Sexy Beast - Georgia Carre

— Я всегда задумывалась о диком, животном сексе на улице в жару. Хорошо, скорее всего я не представляла дождя, но сейчас он добавляет фантазии.

Слышится раскат грома, и это пугает ее, она прыгает на меня, обхватив ногами за талию. Я пользуюсь этим моментом, и несу ее к капоту автомобиля.

В свете фар она выглядит еще более привлекательной.

Длинные мокрые прилипшие волосы, очертания затвердевших сосков, желающие освободиться от этого мокрого платья. Голая, распластанная, находящаяся подо мной, именно так я ее хочу.

Я ближе придвигаюсь к ней, упираясь жестким петухом в ее лобковую кость, и тяну ее за волосы назад, она выгибается на капоте. Секунду я замираю и окидываю ее тело взглядом, распластанная, капли дождя стучат по ее телу. Поднимающийся пар от капота машины, окутывает ее.

Она выглядит, как настоящее произведение искусства.

Наклонившись вперед к своей Принцессе, я прохожусь жаждущим языком по ее тонкой шее, прослеживая напряженные мышцы. Она отклоняет голову назад и смотрит в небо, глубоко вздыхая. Я понимаю — она готова для меня. Это же капитуляция в чистом виде.

Коленом раздвигаю ее ноги, забираюсь под платье и срываю с нее трусики одним рывком. Этот звук сливается с барабанной дробью дождя о капот машины. Ее тело напрягается от ожидания. Внутри я весь вибрирую и пою от ее трепещущей сладкой, как мед, киски.

Обеими руками я хватаюсь за концы платья и разрываю, оголяя загорелую кожу. На мгновение я отхожу на шаг в полном восторге от ее великолепия — ее обнаженной груди, блестевший под дождем, живота, который только начинает увеличиваться. Я опускаюсь на ее губы, расстегивая джинсы и рывком снимая. Ее мокрые губы — сахар. Ах! Лейла. Лейла. Лейла. Всегда есть только ты.

Как ты можешь ревновать меня к другой женщине?

Я захватываю губами ее правый сосок, лаская языком и дразня, зажимая между пальцами левый. Как только она забеременела, ее соски стали еще более чувствительными. Малейшего прикосновения достаточно, чтобы возбудить ее. Она беспомощно стонет, пока я сосу, слегка прикусывая зубами, лаская языком ее твердые бутоны. Я запускаю пальцы в ее мягкую набухшую киску, играя. Она отвечает мне невольно приподняв голову и выпятив грудь.

Я толкаю ее вниз, на металл машины, раздвигая шире ее бедра, положив левую руку под попку, таким образом я смогу контролировать ее тело. Вставляю два пальца в ее сладенькую киску.

— Да, — стонет она.

Но я не даю ей тут же того, чего она жаждет. Я знаю, она жаждет быстро скользящий мой член внутри. Я не собираюсь торопиться, медленно двигаю пальцами и нажимаю на клитор, чувствую ее разочарование во всем теле.

Она осознанно толкается вперед к моей руке.

Как только она находится на грани оргазма, я останавливаюсь и вытаскиваю пальцы. Смахиваю воду с глаз и опускаюсь на ее возбужденный сосок. Сосу, вставляя пульсирующий член в нее.

— Ох. Мой. Бог. Би Джей! — кричит она, выгибаясь всем телом, как хорошо натянутый лук.

Я пикирую на ее второй сосок и прикусываю. Она снова кричит. Поднимаю голову и смотрю на потоки дождя, обрушивающиеся на нее. Я придвигаюсь ближе и оставляю дорожку из поцелуев на ее напряженной коже, проводя языком по другому соску. Она дрожит от нетерпения.

Приподнимает голову и смотрит мне в глаза, сквозь пелену дождя.

— Ты флиртовала с официантом?

— Нет, — сглатывая тихо произносит она.

Я скольжу руками по ее мокрым бедрам.

— Уверена?

Она кивает.

— Не ври мне, Лейла. Мы не двинемся отсюда, пока ты не скажешь мне правду.

Она облизывает губы.

— Да, я флиртовала, чтобы ты ревновал.

Я сжимаю ее бедра и с силой вбиваюсь налитым кровью членом глубоко в нее.

— Аааа...

— Нравится?

— Да.

— Знаешь, что будет, если ты попробуешь сделать это снова?

Она качает головой.

— Я буду трахать тебя несколько дней напролет, пока ты не будешь до такой степени накачена моей спермой, что она будет выливаться у тебя изо всех щелей. Понятно?

Она кивает.

— Не слышу ответа.

— Да, я все поняла, — бормочет она.

— Хорошо, — говорю я и кусаю ее сосок. Ее рот открывается для крика, но я тут же накидываюсь на него, погружаю свой язык в ее теплоту, лаская ее язык и жестко начинаю сосать, вбиваясь в нее.

Я чувствую, как она начинает дрожать и мышцы сокращаться вокруг моего члена. Я отпускаю ее язык. Она впивается пальцами мне в задницу, неконтролируемые спазмы удовольствия поднимаются из глубины ее тела.

— О Боже, — кричит она, — я кончаю!

Я чувствую, как ее ногти карябают и впиваются мне в задницу, но мне насрать. Не обращая внимания на боль, я слышу только ее крик в экстазе, оргазм струится через ее тело.

Мой член пульсирует, я вхожу по самые яйца в последний раз. Рывками начинаю наполнять ее розовую сладкую киску своей горячей спермой. Крепко обхватив ногами меня за талию, она выдаивает меня.

Ты цвет моей крови

31.

Лейла

Мама говорит, что должно быть, я родилась под счастливой звездой, поскольку не испытываю никакого недомогания по утрам. Я хотела продолжить работать, пока ребенок еще слишком мал, но моя семья и Би Джей сказали, что этого не потерпят. Какой смысл, если после рождения ребенка ты не будешь работать вообще? Мне кажется, они правы. Но все-таки я бы предпочла, чтобы это было мое самостоятельное решение.

Стою под душем, вода стекает вниз по плечам, брызгая на мои заколотые кверху волосы, струясь по растущему животу. Под струями быстрой воды, мой растущий живот похож на глазное яблоко. Я мысленно представляю крошечные прозрачные пальчики сжимающиеся и разжимающиеся. Природный инстинкт заставляет меня провести рукой по животу, как бы защищая.

Я не перестаю удивляться этому состоянию, когда в тебе растет маленькое существо. Я представляю, как бьется его маленькое сердце, приоткрыв рот, глотая околоплодные воды. На УЗИ они выглядят темным пузырем в желудке. Но чудо, которое заставляет меня улыбаться от одной только мысли, что каждые полчаса или около того, его крошечный мочевой пузырь опорожняется. Мой невоспитанный сын писает прямо в меня!

Интересно, как он будет пахнуть, пока будет расти у меня в животе.

Би Джей хочет назвать его Томми. Я сказала ему совершенно в недвусмысленных выражениях, что только через мой труп. Я хочу, чтобы у моего мальчика было имя Оливер или какое-нибудь классное американское ковбойское имя, типа Сандэнс или Техас Джек. По крайней мере, более правильное будет Чарльз или Филипп.

— Но Томми очень хорошее ирландское имя, — настаивает Би Джей.

Я до безумия люблю своего мужа, но Томми? Тьфу. Нет. Никогда. Как я уже сказала, только через мой труп. Я выхожу из душа и втираю масло какао в живот и бедра, одеваюсь. Би Джей находится сейчас в тренажерном зале. В фоновом режиме у меня последнее время все время играет Lost Frequencies Are You With Me. Мне кажется я слушаю ее постоянно, поэтому не удивлюсь, если мой сын родившись будет напевать эту мелодию.

Звонит телефон, это из клиники.

— Миссис Пилкингтон?

— Да.

— Это клиника Святого Джеймса, сестра Мэри Варенн.

— Привет.

— Доктор Фридман хотел бы встретиться с вами и вашем мужем как можно скорее.

У меня звенит в голове предупреждающий колокольчик. Я прижимаю трубку обеими руками.

— Зачем? — испугано шепчу я.

— Боюсь, я не могу ничего сообщить. Но очень важно присутствие вашего мужа и вас и как можно скорее.

— Что случилось с моим ребенком?

— Извините, миссис Пилкингтон, но я лишь передаю сообщение вашего врача. У него есть всего лишь две свободные записи.

— Давайте мне первую.

— Удобно вам будет подъехать в два часа сегодня?

Я сглатываю с трудом. Сегодня! Они хотят, чтобы я пришла сегодня! Дерьмо! Неужели все так плохо? Я чувствую холод внутри.

— Да. Муж занят весь день. Я могу прийти одна?

— Боюсь, вам необходимо прийти вместе со своим мужем, — настаивает она.

— Хорошо, мы придем вместе, — мой голос звучит испугано и похож на чужой шепот.

— Отлично, я записала вас.

Я не собираюсь сразу же бежать к Би Джею, чтобы рассказать ему. Нет, нет, я не буду пугать его понапрасну. Я чувствую, что защищаю его. Знаю, он такой большой и сильный, но внутри, не показывая никому будет страдать гораздо больше, чем я. Я сильнее, и могу пережить многие эмоции, поэтому не буду показывать ему свой страх. Может быть, это ничего не значит. Или, возможно, какая-то ерунда.

Да, но она говорила так серьезно.

Я дотрагиваюсь до своего живота. Что бы это ни было, мы узнаем. Захожу на кухню и оглядываюсь вокруг — все выглядит так же, и это сбивает с толку. Возможно, я до сих пор в ступоре. Моргаю несколько раз и делаю глубокий вдох. Рука летит ко рту, чтобы скрыть крик, желающий вырваться наружу.