Пожарский-3 - Ольга Войлошникова

— Да просто, Федя, — Кузя, наконец, слегка улыбнулся, — магия земли и правильное техническое задание. А свет у меня с собой есть. Да и не нужен он мне особо, у меня ж зрение магическое.

Я с некоторым недоумением оглянулся на управляющего, принявшегося что-то оживлённо объяснять помощникам. Впервые слышу, как мой меч зовут по имени-отчеству. С другой стороны, как его и звать-то, когда он меня постоянно батей навеличивает, а я его — сынком? Привычка неискоренимая. Да и смысла нет уже искоренять, привыкли все.

В портал продолжали опасливо входить непривычные к этакому способу перемещения мужики. Каждая следующая группа заново удивлялась тому, как уже всё готово к работе.

Подошёл Фёдор:

— Этакой оравой мы быстро управимся, Дмитрий Михалыч.

— Ты, Федя, Горуша со счетов не скидывай, — я ободряюще хлопнул элементаля по предплечью. — Он вам и место где надо подровняет, и дерева из земли повытаскает. Горуш и с гранитом работать может, так что мёрзлая земля ему — как семечки.

— Эт мы запросто, — гулко подтвердил щурящийся на солнце Горуш.

— Как мы дальше план расписали, так по порядку и идите.

— Сделаем, ваша светлость, не извольте беспокоиться, — уверил меня Фёдор.

— К обеду буду.

И мы с Кузьмой, прихватив планшетку с расписанным перечнем будущих поселений, шагнули в первый портал. Сегодня нам предстояла сугубо мирная работа: расчистка от снега строительных площадок, выравнивание земли, заготовка (хотя бы частичная) леса под постройки.

Поскольку в строительных материалах мы разбирались плохо, с нами шли трое сведущих в этом деле мастеровых, которые должны были указывать деловые деревья и уберегать нас от явных планировочных косяков.

Первая же остановка произвела на мужиков неизгладимое впечатление. Вышагнув из портала в устье небольшой впадающей в Енисей речушки, мы развернули карту и сообща ещё раз уточнили ориентиры, в границах которых должно было встать поселение, после чего я ткнул мужикам меж двух берёз:

— Вот тут стойте. Не бежать, не орать, с места не сходить. Всё ясно?

Мастера дела со мной до этого дня почти не имели и неуверенно затоптались на указанном пятачке. Сформированный вихрь, который начал выметать снег с будущей стройплощадки, их впечатлил достаточно, чтобы стоять спокойно.

— Выходим! Пробегитесь, определите: годные-негодные деревья.

На вычищенном до мёрзлой земли наделе застучали топоры, помечая подходящий к строительству лес.

— Всё, ваша светлость.

— Ну и славно. На место встаньте. Правила всё те же: не орать, не бежать.

— Это мы, ваш-светлость, поняли.

Однако надо было видеть их лица, когда земля зашевелилась и начала сдвигаться целыми пластами. Одновременно с этим Кузьма начал рубить лес. Превращался он для этого в какой-то инструмент, напоминающий то ли косу, то ли серп. С уверенностью могу сказать, что такого я до сих пор нигде не видел. При его внутреннем, скрытом весе, который он по желанию всегда мог использовать, этот странный инструмент мог работать с эффективностью огромного заводского молота, которым мастера хвастались на автомобильном производстве Муромских. Кузя обрубал лишнюю вершинку, потом подсекал дерево у самой земли и проходился вдоль ствола, снимая одновременно и кору, и ветки.

Я полюбовался на его аккуратные, выверенные движения, словно не боевой меч это был, а артефактный инструмент. Заняться мне здесь было больше нечем.

— Так, Кузьма, ты пока здесь заканчиваешь, мы на следующую точку двинем.

— Хорошо!

И так мы пошли посёлок за посёлком. До обеда успели обработать два и в третьем сделать разметку. На обед я снова открыл портал, и вся наша огромная артель отправилась в Засечин, в «обчественную» столовую. Идею варить на месте или таскать на остров котлы откинули. Так и поварихам удобнее, и мужикам — хоть сесть по-людски да от уличного мороза отдохнуть.

В ТОТ ЖЕ ДЕНЬ В ЦАРСКОМ ТУШИНСКОМ ТЕРЕМЕ

Дождавшись, пока автомобиль царя-мертвеца удалится по улице, Марина позволила себе сползти на пол под окно и зареветь в полный голос, размазывая по лицу слёзы ужаса и отчаяния. Телу было холодно, и она совершенно неосознанно замоталась в какое-то покрывало, накинутое на большой узорчатый сундук, стоящий рядом. В голове не осталось ни единой связной мысли, только липкий страх, снова и снова прокручивающий произошедшее по кругу.

Так её и нашли явившиеся с утра фрейлины. Настя и Лиза, ввалившиеся в комнату со смехом и прибауточками, разом осеклись и кинулись к комку, сжавшемуся под окном:

— Марина! Мариночка! Что случилось⁈ — выкрикивали они наперебой.

Но молодая царица только тряслась и цеплялась за их руки мёртвой хваткой.

— Кошмар какой-то, — Лиза присела на пятки и оглянулась по сторонам. — И ничего! Хоть бы микстурку какую успокоительную припасли!

— У меня лечилка есть, — зашарила в карманах Настя.

— От нервов?

— Универсальная.

— Ладно, — Лиза махнула рукой, — туда тоже можно. Давай, я голову придержу, ты лей. Осторожно! Эк, зубами-то стучит!

Марина вдруг вырвалась и затихла, свернувшись чуть не калачиком.

— Не тронулась ли умом? — одними губами спросила подругу Настя.

Лиза только плечами пожала.

Марина вдруг села прямо, кутаясь в покрывало, зашарила по лицам фрейлинг безумными глазами.

— Марина, что случилось? — спросила Лиза. — Он что?.. — тут она ужаснулась своему предположению: — Он… бил тебя?..

По лицу молодой царицы потекли крупные, горькие слёзы.

— Ужас, — у Насти аж руки опустились. — И что делать?

— Для начала, — Лиза резво вскочила на ноги, — посмотрим в сундуках. Здесь где-то царицын гардероб должен быть.

В том же сундуке, с которого Марина стянула покрывало, обнаружились тонкие нижние сорочки. И всё. Анастасия с Лизаветой с трудом уговорили царицу надеть какую-то из этих рубашек, но уж лечь в постель, чтоб согреться, она отказалась наотрез, уселась на тот же сундук и снова укуталась в покрывало.

— Ладно, — примиряющим тоном, уговаривая больше себя, чем кого-то ещё, сказала Лиза, — ты посиди здесь, мы внизу поищем, там ещё какие-то шкафы.

Марина в ответ только посильнее завернулась в покрывало. Настя тяжко вздохнула и покачала головой:

— Пошли, Лиз. Найдём, поможем ей одеться и вызовем кого-нибудь из старших.

Девушки затопали вниз, и Марина подняла голову. Лечилка продолжала усиливать своё исцеляющее действие, и полячка практически пришла в себя. Она скинула покрывало,