Хранители Академии. След Чайки - Броня Сопилка

– Нет. Я пока хочу об этом подумать.

Я покачал головой, в общем-то понимая, как ей трудно, и постарался сменить направление мыслей, чтобы не тревожить её своими домыслами. Всё-таки – это её мир, и она в нем лучше разберется.

Сменить направление мыслей оказалось не сложно – вокруг было столько всего интересного, что глаза разбегались. Я впервые видел столько элькаров за раз, они были самыми разными, и по цвету, и по форме, иногда даже возникал вопрос, как «это» вообще может двигаться и не рассыпаться по дороге. Некоторые проносились по воздуху, и я, прижавшись к стеклу носом, разглядывал их, прикидывая, насколько они должны быть дороже обычных наземных каров и сколько на них нужно Линкиных монеток. Потом меня вдруг осенило:

«Погоди, твои спецродственники очень крепко взялись за Латику. А пэйкарту её как-то вычислить они не могут?»

– Если постараются, то могут, пожалуй.

«И стоит ли ею расплачиваться?»

– Думаю, не стоит, – по её спокойствию я понял, что она и не собиралась этого делать.

«А как же?»

– Придется внушать, – Лина упрямо поджала губы. И стала на миг очень похожа на свою капризную сестрицу.

Я в очередной раз возмутился самоубийственным идеям занозы:

«Тебе просто не терпится отбросить копыта, родная».

– Он внушаемый. Я легко заставила его ехать за нужным каром. А ведь нормальный таксист поостережется ездить за «спецами». Он бы кочевряжился, пока цель не скрылась бы из виду, или затребовал наценку икс десять.

«Это как?»

– В десять раз дороже.

«И ты собираешься ему не платить, безумная?»

– Заставлю забыть обо мне, – с некоторым, не укрывшимся от меня сомнением ответила заноза. Я взялся за голову.

«Ты обещала ему деньги, Лин! Это очень серьезный стимул для самовнушения. Может, он уже уверил себя, что хорошо заработает на тебе. И ты ему не заплатишь?! Да ты ему сниться будешь – и сомневаюсь, что в этом мире отношение к потерянной выгоде иначе, чем в нашем. Ты загнешься, Лин, пытаясь внушить ему, что тебя не было, если выйдешь, не заплатив!»

– Если… – Мурхе задумчиво почесала подбородок, хмыкнула и зарылась в свой двойной рюкзак. – А мы заплатим. Просто немного необычно. Вряд ли нам, конечно, попадется ещё один прохававаный нумизмат, вроде Сержа и дядь-Сёмы, но… повлиять на выбор проще, чем впарить ложь.

Я подумал, что золотой за проезд извозчику – это многовато, но Лина извлекла из глубин своего безразмерного монстра мелкую серебрушку.

«Это, конечно, опасно, но можно попробовать».

Тёмно-зеленый элькар мелькал впереди, и радовало, что этот цвет был вообще редким.

«Слушай, – меня посетила догадка, – а откуда он, – я кивнул на извозчика, – мог знать, что мы гонимся за спецами?»

– На таких карах только они и ездят, – подтвердила мою догадку Лина. – И в чём нам везет, так в том, что этот кар не летает. А может они не летят потому, что Ташку до сих пор укачивает в полёте.

«М-да, – я почесал затылок правой ногой. Потом левой. – А планов с меньшим упованием на авося у тебя не бывает?» – поинтересовался несколько нервно.

– Отчего же, бывает. Но над такими приходится долго сидеть и всё продумывать и учитывать. А нас дико поджимает время.

«Слушай, но с закосом под бродяг, в смысле под людей мира… ты же ещё с ночи на крыше всё придумала?»

– Что? А, нет, конечно, – она рассмеялась, – косички, очки и косынка – это всё, чтобы меня не узнали местные. Я там работала довольно долго и примелькалась. Видок тогда у меня был весьма узнаваемый.

Это да. Золотые глаза и светло-серые, считай, седые волосы для молодой девчонки. Это, в общем-то, даже в нашем мире для немагов – странно. Маги-то извращаются над внешностью, как захотят. Но тут магов нет.

– Ну, наши люди тоже умеют маскироваться, но мне мой образ нравился. Так что я даже волосы не красила, в отличие от мамы. Она же тоже тогда поседела, когда меня чуть не потеряли после встречи с молнией, и после того перепробовала все цвета радуги на волосах. Иногда и одновременно. Ну а меня… меня узнавали всегда, да. Вот и пришлось маскироваться, чтоб за призрак не приняли. А идея, как и у кого добывать пэйкарту, родилась уже в подземном городе. Собственно, именно тогда, когда я заметила ребят.

«М-да, – я снова почесал затылок, на сей раз обеими руками. – А осечки в твоих «планах», – я язвительно выделил это слово, – бывали?»

– Дело в том, что если нет чёткого плана, то и осекаться не в чем. Тут, главное – цель. А путь к ней может быть, каким угодно.

«Знаешь, иногда мне хочется тебя прибить, – проворчал я мысленно. – Ты с таким уверенным видом делаешь глупости, что кажется, будто, в самом деле, всё продумала, но если бы я читал твои мысли – точно прибил бы!»

– Зато с тех пор, как я читаю твои – у меня куда лучше получается подбираться к цели незапланированными путями. Ну что, спорим, что, благодаря тебе, мне удастся заплатить ему без пэйкарты?

«Не хочу я с тобой спорить. Я тебя укусить хочу!»

– Кусай. Я всегда готова к твоим укусам, любимый.

Я сглотнул. Она через мгновение тоже. Эх, заглянуть бы в её голову.

– Да-да, чудовище, мысли у нас сходные. Тоже сны всякие вспоминаю.

«И это я тут чудовище?!»

Хорошо, что мы достигли цели, и наш элькар остановился, в десятке метров от тёмно-зеленого, выгружавшего пассажиров.

– Приехали? – спросила Мурхе очевидное.

– Ага…

– Тридцать пять универсов? – уточнила она цену, опережая извозчика.

Тому осталось лишь согласно кивнуть.

– А вы знаете, что благородные металлы: серебро, платина, золото, надежнее виртуальных денег?

– Конечно, а кто этого не знает? – хмыкнул мужик, почесывая шею.

– Держите монетку номиналом в сто универсов. Серебро.

Извозчик немного неуверенно протянул руку, явно размышляя, что бы такого возразить. Потом придумал и заявил:

– Сдачи не перечислю.

Мурхе прищурилась на миг, затем махнула рукой:

– А и ладно. За риск. Спасибо, – и ослепительно улыбнулась. – Удачи-и, – пропела, выходя из элькара, и прошептала инумбрату.

«И это я – чудовище?» – снова возмутился я.

***

Лина была почти уверена, что в квартире у её вдруг ставшей очень специфической семьи речь велась