Иерусалим: три религии - три мира - Татьяна Носенко

В Иерусалиме новые культурные веяния привели к важным социальным последствиям. Общество постепенно разделялось на две группы, в меньшую из которых входили богатые аристократы, быстро усваивавшие эллинский образ жизни, в то время как большинство бедных людей и наиболее набожные, традиционалистские круги упорно сопротивлялись эллинизации. Пока около ста лет (301–200 гг. до н. э.) Палестиной правили Птолемеи (греческая династия, утвердившаяся в Египте после распада империи Александра Македонского), между этими двумя группами сохранялись хоть и напряженные, но все же не перераставшие в насильственные формы отношения. Греческие правители не принуждали иудеев нарушать свои обычаи, а тем из них, кто служил в Птолемеевой армии, разрешалось даже соблюдать Субботу — одно из древнейших установлений в иудаизме — и не участвовать в жертвоприношениях богам языческого пантеона.

Иерусалим в отличие от Газы или Самарии не был превращен в греческий полис. Храмовые священнослужители пристально следили за сохранением традиционного иудейского образа жизни в городе. Как и прежде, при персах, во главе народа стоял этнарх, первосвященник храма, осуществлявший управление с помощью совета старейшин в соответствии с традиционными ритуальными законами Священного Писания.

Греческое давление на Иудею значительно усилилось после перехода Палестины в начале II в. до н. э. под контроль Селевкидов — другой греческой династии, правившей в Сирии и постоянно враждовавшей с Птолемеями за господство на Ближнем Востоке. Вот тогда перед иудеями встала реальная угроза растворения их национальной самобытности в доминирующей эллинской культуре. В Иерусалиме даже высшие служители храма попадали под обаяние эллинских обычаев. Автор Первой книги Маккавеев саркастически отмечает, что языческие атлетические соревнования вызывали столь большой интерес, что священники буквально пренебрегали своими ритуальными обязанностями ради присутствия на играх в городском гимнасиуме.[36]

В то же время деятельность проэллинских кругов, желавших обустроить Иерусалим в соответствии с греческими стандартами, способствовала расширению города, возникновению новых жилых кварталов в районе так называемого Верхнего города.[37] В распоряжении археологов оказалось немного материальных свидетельств архитектуры этого периода, т. к. большая часть зданий была снесена и разрушена при возведении Иродом Великим своих монументальных построек. Раскопки, однако, подтверждают, что Верхний город застраивался преимущественно зданиями в эллинском стиле, причем помимо жилых домов здесь были и типичные для греческого города гимнасиумы с прилегающими к ним двориками, обнесенными колоннадой.

Во время правления селевкидского царя Антиоха IV (175–163 гг. до н. э.), присвоившего себе имя Епифана, что значит «явленный бог», угроза разрушения иудейской религиозной традиции становится особенно ощутимой. Этот царь, ревностный поборник греческих культов, усматривал в строптивой самобытности иудеев опасность для политического единства своего государства, находившегося в постоянной конфронтации с окружающими соседями. Соблазнительной была и идея пополнения истощенной войнами и обремененной долгами царской казны за счет богатств, скопившихся в иерусалимском храме. В храм поступали щедрые пожертвования от состоятельных иудеев, разбогатевших в предыдущие спокойные десятилетия правления Птолемеев, а также от многочисленных иудейских общин из-за рубежа. Исправно собирался установленный еще Нехемией храмовый налог. Храмовая казна исполняла функции банка, куда население помещало свои сбережения.

В неукротимом стремлении переломить непокорных иудеев Антиох IV начал наступление на них с назначения на первую государственную должность первосвященника Ясона, известного своими проэллинскими настроениями. По праву рождения этот человек принадлежал к высшим кругам жреческой элиты, но даже его имя — эллинизированный вариант еврейского Йошуа — говорило о его истинных симпатиях. В его намерения входило превращение Иерусалима в настоящий греческий полис, и он обещал царю переименовать город в Антиохию.

В тихом жилом квартале современного Иерусалима на улице Альфази возвышается небольшая каменная пирамида в эллинском стиле, которую считают фамильной усыпальницей рода Ясонов. Один из красивейших и древнейших памятников Иерусалима свидетельствует о том, что греческий архитектурный канон проникал во все сферы. По традиции иудеи хоронили своих умерших в выбитых в скальной породе пещерах, которые редко украшались снаружи. Это же необычное сооружение, совершенно неожиданно соседствующее с современными жилыми домами, через века являет собой вызов традиции предков и одновременно укор тем, кто в глубокой древности нарушал обычаи отцов.

Первосвященник Ясон, несмотря на свои прогреческие симпатии, все же отказался осквернить храм и отдать селевкидскому правителю священные сокровища. За несговорчивость он поплатился своей высокой должностью, и на его место был назначен более покладистый первосвященник Менелай, который незамедлительно выполнил все требования Антиоха.

Бесцеремонное обращение с иудейскими святынями со стороны Менелая, не принадлежавшего, помимо всего прочего, к священническому роду и, следовательно, не имевшего права занимать высшую административную и духовную должность, переполнило чашу возмущения ортодоксальных иудеев. В Иерусалиме начался мятеж. Для усмирения бунтовщиков антиохийские власти разместили гарнизон вооруженных наемников в иерусалимской крепости Акра, которая, по предположениям археологов, примыкала к юго-восточной оконечности Храмовой горы.

Антиох IV, разъяренный непокорностью иудеев, обрушил на них жестокие религиозные преследования, уничтожая тех, кто не желал отречься от веры отцов, сжигая священные рукописи, принуждая иудеев принимать участие в языческих ритуалах. Как страшное предзнаменование будущего уничтожения Иерусалима римлянами, как предтеча римских алтарей во славу Юпитера и Венеры, возведенных на месте иудейских святынь через три столетия, в храме была водружена статуя Зевса-громовержца. Языческий бог в Святая Святых, где когда-то стоял ковчег Завета и которая предназначалась для обитания Духа Божия на земле, — это был нестерпимо тяжелый удар по иудейскому благочестию.

В ответ вся Иудея восстала, и во главе народа встал священник Маттатия из рода Хасмонеев со своими пятью сыновьями. Позже одному из братьев — Иуде — было дано имя Маккавей (Макаби), что значит «молот», и многолетняя война иудеев против сирийцев так и вошла в историю под названием восстания Маккавеев.

Недолго торжествовали олимпийские боги в Иерусалиме. В 164 г. до н. э., всего через несколько лет после того, как Антиох IV совершил осквернение храма, Храмовая гора была очищена от всех языческих символов. В честь победы Маккавеев над Селевкидами был установлен праздник Ханука, приходящийся на ноябрь—декабрь месяц в зависимости от лунного календаря, по которому у иудеев рассчитывается весь годичный цикл. Народное предание гласит, что в храме нашелся лишь один кувшин с чистым, не оскверненным елеем, которого должно было едва хватить для светильников на один день. Но свершилось чудо: масло не иссякало в течение восьми дней. В память о том, как в те далекие времена в храме вновь был зажжен священный светильник, евреи в Израиле и во всем мире ежегодно в течение восьми праздничных дней зажигают свечи в специальном ханукальном подсвечнике.

Маккавеи заключили с Селевкидами договор, обеспечивавший иудеям религиозную свободу и восстанавливавший их политическую автономию. Однако понадобилось еще более двух десятилетий борьбы, прежде чем иностранный гарнизон был окончательно изгнан из Иерусалима, крепость Акра как символ иностранного владычества разрушена до основания и после 400-летнего перерыва восстановлена государственная независимость Иудеи. На большом народном собрании, названном «кнессет» (теперь так называется израильский парламент), последний из оставшихся в живых братьев Маккавеев Симон был избран этнархом. Так было положено начало Хасмонейской династии, правившей в Иерусалиме около 100 лет и восстановившей Иудейское царство почти в тех же границах, как оно существовало при Давиде и Соломоне.

С обретением независимости Иерусалим вновь вступил в период расцвета. Во время Хасмонейского царства в нем проживало уже 30 тыс. человек. Выстроенная Хасмонеями стена охватывала в пять раз большую площадь, чем стена, построенная вернувшимися из вавилонского плена. Ученые предполагают, что именно в это время были произведены важные усовершенствования на Храмовой горе: срыв природную вершину холма, древние строители создали искусственное квадратное плато размером 250 х 250 м, которое в дальнейшем было использовано Иродом Великим как основа в его грандиозной реконструкции всего комплекса.