Московские против питерских. Ленинградское дело Сталина - Святослав Рыбас

Показаниями многочисленных свидетелей — оперативных работников установлено, что Абакумову неоднократно докладывалось о моральном разложении Берия. Абакумов всегда с крайним раздражением реагировал на эти доклады, запрещая «собирать клеветнические сведения» о Берия.

Вместе с тем доказано, что Абакумов использовал органы государственной безопасности для расправы над женщинами, отказавшимися сожительствовать с Берия, подвергая этих женщин заключению в лагеря через Особое Совещание.

Уже находясь под стражей, Абакумов не переставал возлагать свои надежды на помощь Берия.

Такова краткая характеристика теснейших связей, которые существовали между главарем разбойничьей шайки заговорщиков, врагом народа Берия и его ставленником Абакумовым, на которого возлагается непосредственная ответственность за фальсификацию так называемого «ленинградского дела».

Приняв должность министра государственной безопасности СССР от одного из ближайших соучастников Берия — врага народа Меркулова, Абакумов в своей практической деятельности продолжал придерживаться тех же преступных приемов и методов, что и Берия, Меркулов, Кобулов.

Это касается, в частности, одного из самых острых участков работы МГБ СССР — следствия по делам, расследованным следственной частью по особо важным делам центрального аппарата министерства. В этой следственной части должно было сосредоточиваться расследование дел, возбужденных по поводу наиболее опасных государственных преступлений.

Фактически, как это сейчас установлено, Абакумов при содействии Берия обманывал директивные органы, ложно информируя о раскрытии несуществующих в действительности заговоров или о государственных преступлениях, якобы совершенных такими лицами, которые в действительности ни в чем виновны не были.

Так же, как и для самого Берия, этот бессовестный и подлый обман служил вражеским целям Абакумова для расправы с невиновными людьми. Так, в течение ряда лет Абакумов незаконно содержал в заключении во внутренней тюрьме МГБ СССР ряд генералов Советской Армии, не совершивших никаких преступлений, но ложно обвиненных Абакумовым в измене Родине и других тягчайших преступлениях.

Эти генералы были реабилитированы после разоблачения изменника Родины Берия и его клики.

Так называемое «ленинградское дело» было лишь одним из ряда дел, сфальсифицированных Абакумовым и его соучастниками.

Преступные методы следствия, примененные с целью фальсификации уголовного дела Абакумовым и его соучастниками, ничем не отличаются от преступных методов, применявшихся для этих же целей врагом народа Берия.

Так же, как и Берия, Абакумов добивался от ложно обвиненных в тягчайших государственных преступлениях людей сфальсифицированных, не соответствующих действительности «признаний» и самооговоров. С этой целью, по преступным указаниям Абакумова, следователи создавали для арестованных невыносимые условия, добиваясь, как они сами заявляли, того, чтобы «сломить волю», «подавить способность к сопротивлению» со стороны допрашиваемого, а фактически — заставить невиновного человека подписать сфальсифицированный протокол допроса.

Среди подручных Абакумова были даже особые «специалисты» по составлению подобных «собственноручных» показаний и заявлений. Таковы были, например, Броверман, Шварцман, Комаров. Эти сообщники Абакумова, исходя из его преступных заданий, составляли проекты «собственноручных признательских показаний» и заявлений обвиняемых. Затем проекты корректировались Абакумовым и передавались следователям, заставлявшим арестованных переписывать от руки и подписывать вымышленные «признания».

Разумеется, получить от невиновных людей не только ложные оговоры других лиц, но и ложные признания в собственной контрреволюционной деятельности было возможно только при помощи преступных методов воздействия на арестованных.

Я уже говорил, что так называемое «ленинградское дело» было лишь одним в числе ряда дел, сфальсифицированных Абакумовым и его соучастниками.

Так, например, в апреле 1946 года, при непосредственном участии Абакумова, были сфальсифицированы следственные материалы по обвинению руководящих работников наркомата авиационной промышленности и военно-воздушных сил Советской Армии — Шахурина, Новикова, Шиманова и др.

И в этом деле были сфальсифицированы «признательные заявления» арестованных.

По этому поводу арестованный Броверман показал: «По поручению Абакумова я вместе с начальником секретариата Черновым и секретарем Абакумова Комаровым сфальсифицировал заявление арестованного Шиманова. Комаров заставил Шиманова переписать печатный текст сфабрикованного нами заявления от руки, и таким образом получился подлинник заявления Шиманова, в точности совпадающий с печатным текстом. Снималась не копия с оригинала заявления Шиманова, а, наоборот, „подлинник“ заявления Шиманова был скопирован Шимановым с текста, составленного нами по указанию Абакумова… Заявления от имени Шахурина и Новикова были сфальсифицированы таким же путем. Занимался этим делом начальник следственного отдела СМЕРШ Леонов и его заместитель Лихачев под непосредственным руководством Абакумова».

Верховный Суд СССР полностью реабилитировал Шахурина, Новикова и других.

О том, при помощи каких методов вымогались показания от арестованных, свидетельствуют показания свидетеля Штейнберга: «В ночь с 2 на 3 августа 1949 года я был арестован и доставлен в Лефортовскую тюрьму… Ночью того же дня я был вызван на допрос к Рассыпнинскому, а затем приведен в кабинет к Комарову. Комаров потребовал, чтобы я признался во вражеской деятельности. Я отказался признать это. Так как на следующих допросах я продолжал отрицать свою виновность, то на одном из допросов Комаров заявил мне, что меня будут бить и заставят подписать эти показания.

Была показана дубинка, Комаров довольно детально и со вкусом объяснил мне, как ею орудуют, какие последствия остаются у людей, ее испробовавших. Давал ее подержать… Я отказался все же дать такие показания и на одном из следующих допросов впервые был избит… Комаров заставил меня встать, ударил два раза по лицу, при этом выбил два зуба, а затем вместе с Рассыпнинским потащил меня к креслу и избил резиновой дубинкой… Затем на следующем допросе, когда я продолжал упорствовать, Комаров заявил, что перейдет на пятки. Меня уложили на пол, сняли полуботинки и били той же дубинкой по подошвам и пяткам. Всего таких допросов было семь. Все это сопровождалось ежедневными вызовами на допрос днем и ночью, ночью с 12 часов до 4-х, а чаще до 5-ти утра, при этом спать не разрешалось. После седьмого допроса я не выдержал и сказал, что согласен дать показания».

Следует отметить, что от Штейнберга вымогались клеветнические показания в отношении члена семьи одного из руководителей правительства.

Еще один пример гнусной фальсификации дела Абакумовым и Комаровым.

В 1948 году Абакумовым был арестован по ложным материалам бывший министр морского флота Афанасьев. За несколько дней до ареста Афанасьев по указанию Абакумова был схвачен на улице сотрудниками МГБ и доставлен на конспиративную квартиру, где один из сотрудников, отрекомендовавшись «американским разведчиком», заявил Афанасьеву о его якобы принадлежности к английской разведке и предложил сотрудничать с американцами. Вырвавшись из рук так называемых «американских разведчиков», Афанасьев немедленно явился к Берия и доложил ему о случившемся. Берия при Афанасьеве позвонил Абакумову (Берия был полностью осведомлен о провокации) и приказал явиться к нему.

Для вида Берия стал ругать Абакумова, заявляя: «Что ты за министр, что у тебя делается. Американские разведчики до того обнаглели, что на улицах хватают людей, вот схватили Афанасьева и заставляют вести шпионскую работу». После этого Берия «приказал» Абакумову «разыскать американских разведчиков», похитивших Афанасьева. Через некоторое время Абакумов «разыскал» того сотрудника МГБ, который выдал себя за американского разведчика. Была проведена очная ставка между Афанасьевым и этим провокатором, который, назвавшись американским агентом и «раскаявшись», показал, что по указанию «американцев» он втянул Афанасьева в шпионаж. После этого Афанасьев был арестован. К нему применили незаконные методы следствия, в результате чего Афанасьев был вынужден дать ложные показания против самого себя. Афанасьев был осужден по постановлению Особого Совещания при МГБ СССР к 20 годам лишения свободы.

В настоящее время дело по обвинению Афанасьева прекращено Верховным Судом за отсутствием состава преступления.

Я привел сейчас эти примеры, иллюстрирующие подлые и преступные методы фальсификации следствия, применявшиеся Абакумовым и его подручными, для того, чтобы ответить на вопрос — как могли и почему оговорили себя Кузнецов, Попков и другие осужденные по так называемому «ленинградскому делу».