Unknown - JustStuff

– Нет. Мы с Элинор начнем уикенд пораньше.

– Чем собираетесь заниматься? – друзья могут задавать такие вопросы, верно? Надеюсь, она не расслышала в моем голосе разочарования.

– Пойдем в поход на скалы Гоат Рокс, это к югу от горы Ренье.

– О, наверное, это весело.

Эдит улыбнулась:

– Не мог бы ты кое-что для меня сделать в эти выходные? – она повернулась, и наши взгляды встретились, ее глаза горели гипнотическим огнем.

Я беспомощно кивнул. «Что угодно», – мог бы сказать я, и это было бы правдой.

– Не обижайся, но ты, кажется, из тех людей, которые притягивают неприятности, как магнит. Постарайся не упасть в океан и не попасть под машину, ладно?

На ее щеках показались ямочки, что несколько смягчило боль от обвинения в несостоятельности.

– Посмотрю, что можно сделать, – пообещал я.

Я выпрыгнул из машины в вертикальную реку и побежал к крыльцу. Когда я оглянулся, «вольво» уже исчез.

– Ой! – я схватился за карман куртки, вспомнив, что забыл отдать Эдит ключи от пикапа.

Карман был пуст.

_________________________________________

* Слабая вазовагальная система – видимо, Бо имеет в виду вегетососудистую дистонию, при которой может происходить так называемый вазовагальный рефлекс – резкое возбуждение блуждающего нерва (nervus vagus, лат.), при котором падает артериальное давление.

** Неврокардиогенные синкопе (НКС) – сборный термин, используемый для характеристики целой группы клинических синдромов, проявляющихся приступами потери сознания и связанных с патологическим рефлекторным воздействием вегетативной нервной системы на регуляцию сосудистого тонуса и сердечного ритма.

Глава шестая

6. Страшные истории

Стараясь сконцентрироваться на третьем акте «Макбет», я всё же прислушивался к звукам с улицы. Казалось, даже сквозь шум ливня я услышал бы рев мотора своего грузовика. Но, в очередной раз выглянув в окно, я вдруг обнаружил его на привычном месте.

Мне не очень-то хотелось вставать в пятницу, и она с лихвой оправдала мои наихудшие ожидания. Естественно, меня ожидали комментарии относительно вчерашнего обморока. Джереми, похоже, получал от этой истории особое удовольствие.

Он смеялся до икоты, когда Логан притворно потерял сознание за обеденным столом. К счастью, МакКейла держала рот на замке и никто, видимо, не подозревал об участии Эдит. Впрочем, у Джереми оставалась куча вопросов по поводу вчерашнего ланча.

– Что хотела Эдит Каллен? – спросил он на тригонометрии.

– Я не совсем понял, – и это была правда. – Она так ничего и не объяснила.

– Она выглядела сердитой.

Я пожал плечами:

– Разве?

– Никогда не видел, чтобы она сидела хоть с кем-то, кроме своей семьи. Это было странно.

– Да, странно, – согласился я.

Казалось, его раздражало то, что у меня не нашлось лучших ответов.

Даже зная о том, что ее не будет в школе, я все равно надеялся, и это, пожалуй, было хуже всего. Войдя в буфет с Джереми и МакКейлой, я не удержался и посмотрел на стол Эдит, за которым, сблизив головы, сидели Роял, Арчи и Джесамина. Мне стало интересно, не Арчи ли вчера пригнал мою машину и что он думает по этому поводу.

За столом, где я обычно сидел, все энергично строили планы на завтрашний день. МакКейла снова оживилась, полагаясь на метеопрогноз местных теленовостей намного больше, чем он, на мой взгляд, того заслуживал. В обещанную ясную погоду я поверю не раньше, чем увижу ее своими глазами. Но, по крайней мере, сегодня потеплело – почти пятнадцать градусов, – хотя было по-прежнему влажно. Может, поездка и не окажется совсем уж убогой.

Во время ланча я поймал на себе несколько недружелюбных взглядов Логана, которые мне были не совсем понятны. Ведь над его номером с обмороком я смеялся вместе с остальными. Кое-что, правда, прояснилось, когда мы выходили из столовой. Наверное, он не подозревал, что я шел прямо за ним и МакКейлой.

Логан провел ладонью по прилизанным серебристым волосам.

– Не знаю, почему бы Бофору, – он произнес мое имя насмешливо, – теперь просто не сесть с Калленами.

Никогда не замечал, какой гнусавый у него голос, а теперь в нем звучала еще и удивившая меня злоба. Я был не настолько хорошо знаком с этим парнем, чтобы у него могла появиться причина невзлюбить меня – во всяком случае, мне так казалось.

– Он мой друг и будет сидеть с нами, – отрезала МакКейла. Это прозвучало очень преданно, но еще и собственнически. Мне больше не хотелось слушать их разговор, и я приостановился, пропуская вперед Джереми и Аллена.

Позже, за ужином, Чарли с энтузиазмом говорил о предстоящей мне утром поездке в Ла Пуш. Кажется, он чувствует себя виноватым из-за того, что оставляет меня в одиночестве по выходным, но слишком долго вырабатывал свои привычки, чтобы так просто от них отказаться. А я никогда не возражал против уединения.

Разумеется, он знал имена не только всех ребят, собиравшихся ехать, но и их родителей, а также, вероятно, их прабабушек и прадедушек. И явно одобрял поездку. Интересно, как он отнесся бы к моему намерению прокатиться в Сиэтл с Эдит? Ведь Каллены, похоже, очень ему нравятся. Однако не имело смысла рассказывать Чарли о моих планах.

– Пап, ты знаешь место под названием Гоат Рокс или что-то вроде этого? Кажется, это к югу от горы Ренье.

– Да, а что?

Я пожал плечами:

– Некоторые ребята говорили о походе в те края.

– Это не самая подходящая местность для похода, – он явно удивился. – Слишком много медведей. Туда ездят в основном в охотничий сезон.

– Хм. Наверное, я что-то не так понял.

Я собирался поспать подольше, но меня разбудил свет. Вместо приевшейся мрачной серости, при которой приходилось вставать по утрам в течение последних двух месяцев, в окно лился яркий, чистый желтый свет. Я просто глазам своим не верил, но вот оно – наконец-то – солнце. Не в том месте, слишком низко и не так близко, как полагалось бы, и все-таки, несомненно, это солнце. На горизонте по-прежнему громоздились облака, однако практически весь остальной небосвод был чистым и голубым. Я быстро оделся, опасаясь, что ясное небо исчезнет, стоит повернуться к нему спиной.

Магазин «Олимпийское снаряжение Ньютонов» находился в северной части города. Я проезжал мимо и раньше, но никогда там не останавливался – не было желания покупать вещи, предназначенные для намеренно долгого пребывания вне дома. На парковке я заметил внедорожник МакКейлы и «сентру» Тейлор. Остановившись около этих машин, я увидел поблизости группу ребят, в том числе Эрику с двумя девчонками, знакомыми мне по школе (кажется, их зовут Бекка и Коллин), и Джереми в сопровождении Аллена и Логана. С ними стояли еще три парня, и среди них тот, на которого я налетел в пятницу в спортзале. Когда я выбрался из пикапа, этот тип неприязненно посмотрел на меня и что-то сказал Логану. Они громко рассмеялись, и Логан притворился, будто падает в обморок. Другой парень сначала его подхватил, а затем дал ему упасть. Они снова расхохотались, а Логан просто остался лежать на тротуаре, закинув руки за голову.

Ну, похоже, это надолго.

По крайней мере, МакКейла была рада меня видеть.

– Ты пришел! – взволнованно воскликнула она. – Ведь я обещала, что будет солнечно, помнишь?

– Я же говорил тебе, что приду.

– Мы ждем еще Линн и Шона… если только ты не пригласил кого-то еще, – добавила она.

– Не-а, никого, – легко соврал я, надеясь, что меня не раскусят. Но, с другой стороны, пусть бы поймали на лжи, если бы благодаря этому я смог провести весь день с Эдит.

МакКейла улыбнулась:

– Хочешь поехать со мной? Или на минивэне матери Линн.

– Конечно, с тобой.

Она просияла. Как легко ее осчастливить.

– Сможешь сесть впереди, – добавила она, и я увидел, что Джереми, посмотрев на нас, нахмурился. Не так уж просто угодить МакКейле и Джереми одновременно.

Впрочем, на руку мне сыграло количество участников поездки. Линн привела с собой еще двоих, поэтому мест было в обрез. Я уговорил Джереми влезть на переднее сиденье передо мной, и он оказался зажатым между мной и МакКейлой. Она, возможно, была не так уж благодарна мне за это, но, по крайней мере, Джереми явно успокоился.

От Форкса до Ла Пуш всего пятнадцать миль. Бо́льшую часть пути дорога шла через густой зеленый лес, и дважды мы переезжали широкую извилистую реку Квиллают. Я был рад, что сижу у окна. Мы опустили стекла – вдевятером в машине было тесновато, – и я постарался впитать в себя как можно больше солнечного света.

Проводя летние каникулы с Чарли, я часто бывал на пляжах в окрестностях Ла Пуш, поэтому вытянувшийся на целую милю полумесяц Первого пляжа был мне знаком. И все так же захватывал дух. Даже в этот ясный день вода была серо-стальной, с белыми шапками пены на волнах, разбивающихся о каменистый берег. Из темных вод бухты словно вырастали скалистые островки с отвесными склонами, увенчанные остроконечными коронами черных елей. На пляже только у самой воды была узкая полоска настоящего песка, за нею следовали миллионы гладких камней, издалека казавшихся однообразно серыми, но вблизи удивлявших всевозможными оттенками. Линия прилива была завалена плавником – огромными мертвыми деревьями, выбеленными соленой водой; некоторые из них громоздились кучами возле края леса, другие лежали поодиночке у границы прибоя.