Страж разума - Lady Khali

- Образование и проживание или только образование? – спросил я. Она поджала губы.

- Образование, затем проживание. - Нахмурившись, она наклонилась вперед, как будто ей не терпелось услышать мой ответ. - Образование - шестерка, - сказал я, подумав несколько минут. - Двойка за проживание.

Она моргнула. На другом краю стола, Фадж уставился на меня с недоверием, прежде чем опомниться.

- Двойка? - прошептал он.

- Кровати удобны, а еда превосходна, - сказал я, пожав плечами. - Самая низкая оценка, которую кто-либо еще давал проживанию в Хогвартсе, была семерка, - сказала она.

Я откусил от булочки, прежде чем ответить. Вкусно. - Простите, что спрашиваю, мадам, но с какого факультета они были? - Трое слизеринцев, двое рейвенкловцев и один хаффлпаффец. Подарив ей натянутую улыбку, я тщательно обдумал свои слова. С тех пор, как меня «спасли» от Дурслей на летающем автомобиле, я начал симпатизировать близнецам Уизли. Тем не менее, последнее письмо Гермионы подтверждало ее подозрения, что МакГонагалл опекала ее в течение учебного года. МакГонагалл была строгой преподавательницей и хорошей деканшей, добрым по природе человеком, но она всегда прислушивалась к «советам» Дамблдора. Если она чудом не обрела стержень в течение лета, ее участие ставило безопасность Гермионы под угрозу. Я хотел, чтобы ее отвлекли от моей подруги, а не лишили должности.

- Может быть, на других факультетах все по-другому, но на факультете Гриффиндор нет контроля за студентами. Гостиная больше похожа на вольер с обезьянами в Лондонском зоопарке. У главы нашего факультета три должности, тогда как максимум их должно быть две. Ей просто некогда выполнять обязанности двух должностей, не говоря уже о трех. Таким образом, она перекладывает контроль над Гриффиндором на плечи префектов, а те проводят большую часть своего времени в библиотеке, потому что только глухой может учиться в башне. – Впрочем, это не остановило Гермиону от тщетных попыток. - Каждый день на Гриффиндоре кто-то подсовывает студентам экспериментальные зелья, безнаказанно издеваясь над ними; а те, вместо того, чтобы нажаловаться, куда надо, предпочитают и дальше играть в подрывного дурака ... И все это безобразие продолжается даже после официального отбоя. За четыре года я могу по пальцам посчитать, сколько раз видел взрослых внутри башни.

Брови мадам Амбридж полезли на лоб.

- Я слышала, что на Слизерине и Рейвенкло было несколько проблем, но ничего подобного до меня не доходило. А вы уверены, что зелья были экспериментальными?

- Я действительно не хочу никого обличать, мадам Амбридж, но в прошлом году, в башне Гриффиндора был студент, который изобрел конфету, назвав ее «канареечной помадкой». Когда вы едите ее, она преображает вас в гигантскую канарейку. Через несколько минут перья выпадают, и вы трансформируетесь обратно. Никакого вреда. Беда в том, что этот продукт был протестирован на

100/159

студентах факультета без надзора преподавателей. Хотя я считаю, что это причинило мало вреда, изобретатели никогда не публиковали список ингредиентов и студенты, которые часто их потребляли, не понимали, что они ели, пока не становилось слишком поздно. В некоторых случаях, которым я был свидетелем, они просто покрывались перьями на несколько часов, но что, если у кого-нибудь из пострадавших была бы аллергия на один из ингредиентов или горе-изобретатели просто сделали бы некачественную партию? Они могли серьезно навредить или убить кого-то. Я не ручаюсь за то, что руководство школы могло бы сделать в такой ситуации.... - Насколько я знаю Северуса, - сказал Нортон, - если бы один из слизеринцев провернул такой трюк, он бы не проснулся на следующее утро. - То же самое касается и Помоны, - сказал Фадж. - Великий Мерлин, я никогда не думал.... Мистер Поттер, есть ли шанс, что некоторые из ваших друзей подтвердят этот факт? Может ли быть, что все изменилось в лучшую сторону после того, как вы переехали из общежития. - Корнелиус, я предпочла бы проверить все сама, - сказала мадам Амбридж. - Это поможет прояснить ситуацию, в том случае, если находящийся здесь мистер Поттер, привел ложные доводы или в чем-то ошибся. Не то, чтобы я вам не верю, мистер Поттер, - сказала она, одарив меня до тошноты милой улыбкой. - Возможно, так будет лучше. Кого вы могли бы предложить в качестве свидетеля?

- Перси Уизли, в то время, был префектом, а затем стал старшим префектом, и не возражал против тестирования Канареечной помадки, - ответил я, не собираясь давать ненавистному болвану еще одну возможность раздуть свое эго. - Он знал лучше остальных, что уровень надзора профессора МакГонагалл намного ниже допустимого, но я не уверен, что он признается в этом. Он мог замять любой вопрос о плохой дисциплине внутри общежития, так как сомневался в своей способности поддержать порядок. Последнее не было его прямой обязанностью, но я уверен, что такой бардак ему тоже не нравился. - Мы должны проверить безопасность, - рассеянно прокомментировал это Фадж.

Ответная ухмылка Амбридж напомнила мне Барти, когда я показал ему завещание своей матери, - зловещая.

- Я позабочусь об этом. Кто еще, мистер Поттер? - Невилл Лонгботтом, Гермиона Грейнджер, Парвати Патил, и Лаванда Браун с моего курса. Может быть, Салли Энн Перкс, но она была категорически против свидетельствовать. Деннис Криви и Найджел Вольперт, - они оба были первокурсниками в прошлом году и любимыми подопытными кроликами для канареечной помадки, но опять же, они могут слишком бояться говорить. Я уверен, что есть и другие, но это все, что я могу вспомнить так сразу. Все остальные либо находят эти инциденты очень смешными, либо дружат с виновниками этого безобразия, либо боятся их. - В том числе и вы?

Я пожал плечами.

- Об их создателях у меня есть лишь подозрения, но никаких доказательств. - Что-то еще?

Вздохнув, я помешал ложечкой свой чай. Как бы объяснить? - Поскольку учиться внутри башни почти невозможно, многие из нас используют библиотеку. Библиотека - чуть хуже, чем идеальное место для учебы, так как создана для индивидуального обучения, а не группового. Однако, поскольку каждый использует ее также.... - Я сделал паузу