Иерусалим: три религии - три мира - Татьяна Носенко

Противоречия между группировками, входящими в ООП, отсутствие реальной поддержки национальных требований палестинского народа со стороны арабских стран, а также и на уровне всего международного сообщества привели к росту в ее рядах экстремистских тенденций. Толчком к распространению экстремизма послужил и разгром палестинских боевых отрядов в Иордании в сентябре 1970 г., где они пытались создать параллельную власть. Иорданская столица Амман была объявлена «Ханоем палестинской революции», что, естественно, заставило короля Хусейна принять самые решительные меры против «революционеров».

На рубеже 70-х годов для некоторых наиболее радикально настроенных молодых палестинцев террор становится главным орудием борьбы. В это время террористическую деятельность на международной арене развернула глубоко законспирированная организация «Черный сентябрь» (названная в память о борьбе с иорданской армией в сентябре 1970 г.), которая формально не была связана с ООП, но получала широкую поддержку от ряда ее лидеров. Члены «Черного сентября» приобретшего известность своими жестокими акциями не только против израильтян, но и против иорданцев, американцев, граждан Западной Европы, исходили в своей деятельности из убежденности в прямой причастности западного мира, да и арабов к трагедии палестинского народа. Территория Израиля была превращена террористами в главную арену действий, хотя после изгнания из Иордании палестинским диверсантам стало труднее проникать на Западный берег.

Прошло чуть больше года после «объединения» Иерусалима, как его жители вновь оказались в ситуации времен английского мандата, когда в любом публичном месте, будь то кинотеатр, рынок, библиотека или просто городская площадь, их могла ожидать дьявольская ловушка террористов. На протяжении ряда лет после «шестидневной войны» арабы довольно свободно посещали западную часть города, поэтому среди имен погибших в терактах в конце 60-х — в 70-е годы не только еврейские, но и не мало арабских имен.

После «октябрьской войны» 1973 г. в ООП постепенно начинает формироваться позиция умеренного меньшинства, склонявшегося к варианту установления палестинского контроля над частью освобожденной от израильской оккупации территории Палестины в качестве промежуточной ступени на пути к полному освобождению. Соответственно, признавалась возможность достижения этой цели политическими средствами. Однако большинству палестинских лидеров еще предстояло пройти долгий путь осознания бесперспективности ставки исключительно на силовые методы борьбы, пережить катастрофу ливанской войны, тяготы «тунисского изгнания», чтобы убедиться в необходимости поисков путей налаживания диалога с израильским правительством, в том числе и по иерусалимской проблеме.

Потеря контроля над Иерусалимом впервые за несколько столетий не могла не всколыхнуть арабский и мусульманский мир. Хотя израильское правительство передало Харам аш-Шариф под административное управление иерусалимского Вакфа и запретило евреям совершать какие-либо религиозные службы на Храмовой горе, провокационные вылазки религиозных фанатиков-иудеев, не признававших за мусульманами прав на священную гору, не прекращались. Реакция мусульманского общества на них была крайне обостренной и сопровождалась намеренно нагнетаемыми исламскими идеологами антиизраильскими кампаниями. Даже случайные события, не имевшие прямой связи с арабо-израильской конфронтацией, но ставившие под угрозу безопасность исламских святынь, становились поводом для резких обвинений евреев.

В 1969 г. 28-летний турист из Австралии Денис Рохан, принадлежавший к христианской фундаменталистской секте «Церковь Бога», совершил поджог в мечети Аль-Акса. На суде выяснилось, что он, будучи психически неуравновешенным человеком, вообразил себя разрушителем одного из «храмов Сатаны», чтобы приблизить второе пришествие Христа. Безусловно, Израиль как страна, оккупировавшая Старый город, нес прямую ответственность за безопасность находившихся в нем религиозных святынь. Однако прямая причастность израильских властей к этому инциденту, на чем усиленно настаивал арабский мир, практически исключалась. В дальнейшем израильтянами были приняты меры для усиления безопасности Харам аш-Шариф и оказано содействие при восстановлении пострадавшей мечети.

Поджог Аль-Аксы стал поводом для формальной консолидации исламского мира на платформе борьбы за освобождение исламских святынь. Отечественный востоковед А. В. Кудрявцев отмечал, что «иерусалимский вопрос, превратившийся в один из главных аспектов ближневосточного конфликта, послужил своего рода катализатором активизации движения мусульманской солидарности».[382] В сентябре 1969 г. в Рабате состоялось первое совещание глав государств и правительств 24 мусульманских стран, заложившее основы для создания общеисламской организации. В 1972 г. была официально учреждена Организация Исламской конференции (в настоящее время в ОИК входит 56 государств). «До освобождения Иерусалима», как записано в уставе ОИК, ее штаб-квартира расположилась в Джидде. Внутри организации создан специальный комитет по Иерусалиму.

Поддерживая в целом требования международного сообщества о прекращении израильской оккупации арабских земель, объявив палестинскую проблему сердцевиной ближневосточного конфликта, а иерусалимский вопрос «сутью» палестинской проблемы, арабский мир все же не был единым в отношении будущей судьбы Иерусалима. Два главных претендента на роль хранителей исламских святынь — Саудовская Аравия и Иордания — занимали различные позиции по этому вопросу. Король Хусейн как представитель династии, претендующей на генеалогическую связь с пророком Мухаммедом, считал своим предназначением сохранять и утверждать арабский характер Иерусалима. В его плане иордано-палестинской федерации, выдвинутом в марте 1972 г., Иерусалиму отводилась роль административного центра палестинской части этого государственного образования. В свою очередь династия Саудидов, выступившая инициатором консолидации мусульманского мира в борьбе за освобождение Аль-Аксы, негативно относилась к идее возвращения Святого города под иорданский суверенитет.

На протяжении трех десятилетий позиция исламских государств трансформировалась от требования возвращения арабского суверенитета над Иерусалимом без уточнения носителя этого суверенитета (Лахорская декларация 1974 г.) до заявления 9-го совещания глав государств и правительств стран—членов ОИК в 2000 г. в Дохе (Катар) о том, что палестинский суверенитет должен быть установлен над восточной частью города в качестве столицы независимого Палестинского государства.

В более ранних арабских инициативах: в выдвинутом в августе 1981 г. «плане Фахда» (ныне короля Саудовской Аравии), а затем в Фесской инициативе (сентябрь 1982 г.) — согласованной общеарабской схеме урегулирования, повторявшей основные положения «плана Фахда», не случайно использовалось название Аль-Кудс, когда речь шла о столице будущего палестинского государственного образования. С одной стороны, в палестинской трактовке название Аль-Кудс могло быть отнесено как к Восточному Иерусалиму, так и ко всему городу в целом. С другой стороны, в арабских схемах урегулирования начала 80-х годов уже признавалось право Израиля на существование в границах 1967 г., включая и Западный Иерусалим.

Серьезный диссонанс в арабский мир внесла поездка египетского президента А. Садата в Иерусалим в ноябре 1977 г. Впервые лидер крупнейшей арабской страны, нарушив арабскую солидарность и, бросив вызов всему мусульманскому миру, посетил Израиль, которому на протяжении тридцати лет арабы грозили уничтожением и напрочь отвергали возможность любых контактов с ним. А. Садат до сих пор остается единственным арабским политическим деятелем, осмелившимся выступить в кнессете и совершить молитву в мечети Аль-Акса в окружении двух тысяч палестинских арабов, которые приветствовали его как миротворца. С этого незаурядного шага начался путь А. Садата к гибели: мусульманский мир и, прежде всего, экстремистские исламские группировки расценивали и этот визит, и всю его последующую деятельность по установлению сепаратного мира с Израилем как предательство интересов ислама. В октябре 1981 г. во время военного парада в Каире А. Садат был убит боевиками из фундаменталистской организации «Джихад».

Арабские страны с той или иной степенью критичности реагировали на мирные переговоры между Египтом и Израилем. Но кэмп-дэвидская формула переговоров по Палестинской автономии, в которых сами палестинцы не участвовали, и игнорирование вопроса о статусе Иерусалима объединили всех — от саудовской монархии до стран с радикальными режимами, входившими во «Фронт стойкости и противодействия», в резком осуждении египетского курса.