Московские против питерских. Ленинградское дело Сталина - Святослав Рыбас

Активность Берии объясняется тем, что он получил в свои руки личные архив Сталина, в котором были документы об участии Маленкова, Хрущева, Молотова и других высших руководителей в политических репрессиях 1930–1940 годов, и в любой момент мог предъявить их для дискредитации конкурентов. (Баландин Р. К. Маленков. Третий вождь Страны Советов. М., 2007.)

Изменение статуса Берии поставили его партнеров перед выбором: уступить или начать с ним борьбу. Против него сплотились все члены Президиума ЦК, только сверхосторожный Микоян говорил, что Берия «еще непотерянный человек». 26 июня 1953 года на заседании Президиума правительства в Кремле Берия был арестован группой военных во главе с маршалом Жуковым (в группе был и Л. И. Брежнев). Это был заговор, который возглавили Хрущев, Маленков, Булганин, Молотов. 2 июля на пленуме ЦК Берию заклеймили как «международного шпиона и предателя», что позволило скрыть подлинные причины борьбы за власть. 23 декабря он был расстрелян.

Сталинский архив оказался в руках Хрущева, и теперь он мог использовать его в своих интересах.

С этого времени началось недолгое противостояние Маленкова и Хрущева. У Маленкова был более спокойный и основательный план преобразований, вытекавший из его идей, высказанных на XIX съезде. 8 августа 1953 года он, выступая на сессии Верховного Совета СССР с докладом «О неотложных задачах в области промышленности и сельского хозяйства и дальнейшем улучшении благосостояния народа», объявил о значительном уменьшении налогов на село, поддержке личных подсобных хозяйств (в селах, поселках, небольших городах) и, самое главное, — изменении в экономической политике, увеличении объемов финансирования легкой промышленности. Были повышены закупочные цены: на скот и птицу более чем в 5,5 раза, молоко и масло в 2 раза и т. д.

Идея Маленкова заключалась в экономическом укреплении большинства населения, развитии мелкотоварного производства. Он предложил резкое увеличение приусадебных участков, обеспечение крестьян кредитами на покупку техники, семян, стройматериалов, удобрений и т. д.; развитие малого и среднего бизнеса в городах, снятие всех запретов и ограничений на хозяйственную и кооперативную деятельность, кредитование государственным банком частного бизнеса, сокращение затрат на тяжелую промышленность и ВПК — в целом это был постепенный переход к рыночной экономике под контролем государства.

С этого момента сталинская модель социализма стала размываться. Уже 11 апреля 1953 года постановлением Совета Министров СССР предприятиям было разрешено продавать неиспользуемые нефондируемые материалы, которые в условиях жесткой распределительной экономики невозможно было никому передать. Конечно, это еще не было отказом от планового распределения, но горы «неликвидов» и «излишков» на складах, заготовленные впрок, стали ощутимой обузой. Никакой Госплан не мог их учесть и передать новым хозяевам.

Одно принципиально важное решение Маленкова больно задело партийную номенклатуру, слой, которого Сталин всегда опасался. Маленков отменил «конверты», неафишируемую ежемесячную доплату к официальной зарплате партийных функционеров и повысил зарплату государственным служащим. Этим решением явно понижалась руководящая роль партаппарата, к чему Маленков давно стремился. Однако уже через три месяца Хрущев восстановил «конверты» и даже выплатил из средств ЦК КПСС недополученное вознаграждение, за что члены ЦК были ему безмерно признательны, а Маленкову — не простили.

Можно считать, что Маленков попытался реализовать идеи Конституционной комиссии 1936 года о расширении политической базы правящего класса, которые были отвергнуты партаппаратом, не пожелавшим конкурировать с другими слоями общества.

За время руководства страной Маленковым число заключенных (на 1.01.1954 г.) уменьшилось наполовину (на 53,6 процента). Можно сказать, СССР сбрасывал тяжести предыдущего периода.

Берия и Маленков выражали две тенденции, одна из которых должна была стать доминирующей: быстрые политические реформы или медленные экономические преобразования. Причем обе таили в себе угрозы партийному аппарату и военным.

Но победила третья тенденция, причудливая смесь первой и второй, и руководителем страны стал Хрущев, заставивший вспомнить, что в молодости он был сторонником идей Троцкого о быстрых социальных преобразованиях и неизбежности Мировой революции.

Мог ли Маленков победить или его уход был предопределен, никто не может сказать с полной уверенностью.

Перетекание к Хрущеву всей полноты власти внешне происходило постепенно, без прямого сопротивления «сталинской гвардии». Выступив организатором устранения Берии и заполучив архивы, он завоевал право на лидерство.

Существенным было и то, что экономика страны требовала перемен и объединяла высшее руководство общим пониманием обстановки. Общество снизу давило на Кремль, вынуждая начать реформы.

Первым делом были предприняты меры для избавления от тотального контроля госбезопасности. Этим они избавляли себя от повторения репрессий, давали населению отчетливый сигнал к началу освобождения от страха. Но самое главное — переоценка созданной экономической системы, основанной на государственной собственности и директивном планировании, была начата Маленковым и вскоре заторможена Хрущевым. В их противостоянии отразилось все будущее Советского Союза.

Смерть Сталина освободила советское руководство от обязанности следовать экономической политике покойного вождя, базировавшейся на максимальном изъятии средств из деревни. Бегство крестьян в города стало повсеместным явлением. Положение сельского населения было настолько жалким, что в 1952 году, при жизни Сталина, так и не был утвержден проект повышения сельхозналога до 40 млрд. рублей. (Маленков убедил Сталина отложить проект.)

В августе 1953 года на сессии Верховного Совета СССР Маленков прямо поставил вопрос о кризисе в деревне. Главной идеей его доклада стала мысль о возрождении материального интереса крестьянина в результатах своего труда. Маленков, словно продолжая тему своего доклада на XIX съезде партии, сказал о повороте экономики лицом к людям и о необходимости изменить внутриполитические ориентиры. Предлагалось поднять темпы роста легкой промышленности (за счет тяжелой), насытить рынок товарами, расширить социальную поддержку населения, жилищное строительство и т. д.

Сессия Верховного Совета СССР приняла решения о списании долгов с колхозов, о снижении налогов и норм поставок государству. Был принят новый закон о сельхозналоге, стимулирующий производство сельхозпродукции, в том числе и на приусадебных участках.

Результатом этих решений был беспрецедентный рост продуктивности аграрного сектора экономики (на 35,3 процента по сравнению с предшествующим пятилетием); стало увеличиваться сельское население.

Позицию Хрущева в этом вопросе можно назвать противоположной. По своей политической природе он относился к леворадикальным политикам. После смерти Сталина и устранения Берии соперничество Маленкова и Хрущева приобрело не только политическое, но и идейное направление. Оба понимали, что селу срочно необходима помощь, но полностью расходились в методах. Хрущев выступал за методы, дающие быстрые результаты, в духе «агрогородов».

В январе 1955 года Маленков был обвинен в «правоуклонистских идеях», на Пленуме ЦК подвергнут критике и смещен с поста премьер-министра. Против Маленкова выступили Молотов, Каганович, Ворошилов, видевшие в нем конкурента. В отсутствие Берии он стал самым сильным членом правящей группы, поэтому они решили ограничить его возможности. Ему было отказано в просьбе вернуться в Секретариат ЦК. Его назначили заместителем нового Председателя Совета Министров СССР Н. А. Булганина и министром электростанций. С политическим лидерством Маленкова было покончено навсегда. Взошла звезда Хрущева.

Таким образом, в очередной раз в экономической политике России произошел крутой перелом. Столыпинская реформа, нэп, новации Маленкова одинаково заканчивались переходом к усилению роли государства в регулировании экономики.

Отвергнув инициативы побежденного соперника, Хрущев в главном должен был продолжить начатый Маленковым и Берией курс и подать внятный сигнал о том, что тотального контроля над обществом больше не будет. Он сделал это максимально решительно, несмотря на то, что был одним из основных участников подавления инакомыслия в 30-е годы. Невиноватых в окружении вождя не было и быть не могло, но только сталинская группа должна была найти наиболее эффективное решение проблемы послесталинского развития страны. Сталина надо было сбросить с пьедестала.

Но прежде чем это сделать, Хрущев предпринял ряд действий, чтобы сократить внешнее давление на Советский Союз и связанные с этим расходы. Он выступил инициатором заключения мирного договора с Австрией (1955) и вывода оттуда советских войск, а также примирения с Югославией. Он адекватно отвечал на заказ общества, уставшего от перенапряжения сил. Стали иными и отношения с Китаем. Явно испытывая недостаточность своего авторитета как нового руководителя социалистического лагеря, Хрущев пошел на ряд значительных уступок Пекину.