Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 - Кира Алиевна Измайлова

— Здравствуйте, бабушка! — вдруг громко и отчетливо произнес он. Готов поклясться, в голосе его прозвучало мстительное удовлетворение. — Очень рад познакомиться с вами! И, конечно, с тетушкой и дядюшкой, и с кузенами и кузинами…

Я онемел. Ларример, по-моему, тоже. Сэм, стоявший за спиной у матушки, ухмыльнулся.

— Какой бойкий мальчуган! — спас положение Даллас. Я посмотрел на него с искренней благодарностью. — Значит, тебя зовут Витольд?

— Да, сэр. Витольд Кин, — добил присутствующих этот негодяй.

— А я Даллас Макалистер, — преспокойно сказал мой зять. — Миссис Кин ты, очевидно, узнал, а это моя супруга Луиза. Наши дети…

Пока он перечислял многочисленных отпрысков, я плавился под взглядом матушки. Но Витольд-то хорош: знал, что я намерен его усыновить и сменить фамилию, но бумаги еще не готовы, по документам он Ингварссон! И если матушке вздумается проверить…

Стоп. А с какой стати ей вообще лезть в мои личные дела?

Я выдохнул с облегчением. Тем временем процедура знакомства завершилась. Кажется, Луиза хотела спросить Витольда о чем-то, но он опередил:

— Должно быть, вы очень устали с дороги? Тогда не смею утомлять вас своим обществом. Простите, но мне еще нужно вызубрить урок.

С этими словами паршивец хотел было испариться, но я держал его крепко.

— Идем, я хотел дать тебе дополнительное задание, — сказал я, хищно улыбаясь.

Покидая гостиную, я чувствовал спиной взгляды — от озадаченных до убийственных. Ну нет мне покоя в собственном доме!

— Толли, — сказал я, доставив мальчишку в его комнату, — объясни, что это было?

— А разве я сказал что-то неправильно? — удивился он.

— Матушку, по-моему, чудом не хватил удар… Ну какая она тебе бабушка?

— Но ведь не дедушка же.

В логике я ему отказать не мог…

— Мне не понравилось, как она на меня посмотрела, — добавил Витольд, явно чувствуя мои колебания. — Будто я человек не того сорта. Приютский. Вот я и… И потом, я же сказал правду!

— В смысле? — покосился я на него.

— Ну… — Он опустил голову, разглядывая ковер. — Я же знаю, что вы мой отец.

Я в очередной раз лишился дара речи.

— Ты что, подслушивал, что ли? — спросил я, вспомнив разговор с тетушкой Мейбл.

— Я не подслушиваю чужих разговоров, мама говорила, что это низко. Ну если только случайно выйдет… А вообще… Что же я, слепой?

— Не понял…

Вместо ответа Витольд указал на зеркало. Вот непременно скажу тетушке Мейбл, что некоторые мужчины, пусть они еще ростом не вышли, куда наблюдательнее женщин!

— И потом, разве мама стала бы вас просить присмотреть за мной, если бы… ну… — он замялся.

— Раз ты догадался, — негромко произнес я, — почему так вел себя со мной? Сэром вон обзывал и мистером…

— Понимаете… — Витольд вздохнул совсем по-взрослому. — Я просто подумал: вы обо мне вряд ли знали. Если знали, но ни разу не появились, значит, вы скверный человек. Но скверного человека мама ни о чем просить бы не стала, выходит, это она вам не сказала, так откуда вам было знать? А если мама все-таки написала вам про меня перед… ну, в конце, то вы, наверно, пока не поняли, как себя вести и что мне сказать… И надо ли говорить. Вот я и делал вид, что я как будто совсем чужой, чтобы не поставить вас в неудобное положение.

Черт побери, да мальчишка даже мыслит, как я! И очень дельно рассуждает для своего возраста. Кстати, не удивлюсь, если эту речь он отрепетировал заранее, слишком уж складно излагает.

— Вообще, — тихо добавил он, — я не был уверен. Но, кажется, начал догадываться уже давно… еще когда мама про вас рассказывала. Я все думал: что же это за человек, которого она все время вспоминает? Почему она его не забыла? У нее же столько знакомых… И я решил: наверно, это должен быть хороший человек. Зачем ей помнить плохих? И хотел, чтобы это он был моим отцом, а не тот… ее муж… — Витольд вздохнул. — Еще я думал, что он, наверно, немного странный, но незлой и веселый. И много всего знает. А потом приехали вы. Забрали меня и сказали, что насовсем…

— Ну, как видишь, твое желание исполнилось, — вздохнул я и осторожно обнял Витольда за плечи, прижимая к себе. — Я даже не подозревал, что у Сигрид есть ребенок, и тем более не догадывался, что ты мой сын. Это тетушка Мейбл открыла мне глаза.

— Она хорошая, — серьезно сказал Витольд. — Хотя и строгая. И не насмехается. И полковник тоже хороший… Мне вообще все они нравятся, и дядя Сирил, и тетя Мирабелла, и Ванесса, даже Сьюзен, хотя она все время меня обслюнявливает, но она же маленькая, не понимает… Только вот бабушка…

— У нее такой характер, — вздохнул я. — Она с виду тихая, хрупкая, беззащитная, но на самом деле сладить с нею не так-то просто. Я поражаюсь Далласу: столько лет жить с нею бок о бок! Хотя он пастор, наверно, ему в чем-то легче. А может, наоборот, не могу сказать. В общем, не переживай.

— Да, только она теперь станет вас воспитывать, — фыркнул он. — Хотя вы взрослый уже.

— О, это она любит. Но я как-нибудь переживу…

Внизу ожидали родственники, а мне никуда не хотелось идти. До меня только теперь начало доходить, что вот этот мальчишка, прижавшийся к моему боку, — действительно мой сын. Мой! Не племянник, не посторонний, не приемыш, а родной сын! Это было удивительно: я чувствовал себя на седьмом небе от счастья, но в то же время до крайности неуютно… Наверно, еще не привык. Спасибо, что вообще осознал!

— Вы идите, они же вас ждут, — сказал вдруг Витольд, высвобождаясь. — Вы и так долго тут…

— Да, правда, — ответил я, испытывая неловкость. — Черт, что ж я им скажу?

— Скажите, что меня наказывали, — серьезно посоветовал он. — Мама так часто делала, если я случайно что-то разбивал при гостях или шалил. Уводила меня в комнату, сидела со мной, а потом говорила, что высекла меня или в угол поставила. И все верили.

— Надо взять на вооружение этот метод, — усмехнулся я. — Толли, а ты знаешь, что очень складно говоришь для мальчишки твоего возраста? И соображаешь здорово? И притворяешься тоже, кстати.

— Знаю, конечно, — с достоинством ответил Витольд. — Я же все время смотрел, как мама репетирует. И она со мной много занималась этим… ну как его…

— Сценическим мастерством?

— Да! Учила говорить с разными людьми по-разному, правильно выбирать роль, подстраиваться под других… — Он задумался и добавил: —