которое не всегда будет рядом. Они хотели умных могучих Легионеров, а не трусов.

Учитывая давление, под которым они были в этом противостоянии, как в отношении времени, так и отсутствии персонала, Титусу разрешалось выйти на бой. Чтобы предотвратить множественные потери, требующиеся для атаки врат, было приемлемо, что он лично возьмёт ответственность за их уничтожение.

Командир встал из-за стола и размял свои плечи, делая глубокий вдох. Мана неуклонно росла. До волны оставалось не так много времени, ещё одна причина для его поспешных действий. Он ощутил, как мана переместилась в его костях, и снова вздохнул. Как много прошло времени, когда ему было необходимо усердно сражаться? Такого не было ни разу с момента, как Гарралош убежала от него, и даже тогда ему мешала нехватка маны на первом слое. Текущего уровня окружающей маны было как раз достаточно, чтобы он мог показать себя.

Этого было почти что достаточно, дабы заставить его улыбнуться. Его последняя кампания на шестом слое была уже так давно. Осталась ли у него ещё та подвижность?

В лагере Голгари.

Кооранон Бальта стоял на коленях на камне, его клинок стоял прямо перед ним, его кончик идеально держал равновесие на ровной земле. Как его и учили давным давно, он сосредоточил всё своё естество на мече, свои разум и душу, ища резонанса с клинком. Среди Клинков Голгари считалось, что драгоценные оружия, которыми они владели, созданные и сформированные из Живого камня, чтобы соответствовать своим носителям в течении многих лет, являлись живыми существами. Сам камень был живым, конечно, однако более того, мечи могли развиваться и произвести свою собственную личность.

Связь с тем гештальным существом являлось тем, что сейчас силился