Русский анекдот: текст и речевой жанр - Елена Яковлевна Шмелева

• Поймал хохол зайца. Принес жене: «Пожарь!» Она: «Газа нет!» Он: «Тогда на СВЧ» Она: «Света нет!» Он: «Ну дров наколи, печь затопи». Она: «Дров нет!» Тогда хохол в сердцах выбрасывает зайца в окно. Заяц встает, отряхивается и кричит: «Да здравствует самостийна Украина!!!»

• Идет Иван по лесу, видит избушка на курьих ножках. Постучал в дверь, открывает ему Баба Яга. – Пусти, бабка, переночевать! – Ну, Вань, ты и вправду дурак! Стара я для этого!

• Едет обдолбанный нарик в автобусе, сидит, в потолок смотрит. А рядом дедок мнется, трется, кряхтит, пердит. Наконец не выдержал: – Распустилась молодежь, туды ее в качель! Ветерану никто место не уступит! Да я в сорок третьем ногу потерял, а тут не присесть, типа, че за херня! Нарик смотрит на него и грит: – Не…зди, отец, я полчаса назад в сорок третьем ехал и никакой ноги там не видел.

• Проходит очередная встреча президента с народом. Тут к нему пробивается нищий:

– Борис Николаевич, подай Христа ради!

– Ну как же я тебе, понимаешь, подам? У меня, понимаешь, ни мячика, ни ракетки, понимаешь.

• Приходит с работы врач, ложится, но заснуть не может, ворочается – мысли лезут: – Зря я все-таки согрешил с пациенткой! Тут ему внутренний голос: – Да ладно, все врачи через это проходят. Он успокаивается и засыпает. Но наутро опять первая мысль про это: – Да, а все-таки неплохо было! Тем более каждый врач через это проходит. Внутренний голос: – Да, но не каждый врач – ветеринар.

• Сидит Штирлиц за компьютером, читает электронную почту. Заходит Мюллер, посмотрел на нечитабельные символы. «Шифровка!» – подумал Мюллер. «KOI-8», – подумал Штирлиц.

• Решили как-то социологи исследовать менталитет русского, украинца и белоруса. Ну, вбили в стул здоровенный гвоздь острием вверх и стали смотреть. Первого пригласили русского. Тот сел, потом вскочил и как заорет: «Да достали, бля… какая скотина гвоздь в стул вбила… поубиваю гадов… бля…». И т. д. Следующего пригласили украинца. Тот сел, охнул. «Ой, шо гэта? Гвоздь? Яки гарны! Згадицца у хазяйстве!» – и положил в карман. Пригласили белоруса. Он сел, вздрогнул – «Ой! Гвоздь! Больно! А может, так и нужно?»…

• Возвращается как-то грузин к себе в кишлак, одежда порвана в клочья, весь в крови, в руках – бумеранг. Его народ обступает:

– Ти што, свалылся со скалы?

– Не-а.

– А может бить, на тибя напал страшний звер?

– Да нет.

– А что это у тибя в руках за фигня, а ну викинь.

– А! На, сам викинь! Да?

• Пришел Абрам к дантисту. – Доктор, сколько стоит удалить зуб мудрости! – 80 долларов! – А подешевле можно? – Ну если без наркоза, то можно и за 60! – Все равно дорого, а дешевле нельзя!? – Ну если без наркоза и просто плоскогубцами, то можно и за 40. – А за двадцать!? – Ну если без наркоза, пассатижами, да еще и студентом-практикантом, то можно и за 20! – Хорошо, доктор, запишите Сару на среду…!!!

• Женился «новый русский» на девушке из простой семьи. Прошло некоторое время, теща ему и говорит: – Вот ты такой здоровый мужик, а даже гвоздя забить не можешь! HP: – Обижаешь, мать, у меня есть пацаны, давай адрес этого гвоздя!!!

• Встречаются двое на улице: – О, сколько лет, сколько зим! Как вы хорошо выглядите! А как поживает ваша жена? – Что вы, опомнитесь, я же вдовец. – Ох, простите, я хотел спросить – как поживает ваша вдова?

• Поехал мужик в Париж на экскурсию. Походил, посмотрел, а вечером пошел в публичный дом. Выходит оттуда: – Тьфу!!! К нему сразу полицейский и выписывает штраф. Ну заплатил он штраф, приезжает домой. Жена его спрашивает: – Ну как Париж? – Ничего. – А про меня вспоминал? – Да один раз вспомнил, так и то оштрафовали.

3. «ИНОРОДЦЫ» В РУССКОМ АНЕКДОТЕ

3.1. Этностереотипы и речевые характеристики персонажа анекдота

Жанр рассказов об этнических меньшинствах или о народах-соседях существует в фольклоре самых разных народов. Французы и голландцы рассказывают анекдоты о бельгийцах, испанцы о португальцах, шведы – о норвежцах, а финны – о шведах. Это вполне естественно. Ведь представления о «человеке вообще» люди, как правило, формируют на основе наблюдений над собственным этносом, отличительные особенности которого, таким образом, принимаются за норму. Соответственно, черты, свойственные иным этносам, воспринимаются как отклонение от стандарта. Это касается как характерных черт поведения, так и речевых особенностей, причем к последним можно отнести как нарушения собственно языковых норм (акцент, несвойственные языку рассказчика синтаксические конструкции), так и пристрастия к речевым стратегиям, не характерным для языка рассказчика. Поскольку стереотипы поведения разных народов обычно не совпадают, специфические черты поведения, свойственные иным этносам (как правило, представленные в преувеличенном виде), часто воспринимаются как смешные, глупые, не соответствующие собственной, «правильной» норме поведения. Тем более смешными кажутся нарушения носителями других языков речевых стереотипов родного языка рассказчика. В России с ее огромной территорией и многонациональным населением русские постоянно сталкиваются с различными типами «неправильного» с русской точки зрения поведения и «неправильной» русской речью.

В данном разделе рассматриваются бытующие в русской языковой среде представления о национальном характере и речевых особенностях народов-соседей, так наз. этностерео-типы [Крысин 1991: 13]. Эти представления отражены в художественной литературе, в которой при передаче русской речи нерусских, как правило, изображаются какие-то специфические «неправильности», а также в так наз. «анекдотах об инородцах» (жанре чрезвычайно распространенном в современном городском фольклоре). При этом существует целая традиция вторичного отражения особенностей русской речи нерусских.

К наиболее часто имитируемым в анекдотах особенностям русской речи инородцев, конечно, относится акцент. Так, грузины в анекдотах опознаются по произношению [а] в безударных слогах на месте редуцированных, мягкому произношению шипящих, неразличению твердых и мягких согласных. Произношение чукчей имитируется посредством произнесения свистящих на месте соответствующих шипящих. Для речи украинцев характерна реализация фонемы «г» как [у], для речи евреев – реализация «р» как заднеязычного [R]. Сюда же относятся типичные грамматические ошибки, допускаемые инородцами. Имитация такого рода представляет собою своего рода речевую маску и не является семантически и прагматически нагруженной. Она сама по себе может порождать комическую ситуацию и быть объектом насмешки, как в анекдоте про грузинскую школу, в котором учитель задает